Книга предсказанных судеб - Мария Очаковская

– Да, признаться, явление того отрока нам также показалось весьма таинственным, – улыбнулась графиня. – По дороге к старой мельнице мы с фра Микеле, несмотря на все наши старания, так и не смогли дать этому разумного объяснения, кроме того, что уже предложила няня Татуш.

Но вот впереди показалась запруда и послышался шум воды. У одного из раскидистых дубов, что росли вокруг, мы увидели лошадь и пони, стригущих траву. Однако, вопреки обыкновению, к звукам работающих мельничных колес примешивались чьи-то громкие голоса и крики.

Я тотчас поняла, что случилось неладное, и, как только повозка подъехала ближе, поспешила сойти с нее.

«Господь геенной тебя покарает!!! Будь ты проклят!!!» – Мой слух уловил отчетливый голос… О! Я его мгновенно узнала. То был голос Татуш, моей верной доброй няни, но каким страшным он мне показался! Она кричала, как грешник в аду.

«Беги, малыш, спасайся!» – вновь прозвучал ее крик и оборвался.

Не разобрав, что к чему, лишь только заслышав этот истошный вопль, залилась слезами моя маленькая дочурка. А у меня от ужаса волосы на голове зашевелились. И я не медля бросилась туда, откуда доносились крики. Не раздумывая, за мной побежал и фра Микеле, он оказался много проворнее и опередил меня на несколько шагов. Из повозки выскочил кучер. От запруды нас отделяла небольшая роща. Могучие, в несколько обхватов, стволы дубов мешали видеть то, что происходит там, у водоема. Но воображение мое рисовало поистине чудовищные картины: лихие люди схватили юного графа и хотят его убить.

И тотчас сквозь шум воды я различила его плач. О! Сколько было в нем страдания!

«Пощадите! Нет! Нет!» – молил он.

Но чей-то чужой, исполненный дикой звериной злобы голос заглушил его мольбы:

«Ха! Неужели ты думаешь, что я оставлю тебя в живых! Отправляйся в ад к своему отцу! Хватит стоять у меня на пути! Щенок!!!»

На бегу я даже не сразу поняла, кто произнес эти страшные слова. – Пожилая дама ненадолго прервалась, на лице ее было страдание, будто она вновь переживала все, что тогда происходило. – Ах, как это сложно описать! Как непросто рассказать вам о том, что случилось, ибо все произошло в считаные мгновения. Да, эти слова прокричал кузен Анри. Именно его, добежав до запруды, я увидела стоящим по пояс в бурлящей воде. А в руках у него, будто тряпичная кукла, болтался мой маленький Роллан. Схватив сына за шею, он опустил его голову под воду и с силой удерживал. Ребенок захлебывался и сопротивлялся из последних сил, а они были не равны. В тот же миг перед моими глазами мелькнула черная тень, то была сутана фра Микеле, который бросился на Анри. От неожиданности тот покачнулся и выпустил из рук свою жертву. А я, вбежав в воду, подхватила сына и вытащила его на берег. Глядя на его маленькое худенькое тело, недвижимо лежащее на земле, я мысленно возносила молитвы Господу. И Он услышал меня, ибо спустя короткое время Роллан шевельнулся, стал кашлять, а потом открыл глаза и заплакал.

Меж тем брату Микеле и кучеру, подоспевшему ему на помощь, удалось наконец схватить кузена Анри и выволочь его на берег. На то потребовалось немало сил, разумеется, не только потому, что тот был очень крепок и ловок, но еще потому, что воды в этой части запруды проистекали весьма бурно, устремляясь вниз на объемное мельничное колесо с ковшами. Шумно дыша и отдуваясь, монах и возница попытались связать кушаком злодея, а тот извивался и осыпал их проклятьями. Я же, не выпуская из своих объятий сына, огляделась вокруг и стала звать няню, которой, казалось, и след простыл…

«Татуш! Няня! Откликнись! – кричала я все громче и громче, но мой голос и шум потока сливались в один неясный гул. – Ах, боже мой! Где же она?!»

Слыша мои отчаянные крики, фра Микеле и кучер, оба также не на шутку взволнованные, на мгновение ослабили хватку. И тотчас злодей не преминул этим воспользоваться, разорвав путы, он вырвался из их рук и побежал к лошади, стоящей неподалеку на привязи.

Мужчины бросились было в погоню, но я остановила их.

«Где моя дочь? Он может ее схватить! Где няня Татуш! Отыщите ее!» – прижимая к себе сына, в исступлении молила я.

Они нашли Татуш довольно быстро внизу, в воде, у самой мельницы. Тяжелые вращающиеся ковши отбросили ее на камни. Журчащие струи стекали по ее седым волосам и лицу, на котором застыли боль и смертная тоска.