Тайна замка Чимниз - Агата Кристи

– Мадам де Бретей вне всяких подозрений, –возразила Вирджиния. – Я ее прекрасно знаю и полагаю, встречалась у нее ис мадемуазель. Я, безусловно, не очень помню, как она выглядит – лишь смутно,как запоминаешь гувернанток, компаньонок и попутчиков в поезде. Ужасно, но яникогда не рассматриваю их как следует. А вы?

– Только если они обладают исключительнойкрасотой, – признался Энтони.

– Что ж, в таком случае… – Она осеклась. – Вчем дело?

Энтони пристально смотрел на человека, вышедшего из-задеревьев и настороженно остановившегося. Это был герцословак Борис.

– Простите, – извинился Энтони. – Я долженпоговорить со своим псом.

Он подошел к Борису.

– В чем дело? Что вам нужно?

– Хозяин, – сказал Борис, поклонившись.

– Да, все это очень хорошо, но не надо ходить за мнойпо пятам. Это выглядит странно.

Не произнеся ни слова, Борис вынул грязный клочок бумаги,очевидно обрывок письма, и протянул его Энтони.

– Что это такое? – спросил Энтони.

На бумаге был написан адрес, больше ничего.

– Он уронил это, – сказал Борис. – Я несу этохозяину.

– Кто уронил?

– Иностранный джентльмен.

– Но зачем это мне?

Борис с упреком посмотрел на него.

– Ладно, ладно, можете быть свободны, – разрешилЭнтони. – Я занят.

Борис поклонился, по-военному развернулся и зашагал прочь.Энтони подошел к Вирджинии, засунув в карман клочок бумаги.

– Что ему надо? – полюбопытствовала она. – Ипочему вы называете его псом?

– Потому что он ведет себя как верный пес, –ответил Энтони. – В прошлой жизни он, наверное, был охотничьей собакой. Онтолько что принес мне обрывок письма, которое, как он сказал, уронилиностранный джентльмен. Скорее всего, имея в виду Лемуана.

– Наверное, – неохотно согласилась Вирджиния.

– Он повсюду ходит за мной по пятам, – продолжалЭнтони. – Как телохранитель. И почти ничего не говорит. Просто преданносмотрит на меня большими круглыми глазами.

– А может быть, он имел в виду Айзекстайна? –предположила Вирджиния. – Айзекстайн почему-то очень похож на иностранца.

– Айзекстайн? – Энтони поморщился. – А он-тоздесь при чем, черт возьми?

– Вы жалеете, что ввязались во все это? – спросилавдруг Вирджиния.

– Жалею? Вовсе нет. Мне нравится. Я всю жизнь любилтрудности. Может быть, сейчас их несколько больше, чем я предполагал.

– Но теперь все трудности позади, – сказалаВирджиния, удивившись серьезности его тона.

– Не совсем.

Какое-то время они шли молча.

– Есть люди, – нарушил молчание Энтони, –которые не признают сигналов. Обычно машинист при виде красного света илизамедляет ход, или останавливает поезд. Вероятно, я рожден дальтоником. Увидевкрасный свет, я ничего не могу с собой поделать и продолжаю нестись вперед.Сами понимаете, ничем хорошим это не кончается. И поделом! На дороге такиешутки опасны!

Он говорил очень серьезно.

– Вероятно, – сказала Вирджиния, – вы в своейжизни немало рисковали?

– Почти всегда… Разве что в брак не вступил!

– Звучит довольно цинично!

– Я не хотел. Брак в моем понимании был бы самойкрупной авантюрой в моей жизни.

– Это мне нравится! – покраснев, заметилаВирджиния.

– Есть только один тип женщины, на которой я хотел быжениться. Это женщина, чей образ жизни не имеет ничего общего с моим. И что жеприкажете делать? Принять ей мой образ жизни или мне – ее?

– Если она вас любит…

– Сентиментальность, миссис Ревел! Вы и сами этопонимаете! Любовь – это не наркотик, позволяющий уйти от окружающей среды. Есливы считаете, что это так, мне вас жаль! Любовь – это нечто большее, чемнаркотик! Как, вы думаете, чувствовали себя король и его актрисуля, прожив вбраке год-другой? Не жалела ли она о своих лохмотьях, босых ногах и беззаботнойжизни? Держу пари, что жалела! Было бы им лучше, если бы он ради нее отказалсяот короны? Тоже нет. Уверен, из него получился бы очень плохой нищий! А ни однаженщина не уважает мужчину, если он что-то плохо делает.

– Вы влюбились в нищенку, мистер Кейд? – тихоспросила Вирджиния.

– У меня другой случай, но принцип тот же!

– И нет никакого выхода?

– Выход есть, – грустно ответил Энтони. –Согласно моей теории, можно получить все, что желаешь, но только заопределенную цену. Вы знаете, какова эта цена в девяти случаях из десяти?Компромисс! Ужасная вещь компромисс, но, когда приближаешься к среднемувозрасту, он необходим. Сейчас такая проблема возникла и передо мной. Чтобыполучить женщину, которую я люблю, я бы даже согласился поступить на постояннуюработу!

Вирджиния рассмеялась.

– Знаете, а я ведь учился ремеслу!

– Но бросили его?

– Да.

– Почему?

– Из принципа.

– Скажите пожалуйста!

– Вы совершенно необыкновенная женщина, – вдругпроизнес Энтони, повернувшись и посмотрев ей в лицо.

– Почему?

– Вы можете удержаться от лишних вопросов!

– Это потому, что я не спросила вас, каково же быловаше ремесло?

– Именно.

Они снова замолчали, приближаясь к дому и вдыхая чудесныеароматы цветов.

– Мне кажется, вы отлично понимаете, когда в васвлюблен мужчина! – нарушил молчание Энтони. – Полагаю, вам до меня,да и до других здесь, нет никакого дела, но, господи, как бы я хотел, чтобы выобратили на меня капельку внимания!

– Думаете, вам это удастся? – тихо спросилаВирджиния.

– Вероятно, нет, но я буду очень стараться!

– Вы жалеете, что встретились со мной? – вдругспросила она.