Рассвет для тебя - Ольга Баскова

Катя Зорина остановила машину у дома, где жил Рашид. Он оставался последним звеном в цепочке запутанных преступлений. И хотя ни Костя, ни Павел не верили в его убийство, она решила заняться этим самостоятельно. Подойдя к обитой дерматином двери, девушка нажала кнопку звонка.

— Вы ко мне?

Ей открыл красивый высокий мужчина, чем-то похожий на Рашида.

— Скорее всего.

— Можно войти?

— Пожалуйста. Сюда, будьте добры.

— Вы отец Рашида Мамедова?

— Совершенно верно, — он иронически поклонился.

— Мне нужен ваш сын. Позовите его.

Мужчина снова отвесил поклон:

— С удовольствием выполнил бы вашу просьбу, однако сына в данный момент нет дома.

— Где он? — не отставала Катя.

Собеседник наморщил лоб.

— Слушайте, вы действительно его знали?

Девушка кивнула.

— Если вы действительно знали Рашида, то зачем спрашиваете, где он? — удивленно посмотрел на нее хозяин квартиры. — К сожалению, он нам не докладывает.

Из-под нависших бровей он бросил на посетительницу недобрый взгляд.

Катя не стушевалась:

— Странно, что вы не знаете…

— Я же объяснил…

Сидящая в кресле женщина обернулась:

— Не кричи.

— Я не кричу, дорогая.

Зорина подошла к ней:

— Вы мама Рашида?

— Да.

— Может быть…

— Она ничего не знает. — Мамедов избегал смотреть ей в глаза. — Приходите завтра или послезавтра. Он появится.

— Сомневаюсь.

Мужчину словно ударило током.

— Что вы хотите сказать?

— Только то, что он мертв. Я видела его труп.

Дипломат побледнел:

— Что вы несете? Кто вы такая?

— Журналистка Екатерина Зорина.

Мамедов направился к телефону:

— Я вызову милицию.

— Давайте.

Хозяин остановился на полпути:

— Но это бред! Я общался с сыном день назад.

— Это невозможно. И вы сами знаете.

Отец Рашида усмехнулся:

— Вы-то уж точно в курсе событий. Во всяком случае, вам так кажется. Никогда вашу братию терпеть не мог. Значит, мой сын умер. Каким образом?

— Он убит.

— Кем, простите?

— Вами.

— Что? Вы соображаете, что говорите?

Катя подошла к нему вплотную:

— Да.

— И когда же это произошло?

— Двадцать пятого ноября.

Мамедов облегченно вздохнул:

— Радость моя, в этот день я был в Японии.

— Не были. Вы приехали раньше. Я уверена: если заняться этим вопросом, выяснится: вас не было в Токио. Скажите, каким видом спорта вы занимались? Ведь это вы ударили меня по голове. Отблески вашего кольца я увидела, падая, и подумала: это от сильного удара. Как говорят, искры из глаз. Потом вы убили своего сына. А во время нашего разговора прятались в ванной. Только у вас такие необычные туфли, с таким рисунком на подошве, — она указала на обувь дипломата. Он рассеянно ответил:

— Мне подарили их в Индии. Но… я не понимаю. Это все равно…

— Ахмед, я устала, — подала голос жена. — Давай снимем грех с души. Расскажи ей… а там она пусть сама решает, как быть.

— Что ты несешь?

— Прошу тебя, Ахмед, — она устало провела ладонью по вспотевшему лбу. — Я не вынесу…

— Ну, если ты настаиваешь…

Он сел в кресло:

— Не знаю, с чего начать. Помогите.

— Где Рашид?

— На нашей даче. Мы похоронили его под березой.

— Зачем вы его убили?

Мужчина вытер платком лицо:

— Вы просто не представляете, как ужасно жить с наркоманом. Когда ему требовались деньги, он избивал нас. Моя жена по вине нашего отпрыска недавно перенесла трепанацию черепа. Во время очередной разборки сын повалил ее на пол и стал бить по голове. Врачи определили легкое сотрясение мозга. Позже образовалась гематома, которая нуждалась в удалении. Пришлось соглашаться на операцию. Когда жена вернулась домой, Рашид знаете, что сказал ей? «Теперь мне известно твое слабое место». В тот день мы при-ехали раньше, чем обещали. У него кончились деньги… а дальше, ну, в общем… — он подошел к Кате и пожал ей руку: — Простите меня. За тот удар. Я думал, вы одна из его девочек, к которым я никогда не испытывал жалости. Простите.

— Я понимаю, — тихо ответила Зорина.

— И спасибо вам. Мне действительно стало легче. Куда теперь идти? В милицию?