Призрак музыки - Александра Маринина

Следующий этап наступил примерно через два года, когдаоперативник из местного отделения милиции сам обратился к Булгакову за помощью.Нужно было проверить информацию о недобросовестности школьной буфетчицы,которая нагло обсчитывала и обвешивала школьников, для чего необходимопроводить контрольную закупку. В контрольной закупке есть свои сложности ихитрости, например, специально подставленные «покупатели» должны братьнесколько наименований товара, а не одни какие-нибудь сосиски, а после расчетас продавцом под благовидным предлогом не отходить от прилавка и не братьсвои покупки. Сдачу желательно тоже в кошелек не прятать, пусть лежит там, кудаее продавец положил. Можно делать вид, что ищешь сумку, в которую будешьскладывать купленные продукты. Можно отвлечься на беседу со знакомыми. Можномного чего всякого придумать, чтобы не сорвать контрольную закупку, новыглядеть при этом надо естественно, чтобы проверяемый продавец ненасторожился. Иван Федорович с радостью согласился сыграть рольпокупателя-копуши и проделал это с таким блеском и виртуозностью, что умилиционеров дух захватило. Очень скоро к нему обратились снова и попросилииспользовать свое артистическое дарование уже в более серьезных целях.Булгакову предстояло познакомиться с молодой дамой из соседнего дома и кое-чтоу нее выведать. Он выведал.

Дальше покатилось как по маслу. Иван Федорович легкоперевоплощался и втирался в доверие, слушал и запоминал, никогда ничего незабывал и не путал. Его актерские способности расцвели и приносилипользу, и он был счастлив.

С тем оперативником, который впервые прибег к егопомощи, Булгаков сотрудничал больше пятнадцати лет, пока тот не вышел напенсию. С согласия Ивана Федоровича его «передали» другому сыщику, потомтретьему. Четвертым куратором оказался Селуянов, который сразу оценил егосамого и его возможности. И холил и лелеял немолодого уже человека,сотрудничающего с сыщиками, как принято выражаться в официальных документах, наконфиденциальной основе.

Задание в этот раз Иван Федорович получил, по его же собственныммеркам, несложное. Нужно было поотираться среди публики, знакомой с КлавдиейНикифоровной Романовой, и собрать о ней как можно больше сведений. Красивомуседовласому пожилому мужчине, к тому же опытному педагогу и знатоку русскойпоэзии, ничего не стоило разговорить любого, будь то пенсионерка или молодаямамочка с коляской, солидный дядечка в годах или пацан. Он умел находить общийязык со всеми.

* * *

Анатолий Леонидович Храмов был убит в собственной квартире.Обнаружила его жена, вернувшаяся с дачи. Приехавший вместе с дежурной группойсудебный медик установил, что смерть наступила около десяти-двенадцати часовназад, то есть в промежутке между одиннадцатью и тринадцатью часами. Причинасмерти – асфиксия вследствие удавления тонким прочным шнуром.

– Ну что, умники, – сердито пробурчал Гмыря, когда кместу происшествия примчались Настя и Зарубин, – крутите мозгами-то,не все мне одному трудиться. Дударева сразу отметаем, он с десяти утра в моемкабинете находился, а потом в камере, куда я его запрятал.

– А почему сразу Дударев? – удивиласьНастя. – Вы до такой степени его не любите, что готовы повесить на неговсех дохлых кошек в нашем городе. Зачем ему убивать собственного адвоката?

– А затем, умная и гуманная Каменская, что адвокатХрамов отказался вести дело Дударева.

– Как это отказался?

– А вот так. Отказался. Сей факт мне сообщила мадамЕрмилова, с которой я уже пообщался по телефону, пока вы с Зарубиным бабкинуквартиру шерстили. Господин Храмов, царствие ему небесное, собирался отбыть наотдых не менее чем на два месяца, в связи с чем поставил Дударева и Ермилову визвестность, что защитой Дударева он заниматься не будет. А господинДударев, в свою очередь, не далее как сегодня утром продемонстрировал нам всем,что держать себя в руках он совсем не умеет, вспыхивает как порох и тут железет в драку. Бабку нашу Романову чуть не пришиб прямо в моем кабинете.Поэтому самое первое и самое нормальное, что может прийти в голову следователювроде меня, – это идея о том, что убийство совершил Дударев. Жалко, что унего алиби, которое даже я оспорить не могу. Остается только надеяться на то,что наш медик ошибся и смерть наступила до десяти часов утра. Пойди-ка,Настасья, поговори с женой Храмова, она в соседней комнате в себяприходит. Я пока не смог толком ее допросить, уж очень плоха.

– Хорошо, – кивнула Настя, – я попробую. Тольконасчет судебного медика я хотела сказать…

– Ну?

– Сейчас жара стоит. Процессы идут быстрее. Поэтому еслимедик и ошибся, то в сторону увеличения срока наступления смерти, а не всторону уменьшения. Храмов мог умереть значительно позже полудня, но уж никакне раньше.

– Больно ты умная, – огрызнулся Гмыря. – Идизадание выполняй.

Жена, а теперь уже вдова Анатолия Храмова, действительнобыла очень плоха, но старалась держаться изо всех сил. Красивая молодая женщинас лицом белым от ужаса и сердечной недостаточности, вызванной шоком.

– Толя раньше в милиции работал, я знаю, что вам нужно менядопросить, – сказала она, давясь слезами. – Вы не смотрите, что яплачу, вы спрашивайте. Я никак остановиться не могу…

Насте стало ужасно жаль ее, такую молодую и красивую, ведьеще вчера, еще сегодня утром, даже еще сегодня днем, пока она не вернуласьдомой, жизнь представлялась ей совсем другой. У нее был любящий и любимыймуж, оба они были молоды, полны сил и желания жить и, наверное, счастливы.И вдруг в одну секунду все переменилось. Нет больше мужа, нет сил ижелания жить, нет счастья. Настя решила не приступать прямо к делу, а немногоотвлечь женщину посторонними разговорами, чтобы дать ей возможность войти вритм беседы и привыкнуть к необходимости отвечать на вопросы.

– Вы собирались ехать отдыхать? – сочувственно спросилаона.

– Мы… Да, в октябре… Планировали ехать в Испанию.

Храмова разрыдалась. Настя собралась было успокаивать ее, новнезапно остановилась. Как это в октябре в Испанию? Почему в октябре?А куда же Храмов собирался ехать сейчас? Это должна была быть какая-тоочень важная и неотложная поездка, если ради нее он расторг договор с клиентом.

– Скажите, а куда Анатолий Леонидович собирался уезжать вближайшие дни? – спросила она.

– Никуда.

– Вы точно это знаете? Может быть, он вам говорил, а вызабыли?

– Не говорил он мне ничего. – Храмова всхлипнула ивытерла лицо зажатым в руке платком. – Он не собирался ни в какие поездки.Даже на дачу не приезжал, работы было много.

Очень интересно! Но есть и другой вариант. Если жена понескольку дней подряд не приезжает в Москву, то вполне можно успетьбыстренько съездить куда-нибудь и вернуться, не ставя ее в известность. Другоедело, что ради такой короткой поездки не имеет смысла отказываться от клиента.Хотя Ермилова говорила что-то о двух месяцах, а не о нескольких днях. Еслитолько… Если только сама поездка не решает какой-то очень важный вопрос, послечего уже не будет необходимости заниматься адвокатской практикой. Или не будетвозможности.