Олигарх с Большой Медведицы - Татьяна Устинова

Нужно как-то обезопасить Лизу – оставить в Москве, связать,напоить или отправить скорым поездом во Владивосток и молиться о том, что онавыпрыгнет из него не раньше, чем состоится попытка номер три! Самое скверное,что он понятия Не имеет, в какой стороне искать.

Кто может желать ему смерти?

Конкуренты? У него давно таковых нет. Он никому неконкурент.

Бывшие враги? Он ни для кого уже не опасен. Он никто. Онподметает дорожки и колет дрова для своей печи – он будет подметать и колоть доконца дней, потому что его больше никуда и никогда не пустят.

Бывшие друзья? Любовницы? Жены?

Кто?!

И как он станет защищаться! У него нет союзников, зато унего есть Лиза, которую он должен спасти – вот в этом он был абсолютно согласенс ее сестрицей. Он втянул ее в скверную историю – при том, что у нее на тотмомент была собственная скверная история! – и он должен сделать все, чтобыкак-то ее оттуда вытянуть. Только как?!

– Пардон, а куда мы едем? – вдруг спросила Дунька. – Мненадо на работу!

– Нельзя спрашивать – куда, – наставительным тономбабушки-сказочницы проговорила Лиза, – надо спрашивать, далеко ли!

– Мне надо не далеко, а на работу!

– Мы и едем на работу. Только к вашей сестре. Ей тоженепременно надо на работу.

– Там Макс Громов, – объяснила Лиза. – Дай мне сигаретувсе-таки. Он что-нибудь придумает. Я ему все расскажу.

– Ты сначала мне все расскажи, – велела Дунька. – Я женичего не знаю! Ты мне утром говорила, что в тебя кто-то стрелял и не попал, апотом Вадим приехал с раной на боку!

– Дамы, вы стрельбой не увлекайтесь, – посоветовалБелоключевский. – Стрельба ни при чем.

– Он думает, что стреляли в него, – поделилась Лиза, – а нев меня.

– Почему?

– Я не знаю.

– Он тебе не говорил?

– Говорил, что в нас стрелял профессионал, а профессионалыочень дороги и вообще на дороге не валяются, и я того не стою, чтобы из-за меняпускаться в такие сложности.

– Тебя это оскорбляет? – живо поинтересовалсяБелоключевский. – Тебе хотелось бы, чтобы метили непременно в тебя?

– А труп? – бухнула Дунька. – Труп в гараже откуда взялся?!С неба свалился?

И тут Дмитрий Белоключевский сказал:

– Я думаю, что его привезла Лиза. То есть ее.

– Как?! – вскрикнули они хором и опять посмотрели друг надруга. Лиза рукой в перчатке взялась за спинку переднего кресла.Белоключевскому стало ее жалко.

– Вот так. Не было на снегу никаких следов. Даже ментыничего не нашли, правильно?

– Ну да. Да! Только что это означает?!

– Что Свету привезла Лиза. Следы были только от Лизиноймашины, больше никаких, а весь день и весь вечер шел снег. Она же не могла всамом деле свалиться с неба.

– Да не привозила я никакую Свету, – жалобно выговорилаЛиза, – ты что? С ума сошел?! Или ты думаешь, что я ее… убила?!

– Нет. Я так не думаю. У тебя не было никаких мотивов.

– Ну, спасибо тебе большое!

– Да что вы такое говорите! Вы ее до слез довели!

– Я никого не хочу доводить до слез, – жестко сказалБелоключевский. – Я пытаюсь разобраться в ситуации и не знаю как. Я непрофессиональный следователь и не оперативник. Но я знаю совершенно точно –если были следы только от одной машины, значит, они обе на этой машине иприехали.

– Димка, что ты несешь?! Ты что, мне не веришь?! Я непривозила в Рощино Свету. Никогда в жизни не привозила!

– Ты, может быть, и не привозила, а она приехала сама!Только в твоей машине.

– Как это?

– Так это. Ты что, каждый раз, когда садишься в машину,смотришь, что там у тебя на заднем сиденье?!

– Не смотрю, но, когда я ехала домой, там никого не было!

– То есть там никто не сидел, да?

– Да. Никто.

– А если лежал? Если человек лежал, да еще накрывшисьчем-нибудь темным, например, своей курткой или пальто. Ты бы его заметила?

Настала гробовая тишина, как после реплики «к нам едетревизор». Белоключевский хмуро глянул на них в зеркало и стал смотреть надорогу.

Метель мела, липла к стеклам. «Дворники» мерно постукивали.Дунька сильно сопела.

Лиза прикурила следующую сигарету.

– Дим, это ерунда какая-то.

– Это единственный возможный вариант. А про варианты мы всезнаем. Если имеется только один, и каким бы он ни был невероятным, значит, этои есть правда. Какие еще версии имеются, кроме падения трупа с неба?

Они все молчали, оглушенные и потрясенные.

Тонкие натуры, подумал про них Белоключевский. Они толькопритворяются… пуленепробиваемыми. А на самом деле – сплошь стекло. Хрупкое.Ненадежное.

– Хорошо, а убийца? – спросила Дунька, еще помолчав. –Допустим, Свету привезла Лиза. А убийцу кто привез? Или он тоже в это время унее на заднем сиденье отдыхал?

– Не было никакого убийцы, – сказал Белоключевский. – Покрайней мере в нашем гараже.

– А… где же он был?

– Не знаю. Но в гараже его точно не было.

Ничего не было.

Ничего и нигде не было!

Чертова сука все спрятала так, что отыскать ничего нельзя.

Он перерыл весь дом и так ничего и не нашел. Поначалу он ещеосторожничал и пытался скрывать следы – клал на место вещички, складывал шарфыи кофты, а потом стал рыться как попало, как роются в кино, когда что-то ищут,выворачивая на пол ящики, копаясь в бумагах и раскидывая все, что попадалосьпод руку.

Потом он сел на пол и завыл. Он должен найти!

Если он не найдет, ему конец!

О, как хорошо он это понимает – его убьют, зарежут каксвинью, и все из-за того, что эта сука, его жена, все спрятала так, чтоневозможно найти.

Ничего, ничего, он разыщет. Он же знает – это где-то в доме,а раз так, он непременно найдет, не может не найти!

Он попил воды на кухне, вытер мгновенно вспотевший лоб ивновь принялся за работу, и опять впустую.

На улице начались сумерки – ранние декабрьские сумерки, несулившие ему ничего хорошего. Время у него было ограничено, а он до сих пор всев том же положении, что и был утром.