Монстры из хорошей семьи - Дарья Донцова

– Я не курю.

– А на пачке телефоны записаны, –продолжила алкоголичка. – Может, нужные? Ты глянь…

По спине Нелли Ильиничны прокатился озноб.Забыв про страх и брезгливость, она взяла из грязных, покрытых болячкамипальцев алкоголички картонную сигаретную упаковку и уставилась на нее.Действительно, все свободные от фирменных надписей места пачки покрывализаписи.

– Оставь мне парочку сигареток, –шмыгнула носом бомжиха.

Нелли Ильинична, не понимая, откуда у неепоявились силы, вынула из кошелька купюру и протянула спившейся тетке:

– На, купи себе курево.

– Нехай тебе столько счастья привалит, чтоб отнего отмахиваться! – подпрыгнула от радости бабенка. – Во повезло!

Нелли повернулась и пошагала к метро,напряженно размышляя. До Ирочкиного дома она добралась, уже имея в головечеткий план. Сначала заведующая отчиталась перед Маней и Нюрой, потом,обговорив со старухами детали похорон и поминок, Нелли Ильинична постучалась вкомнату к Алле.

– Войдите, – донеслось изнутри.

Нелли вступила в спальню, школьница лежала накровати и читала книгу.

– Здравствуй, – сказала заведующая.

– Угу, – весьма невежливо кивнула Алла.

– Хочу выразить тебе соболезнование.

– По какой причине? – усмехнуласьдевочка.

– Ира погибла, причем трагически. Ты,наверное, переживаешь.

Алла кивнула:

– Конечно, она была хорошей соседкой, нас недоставала. Надеюсь, дядя Роман на какой-нибудь мымре не женится. Знаете, как вкоммуналках случается? Появится одна сволочь, и всем остальным кранты. Хотя увас отдельная квартира, нас не поймете.

– Да… соседка… – повторила Нелли.

Аллочка улыбнулалсь:

– Небось про мой визит вспомнили? Дура я была.Маленькая, вот и глупая. С мамой не поговорила, к вам понеслась. Забудьте,пожалуйста, мне мама все объяснила: в кабинете врач сразу двоих принимал, покаодна женщина за ширмой раздевается, он с другой беседует. Пациенток много,отсюда и бардак. Звуки из-за двери глухо доносились, вот я и не разобралась вуслышанном, сделала поспешные выводы. Забудьте то, что я наговорила, и извинитеменя.

– Ага, – кивнула Нелли, – конечно.Да, кстати, это ведь твоя пачка?

– Да, – радостно воскликнула Алла, –я ее потеряла! Где нашли?

– На лестнице, – стараясь сохранитьспокойствие, ответила Нелли. – Лифт не работал, пришлось пешком идти,поднялась на вашу площадку, вижу – лежит под батареей. Точно твоя?

– Да, – подтвердила Алла. – Вот,видите, верху стоит «Света», это телефон одной девчонки, она мне деньги должна.Я всегда на пачках нужное записываю.

– Ясно, – бормотнула Нелли. – Ну ибеда с Ирой приключилась! Ты не ходи одна поздно, это опасно.

– Я по ночам не шляюсь!

Нелли погрозила пальцем:

– А Нюра мне сказала, что в день, когда грабительнапал на Ирину, ты явилась за полночь.

– Пусть не врет! – возмутиласьАлла. – Я вообще дома не ночевала!

– Ничего себе! – всплеснула рукамиНелли. – В тринадцать-то лет!

Алла нахмурилась:

– Хорошенького же вы обо мне мнения! Вбольницу попала.

– Ты?

– Я.

– А что случилось?

Алла отмахнулась:

– Глупость! Живот скрутило. Прямо из школы на«Скорой» увезли, подозревали аппендицит. А в больнице анализы сделали исказали: «Операция не нужна, но на сутки задержим, чтобы понаблюдать».Отпустили на следующий день к обеду, пришла домой, а тут такое. Кстати, животдо сих пор ноет, мне велели гастроэнтерологу показаться.

– Отдыхай, деточка, – стараясь унятьдрожь в голосе, сказала Нелли и ушла.

– Понимаете, что произошло? – спросила уменя заведующая.

Я кивнула:

– Да. Но каким образом девочка могла уронитьпачку сигарет, если она находилась в больнице?

Нелли побарабанила пальцами по столу.

– Я чуть с ума не сошла, пока разобралась вситуации. Даже съездила в больницу. Алла не врала, ее и впрямь привезли изшколы и устроили в палате. Анализы оказались нормальными, и взрослого человекамоментом бы отправили домой, но к детям – а напомню, что Аллочке на тот моментчетырнадцати не исполнилось – отношение иное, да еще девочка усиленножаловалась на боль. Вот ее и задержали на двадцать четыре часа.

– Стопроцентное алиби! – воскликнула я.

Нелли помотала головой:

– Вроде бы да, но… Она все продумала, домельчайших деталей. Смотрите, врачи работают до трех, максимум до четырех дня.Потом специалисты разбегаются по домам, остаются лишь дежурный и парамедсестер. В девять вечера отбой, гасится свет, больным положено спать. Клиникапереполнена, мест нет, и Аллу никто держать долго не собирался, ее предполагаливыписать к полудню, оставили лишь для профилактики. Поэтому девочку положилиспать не в палату, а устроили на передвижной кровати в самом конце коридора. Нуа теперь представьте: верхний свет не горит, отделение спит, медперсоналзанимается своими делами. Что мешает тихо встать и поехать к дому? Больница незапирается, охраны нет, личные вещи висят на стуле. Кстати, не так давно однаиз одноклассниц Аллы попала именно в то отделение, у нее как раз и былаппендицит, операцию сделали. Думаю, посещая подругу, Алла и разработала план.Одним словом, она убила Иру и вернулась назад. Алиби замечательное. И ещемерзавка сообразила: ей пока нет четырнадцати лет, а в те годы подросткиосвобождались от ответственности.

Нелли закашлялась, потом, справившись сприступом, продолжила:

– Она все рассчитала, но… уронила пачкусигарет. Торопилась, наверно, вот и не заметила пропажу. В принципе, найтиубийцу было легко. Следовало опросить медперсонал и больных, может, кто иприметил девочку, шнырявшую ночью по коридорам. Только следователь не обратилвнимания на сигареты, решил, что они Ирины.

– И вы промолчали?

Нелли кивнула.

– Почему? – возмутилась я.

Заведующая нервно потерла руки.

– Ну… в память об Элле Дементьевне… она быочень не захотела подобного развития событий… такой позор… К тому же четких-тодоказательств нет…

– А пачка сигарет? – вскочила я.