Неоконченный романс - Валентина Мельникова

— Надеюсь, мы не слишком вас побеспокоили, немного опоздав? Прощу прощения, но я взял на себя смелость пригласить Наташу. — Он ободряюще положил руку на плечо спутницы, слегка сжал его.

Наталья остро, по-рысьи, окинула Лену взглядом. Увиденное, очевидно, ей не совсем понравилось, девушка повернула слегка скривившееся личико к Алексею:

— Алексей Михайлович, по-моему, Елена Максимовна не очень рада нам.

— Ну что вы. — Всем своим видом выказывая непомерный восторг и радушие, Лена подошла к ним и протянула руку для приветствия.

Наталья недовольно поджала губы и лишь слегка коснулась ее пальцами. Алексей склонился и прижался губами к ее ладони. Лена вздрогнула, как от ожога. Поцелуй Германа вызвал у нее мимолетную досаду, и только. А тут такая реакция! Алексей заметил ее смятение и удовлетворенно про себя хмыкнул.

Он тоже был потрясен до глубины души и за поцелуем попытался скрыть волнение, охватившее его.

Пригласив Наташу, он хотел заставить Елену потерять самообладание, пожалеть о вчерашнем поведении. Но то, что он увидел, заставило его забыть о всех планах мести, которые он так нежно лелеял всю ночь и весь день. Вдова его друга была прекрасна, как никогда. Сергей действительно взял в жены принцессу, которая со временем превратилась в гордую, неприступную королеву. Царственная посадка головы, презрительно сжатые губы — он еще помнил, какими они могут быть горячими и податливыми, — есть от чего потерять голову! А холодность и отчужденность во взоре — хорошая актерская игра, в этом он убедился по легкому дрожанию ее пальцев.

Пожалуй, поцелуй непозволительно долго затянулся.

Он поднял глаза, и… на него словно ушат холодной воды вылили. Рядом с Леной он увидел Германа, с довольной улыбкой взирающего на них. Майор по-хозяйски подхватил одной рукой Лену под локоть, другую протянул Алексею:

— Милости просим, Алексей Михайлович! Что-то вы припозднились со своей дамой? — радушно улыбался Герман.

Весьма прохладно поздоровавшись с ним, вновь прибывшие вслед за хозяйкой прошли в дом. В ту же самую минуту круговорот веселых, подвыпивших гостей закружил и разлучил их. Наташу утянула к себе компания сверстников, а Ковалева взяло в плен старшее поколение, заставило пить штрафную, а потом в искупление вины провозгласить тост в честь молодой хозяйки. Лена заметила, как насмешливо блеснули его глаза и бесстыдно, словно раздевая, прошлись по ее телу. Ее охватило чувство бессильной ярости, когда это самодовольное, циничное существо подняло в приветственном жесте бокал с шампанским и сладеньким голосом произнесло:

— Здоровья и счастья вам в новом доме, Елена Максимовна!

Отец, получивший передышку в танцах после появления Ковалева, тяжело повалился в кресло рядом с дочерью.

— Теперь пусть директор перед подчиненными отдувается. Смотри, как ваши дамы на него навалились! — Он плеснул в стакан минеральной воды. — Кажется, пора завязывать, а то завтра не проснусь!

Гости тем временем разошлись не на шутку.

Танцы становились все более оживленными и раскованными. Фаина Сергеевна, прихватив зубами столовый нож, выплясывала нечто среднее между лезгинкой и танцем с саблями. Жор Жорыч, выпятив толстый живот, изображал девушку-лебедушку.

Зрители образовали круг и неистово хлопали в ладоши. Верка, зажав уши, кивнула на музыкальный центр и поставила новую кассету. Зазвучал любимый вальс Лены. Шум мгновенно стих. Мужчины и женщины молча соединяли руки и тихо выходили на середину комнаты. Словно завороженные магическими звуками, они бесшумно скользили по полу. Тени, отбрасываемые светом свечей на потолок, причудливо изогнулись и тоже поплыли в медленном, чувственном танце.

Лена сердцем поняла, что именно к ней через всю комнату направляется Алексей, встала со стула, потянулась навстречу. Но тут откуда-то сбоку внезапно вынырнул Витя-Петя и, подхватив под руку растерявшуюся девушку, увлек ее за собой в центр круга. Она расстроенно оглянулась, Ковалев с сердито поджатыми губами кружил в вальсе Любашу. Девушка даже не успела снять фартук, в котором убирала со стола грязную посуду. Витя-Петя непослушными от чрезмерных возлияний губами пытался нашептывать Лене комплименты, но после нескольких успешных попыток отдавить ей ноги она с облегчением проводила его к дивану, усадила рядом с Зоей Викторовной. Та, раскрасневшаяся, довольная, посочувствовала:

— Ох и кавалер вам достался! Надо будет жене сказать, чтобы домой его увела.

Оставив физрука на попечение сердобольной учительницы, Лена оглядела комнату. Алексей куда-то опять исчез, но, слава богу, не с Натальей. Девчонка танцевала с Симоняном. Тут ее внимание привлекла Верка, делающая ей какие-то отчаянные знаки. Притянув Лену к себе, она зашептала:

— Выйди сейчас же за калитку — там тебя ждут.

Хотят с тобой переговорить по жизненно важным вопросам.

— Кто это? — Лена, пытаясь скрыть охвативший ее странный озноб, обняла себя за плечи.

— Т-с-с… не разглашай! — Верка таинственно улыбнулась, прижала палец к губам. Слегка покачнувшись, бросила ей пуховую шаль:

— Накинь на плечи, на улице прохладно!

Не помня себя Лена преодолела несколько метров до калитки и остановилась. За забором спиной к ней стоял Герман и курил сигарету. Обернувшись, он заметил огорченное лицо девушки:

— Кажется, не меня тут ждали увидеть! — и потушил окурок о штакетину. — Лена, раз уж вы вышли, может, прогуляемся? — Он кивнул в сторону березовой рощи.

— Хорошо, только недалеко, я на каблуках. — Лена кляла себя за неумение отказать, но он ведь брат Веры и ничего плохого, не в пример некоторым, ей не сделал.

— Я бы вас на руках унес, но вы же не позволите?

Лена почувствовала тоскливую нотку в голосе Германа, еще больше смутилась, но постаралась не подать виду и пошла по дороге впереди мужчины.

Сразу же на опушке они нашли поваленный ствол дерева. Герман предупредительно расстелил на нем джинсовую куртку, и Лена села, расправив платье.

— Лена. — Герман снова попытался закурить, но так и не справился с непослушной зажигалкой, сунул незажженную сигарету в карман. — Лена, — повторил он и, сев рядом, взял ее за руки. — Я прошу вас выйти за меня замуж!

Лена онемела от изумления, хотела что-то сказать, но он прикрыл ей рот ладонью, слегка надавив на губы.

— Прошу вас, молчите. Видит Бог, я влюбился в вас, как мальчишка. Сижу над бумагами, еду в машине или смотрю в тупые глаза задержанного преступника и все время ловлю себя на том, что думаю только о вас. Лена, не думайте, что я тороплю события. Хочу сказать одно: для меня это не скоропалительное решение. По рассказам сестры я знаю о вас все. Я взрослый мужчина, и, что скрывать, в моей жизни было немало женщин, и поэтому, поверьте, говорю о своей любви всерьез и с полной ответственностью. — Он тяжело перевел дух, дотронулся пальцем до ее щеки.

Лена слегка отклонила голову: