Олигарх с Большой Медведицы - Татьяна Устинова

Димка, ты уверен?!

Белоключевский показал ей палец, вымазанный голубой краской.Джип медленно полз по снеговой луже в ледяных грязных берегах.

– На днище и на брызговиках ничего не осталось. Холодно, исо снегом и льдом все отвалилось. А на колесах…

– Значит, Вадим там был?!

– Видимо, был.

– Значит, это он в нас стрелял?! Белоключевский искосапосмотрел на нее.

– Я не знаю. В нас стрелял профессиональный киллер, этоточно. Муж твоей сестры может быть профессиональным киллером?

– Нет! – крикнула Лиза. – Конечно, нет!

– Кроме того, машина, – продолжал Белоключевский задумчиво,– машина была другая. Или он ее припрятал где-то и именно на этой другойвернулся в Москву? Или… или топил меня не он? Напарника к тому времени он сжегв овраге. Может, был кто-то третий?

– Нет, – отрезала Лиза, – их не может быть два десятка.

– Не десятка, а всего трое, – поправил Белоключевский.

– Нет, Дим, это вряд ли. И вообще я не верю, что Вадим…

– Веришь ты или нет, а «Хонда» этой ночью в Ро-щине была,Лиза! Это факт.

– Это не факт, а просто следы голубой краски! А вдруг он клюбовнице ездил той же дорогой? Или еще куда-нибудь?! И тоже по МКАД?..

– Это слишком невероятное совпадение. Или что? У неголюбовница за городом? Или в каком-то спальном районе?

– Я понятия не имею, где у него любовница! Мне надопозвонить Дуньке.

– Подожди, – попросил Белоключевский. – Сейчас позвонишь. Тымне скажи лучше, только не торопись, подумай. Зачем он мог к тебе поехать? Ну,что ему могло быть от тебя нужно? Только ты о другом думай, ладно? Не о том,что он приехал тебя убивать и чуть не убил, а о том, что он твой родственник,хоть и бывший. Хоть и противный. О чем вы с ним разговаривали, когда у вас ещебыли хорошие отношения? Может, он жаловался тебе на что-нибудь? Или… в тайныкакие посвящал?

– Никуда он меня не посвящал, – сердито сказала Лиза. – Онпросто стрекозел и бабник. Заморочил Дуньке голову, а теперь…

– Но ведь он зачем-то к тебе поехал, – задумчиво сказалБелоключевский. – Что-то ему было надо. Он даже матери сказал, что собирается ктебе, правильно я понял? Тебе сестра об этом говорила?

– Ну да!

Машина выбралась со двора, и Белоключевский, переждавнесколько мгновений, вырулил на проезжую часть, ловко потеснив какой-тонебольшой автомобильчик. Автомобильчик сердито загудел, и сзади сильновзвизгнули тормоза.

– Димка! Как ты ездишь?!

– Что же мне тут, до завтра стоять, пока они все проедут?

– Не знаю, сколько там тебе стоять, но ты его подрезал!..

– Нет.

– Да.

– Нет.

– Ты его подрезал.

– А он должен по сторонам смотреть! Он же за рулем, а не нателеге.

Логика была железной. Телег в поле зрения действительно ненаблюдалось.

– Где ты учился ездить? Белоключевский улыбнулся.

– Меня бабушка научила.

– Кто?!

– Бабушка. Та самая, что всю жизнь в Рощине жила. Мне былолет девять, наверное. Ноги до педалей не доставали, потому что машина былаздоровая – «двадцать первая» «Волга». И она мне давала свои туфли на платформе.Что ты смотришь?

Она смотрела, во-первых, потому что он очень ей нравился, аво-вторых, потому что пыталась представить его себе в туфлях на платформе.

– К шестнадцати годам я ездил очень… самоуверенно. – Онопять засмеялся, видно, вспоминать было приятно. – А однажды, это мне уже летвосемнадцать исполнилось, я только-только права получил и в Москву поехал. Насвидание, понимаешь? Поражать воображение какой-то там Мани или Кати. И доехаля как раз до поста, знаешь, который прямо на повороте с нашей дороги на МКАД?

– Ну, конечно, знаю, – пробормотала Лиза. – Его все знают,этот пост…

– Ну вот. И меня там останавливают. Я в первый раз в жизниеду – сам, один, да еще с правами, да еще поражать воображение Мани, а тутгаишник с палкой!

– И что?

– Я так перетрусил, неприлично совершенно. Я думал, онсейчас у меня отберет права, потому что я что-то там такое ужасное сделал,нарушил или еще что…

– А он?

– А он мне говорит: «Дима, возвращайтесь домой, вашейбабушке срочно нужна машина». – Белоключевский захохотал. – Бабуляспохватилась, что ей на ученый совет надо ехать. Заседать, а я укатил. Водителяиз города вызывать долго, ну, она и позвонила на пост, чтобы меня вернули. Нукак?

– Трогательно, – призналась Лиза.

Ей казалось, что он рассказывает какие-то истории из жизниинопланетян, а она слушает и не очень верит, во-первых, в правдивость сюжета, аво-вторых, в то, что инопланетяне в принципе существуют.

– Потом она подарила мне машину, первую модель «Жигулей»,это было круто! Ну, а потом у меня появились водители и… другие машины. И зарулем я долго не ездил.

– Оно и видно, – не удержалась Лиза.

– Да ладно тебе!

– Нам направо. Белоключевский притормозил.

– Предупреждать надо.

Он перестроился, помигал. Примерился было, чтобы втереться вигольное ушко между «Газелью» и «Фольксвагеном», но передумал, объехал очередьи воздвигся впереди всех.

Лиза вздохнула.

– Позвони сестре, – сказал Белоключевский негромко. – Испроси, где она. Если она у тебя в офисе, пусть ждет нас. Если нет, скажи,чтобы подъезжала туда. Мне нужно с ней поговорить.

– Ты что-то хочешь у нее узнать?..

– Я хочу спросить, не знает ли она, зачем ее муж ездил вРощино.

– Она же мне сказала, что понятия не имеет!

– Она, может быть, и не имеет, – объяснил Белоключевскийнетерпеливо, – но вполне вероятно, что вспомнит нечто, и тогда понятие будуиметь я. Одно за другим происходят два очень странных события. И мы никак неможем их объяснить.

– Два? – переспросила Лиза. – А по-моему, гораздо больше.Намного больше странных событий!

– Самых странных два. Первое. Зачем твою сотрудницу понеслок тебе на дачу? Ты с ней не дружила, в гости не звала и детей не крестила,правильно я понимаю?

Лиза кивнула сосредоточенно. Она внимательно и усерднослушала и старательно соображала. Так что даже морщинка появилась на лбу.