Олигарх с Большой Медведицы - Татьяна Устинова

– Это имеет значение, потому что вчера на даче мою сестручуть не убили, и именно поэтому важно, был там ваш сын или нет!

– Как?!

– Отвечайте мне немедленно! Что вы знаете?! Зачем он тудаездил?! Он говорил вам что-нибудь?!

Фиона отодвинулась вместе со стулом, встала и зашла за него,как будто прикрылась от Дунькиного гнева.

– Откуда у этой вашей нимфы адрес Лизиного дома? Зачем он ейпонадобился?

– Какой… листочек?

– У Александры из блокнота вывалился листок, а на нем адрес.Это мой адрес! То есть Лизин! Откуда он у нее взялся?!

– Я… не знаю.

Она не врет, поняла Дунька. На самом деле не знает.

– Он спит именно с ней, да?! И вам не хочется, чтобы ваш сынвнезапно женился на дочке прислуги, да?! Пусть уж лучше буду я, чем прислуга,да?!

– Евдокия, не кричи.

– Да я и не кричу! Вы еще не слышали, как я кричу, ФионаКсаверьевна!

– Я ничего не знаю.

– Этого быть не может!

– Вадим предупредил меня, что собирается в Ро-щинопоговорить с твоей сестрой, но меня мало интересовал вопрос, зачем он тудаедет.

Тут Фиона вдруг подумала, что, быть может, дело в Фаберже,но невестка ни в коем случае не должна узнать об этом.

«Господи, зачем ты вложил так мало разума в голову моегосына?! Как он мог впутать еще кого-то?!»

В то, что Вадим пытался кого-то убить, она не верила.Слишком слаб, слишком зависим. Слишком малодушен.

«Но как он мог узнать?! От кого? Вера проболталась дочери, ата Вадиму?!»

Руки сжались в кулаки, и усилием воли Фиона заставила себяразжать их. Так не годится. Нужно холодно и трезво оценить ситуацию, а оначто-то разгорячилась.

– Фиона Ксаверьевна!..

– Евдокия, я не знаю, зачем Вадиму могла понадобиться твоя сестра!

– Александра спит с ним?

– Понятия не имею! – Ей даже удалось сделать вид, что онавозмущена подобным вопросом, и, кажется, хорошо удалось, потому что невесткаморгнула, перестала таращиться и наступать на нее. Фиона вернулась за стол, снеудовольствием отметив, что на полированном дереве остались следы – в томместе, о которое Дунька опиралась руками. Нужно будет сказать Вере, чтобы всеотчистила.

– Я никому не позволю… нападать на мою сестру, – вдруггромко сказала Дунька. – Никому и никогда. Если это ваш сыночек на нее напал, яубью его собственными руками. Вам ясно?

– Евдокия, как ты разговариваешь со мной? Неизвестно, чем бывсе закончилось на этот раз, потому что Дунька уже с трудом держала себя вруках, но в дверь опять постучали.

– Да!

Федор Петрович Малютин вдвинулся ровно настолько, чтобыголова торчала в проеме, а все остальное осталось снаружи, видимо, из уваженияк хозяйке и страха перед ней.

– Приехали какие-то люди, – сообщил он тихим голосом. – Ониспрашивают… Евдокию Юрьевну.

– Меня?! – поразилась Дунька.

– Да. Говорят, что они ваша сестра. – Он именно так и сказал«они». – Охрана сомневается, можно ли их… впустить.

Дунька оттолкнула раритетный английский стул с высокойспинкой и бросилась к выходу. Фиона осталась в кабинете – одна, а ФедорПетрович, подумав мгновение, кинулся за наглой девицей, позволившей себе такоенеуважение к статусу хозяйки.

Наглая девица вихрем промчалась по залу, выскочила на чистыйковер, пролетела мимо охранника и, навалившись всем телом, распахнулатяжеленную стеклянную дверь, за которой маячили два размытых силуэта.

– Лиза!

– Дунька! Ты здесь?! С тобой все в порядке?! Ты… Всенормально, да?

И они кинулись друг другу в объятия, словно одна из них допоследнего времени дрейфовала на гибнущем «Челюскине» по Северному Ледовитомуокеану, а другая с замирающим сердцем ждала о ней известий, не отходя отрадиоточки!

– Лизка, как ты сюда попала?!

– Ну, у тебя же мобильный не отвечал! А я знала, что тыпоехала сюда, и решила, что тебя надо спасать!

– Меня не надо спасать, все в порядке. А мобильный я вмашине забыла. Я его в зарядник воткнула и оставила там.

Охранник мялся за стеклом, а за охранником мялся ФедорПетрович, а с этой стороны стекла за Лизиным плечом какой-то здоровенный мужикна расчищенных от снега ступеньках курил и смотрел в сторону прищуреннымиглазами.

Это Лизкин олигарх, поняла Дунька. То есть бывший олигарх,ныне трудящийся Востока. То есть бомж.

– Зачем тебя сюда понесло? – спрашивала Лиза. – И почему тывыскочила раздетая?! Простынешь, и Новый год – псу под хвост! Иди одевайсянемедленно!

После чего она снова припала к сестре, как будто вовсе неона только что выпроваживала ее с мороза.

– Дунька, мне столько тебе надо рассказать!

– После расскажешь, – подал голос трудящийся. Голос оказалсянизким, с хрипотцой, как у всех много курящих мужчин. – В машине.

– Здрасти, – сказала ему Дунька. – Я Лизина сестра.

– Я догадался. Вы останетесь здесь или поедете с нами?

– Лиза, я хотела выяснить у Фионы, зачем Вадим собирался ктебе, а вместо этого…

– Может, вы потом поговорите? В каком-нибудь более удобномместе?

– А Фиона что тебе сказала?..

– Он ей не говорил зачем, он только сказал, что поедет, ипосле этого она…

– Лиза, – перебил бывший олигарх довольно резко, – хватит.Или вы обе немедленно садитесь в машину, или я увезу вас силой. Ну что?

– А почему он командует? – с интересом спросила Дунька уЛизы.

– По привычке, – ответила Лиза Дуньке.

– Я оденусь и выйду, – пообещала Дунька олигарху. – Пятьминут, и все! И мне надо свекрови до свидания сказать.

– Евдокия, почему ты не приглашаешь своих гостей войти?

Дунька подскочила как ужаленная.

Сзади стояла свекровь, очевидно, вовлеченная в событияФедором Петровичем Малютиным. Она стояла в некотором отдалении, но как-то так,что становилось понятно: она тут хозяйка всего и нет никакой возможности непринимать ее в расчет.

– Здравствуйте, Фиона Ксаверьевна, – из-за сестрицыногоплеча сказала Лиза. – Мы заехали за Дунькой. На пять минут. Извините, чтоотвлекаем вас от дел.