И целой обоймы мало - Сергей Донской

– Кажется.

– Что значит: «кажется»? – заволновался Бондарь. – Это же пистолет, а не компьютер. Тут надо точно знать. Оружие – это тебе не халям-балям.

– О, как у нас глазки заблестели! – расхохотался Ринат. – Любишь пострелять?

– Смотря из чего.

– А я думал: смотря по кому.

– Ну, подходящих объектов вокруг хватает, а вот хороший ствол найти сложно. – Взявший себя в руки Бондарь старался говорить степенно и рассудительно. – Девяносто девятый «вальтер» меня ни разу не подводил, веришь? Идеальная конструкция. Корпус обтекаемый, гладкий, ничего не торчит, все элементы заподлицо выполнены.

– Чтобы курком за кобуру не цеплялся, – вставил Ринат с понимающим видом.

Бондарь пропустил реплику мимо ушей.

– Взвод автоматический или механический, – продолжал он, – по желанию. Если пистолет новехонький, то идет с комплектом, а в комплекте три сменных «затыльника», это чтобы рукоятку под ладонь подогнать.

– Комплекта нет, – сказал Ринат. – «Вальтер» бывал в употреблении. Мне его один эстонец продал. Что-то там у него на родине не заладилось, вот он в Россию и дернул, я так думаю.

– Продал? – тихо спросил Бондарь. – Эстонец? Значит, пистолет находится у тебя? Показать можешь?

Сигарета, забытая во рту, давно погасла, но он не замечал этого, охваченный тем волнением, какое предшествует встрече близких после долгой разлуки. Видя состояние напарника, Ринат не стал испытывать его терпение, а молча вышел из комнаты и вернулся со свертком, который аккуратно положил на стол.

Трепетно развернув тряпицу, Бондарь провел пальцем по ряду выпуклых цифр на пистолете и покачал головой. Это был тот самый наградной «вальтер», который Бондарь считал безвозвратно потерянным в Пярну.

– Заряжен? – спросил Бондарь.

– А то! – хмыкнул Ринат.

Это означало, что в съемном коробчатом магазине из листовой стали находится шестнадцать мощных девятимиллиметровых патронов. Стандартные пистолеты таких габаритов были куда менее емкими, поскольку их оснащали однорядными, а не двухрядными обоймами. Да и весили они значительно больше «вальтера» П-99.

– Ты не поверишь, – сказал Бондарь, – но это мой пистолет.

– Почему же не поверю, – пожал плечами Ринат. – Он так и просится тебе в руки. Как пес, узнавший хозяина.

– Уже только ради этого стоило приехать в Астрахань.

– Я рад, что сумел тебе угодить.

– Теперь я снова чувствую себя полноценным человеком…

Повернув «вальтер» вверх стволом, Бондарь вынул обойму, а оставшийся в канале ствола патрон вытряхнул на стол. Передернув затвор, он мягко нажал на спусковой крючок. Раздался щелчок. Бондарь вновь оттянул затвор, убеждаясь, что вокруг бойка, который он собственноручно отшлифовал, доводя деталь до игольной остроты, нет ни пылинки.

– Как дела, братец Вальтер? – спросил он у пистолета. – Соскучился?

– Еще как, хозяин, – пропищал Ринат тем неестественно тонким голоском, без которого не обходится ни один кукольный спектакль в детском театре.

Смутившийся Бондарь удержался от желания ласково провести рукой по вороненому стволу.

– Покупаю, – сказал он, загоняя боевой патрон в обойму, а обойму – в рукоятку.

– Это подарок, – возразил Ринат.

– Но ты потратил свои деньги!

– Деньги для того и существуют, чтобы их тратить. Как и патроны.

– Иногда их приходится экономить, – возразил Бондарь.

– Деньги? – спросил Ринат.

– Патроны.

– Ты не похож на человека, который экономит патроны.

– Тем не менее это так, батыр. Одной обоймы почему-то всегда мало.

С этими словами Бондарь сунул «вальтер» за пояс джинсов, встал и подошел к окну, за которым пичуги приветствовали солнце, проглянувшее сквозь лохмотья туч. Затяжная гроза закончилась. День обещал быть солнечным. Ощущая поясницей прикосновение ребристой рукоятки пистолета, Бондарь улыбнулся.