Мужские игры - Александра Маринина

– Все вы, конечно, знаете, что недавно в одной из газетбыла опубликована статья «Трупы на свалке». Полагаю, что все вы ее читали,поэтому не стану пересказывать ту грязь, которую на нас в этой статье вылили.

Народ закивал головами, дескать, конечно, читали,пересказывать не нужно.

– Хочу сказать вам, что статья была написана на основематериала, который при проверке оказался фальшивкой. С облегчением могуконстатировать, что утечки секретных сведений из нашего подразделения непроизошло. Но в этой пикантной ситуации один из наших сотрудников проявилпоразительный непрофессионализм, который граничит уже просто с халатностью ибезразличием к выполняемой работе. Я имею в виду майора Короткова.

Все недоуменно уставились на Юру. Как же так? За Юркойникогда не водилось…

– Позавчера майор Коротков посетил редакцию газеты,опубликовавшей статью, познакомился с журналистом Валентином Баглюком ивыяснил, на основании каких материалов была написана эта статья. Подоговоренности с редакцией материалы были переданы в Федеральное бюро судебныхэкспертиз для проведения предварительного исследования. Вчера экспертыпригласили Короткова и автора статьи Баглюка и наглядно продемонстрировали имсвидетельства фальсификации, после чего Юрий Викторович привез Баглюка наПетровку, ко мне, для дачи объяснений. Юрий Викторович, – обратилсяМельник к Короткову, – не сочтите за труд рассказать нам, что вы узнали обобстоятельствах появления у Баглюка двух фальсифицированных записей.

По лицу Короткова было видно, что он не чувствует своей виныи не понимает, что происходит. Он поднялся, одернул пиджак.

– Баглюк рассказал мне, что получил эти материалы отнеизвестного мужчины, который якобы озабочен развалом агентурно-оперативной работыв милиции и хочет, чтобы была опубликована скандальная статья, после чего,может быть, на проблему обратят внимание.

– И это все?

– Это все, товарищ полковник.

– И вы, опытный оперативник, считаете, что этого достаточно?Вы выяснили, что это был за человек, как выглядел, как был одет, как двигался иговорил? Вы хоть что-нибудь спросили об этом у Баглюка?

– Я не успел, Владимир Борисович. Как только в редакциимне показали пленки, я немедленно позвонил вам, вы же помните. А вы сказали,чтобы мы брали пленки и сразу же ехали в Федеральное бюро судебных экспертиз.Вы пообещали, что, пока мы будем ехать, вы доложите вопрос руководству идобьетесь, чтобы дали команду посмотреть наши материалы сразу же, вне очереди.

– И вы поехали?

– Так точно.

– Каким транспортом вы добирались из редакции?

– Я ехал на своей машине, а представители редакции – намашине Баглюка.

– Что было дальше?

– В Бюро мы сразу прошли к директору, он сказал, чтоему уже звонили, и направил нас в отдел фоноскопической экспертизы. Мы отдалипленки, их зарегистрировали, и мы разъехались.

– Прекрасно. Вы поехали по своим делам и с Баглюкомбольше не общались, я правильно вас понял?

– В тот день – нет, не общался.

– А вчера?

– Вчера мы встретились уже в Бюро, а после разговора сэкспертом поехали сюда, к вам.

– И опять каждый на своей машине?

– Так точно.

– Как же так, Юрий Викторович? Вы оперативник иликонвоир, позвольте вас спросить? Может быть, вы полагаете, что вашапрофессиональная обязанность состоит в сопровождении журналиста Баглюка в егопоездках по городу? Как могло получиться, что вы даже не удосужилисьпобеседовать с ним подробно, выяснить детали, необходимые для поиска того, ктоподсунул ему липу? Или вы настолько увлечены решением своих личных любовныхпроблем, что совсем забыли о работе и предпочитаете перекладывать ее на плечидругих?

Это было грубо. Весь отдел знал о том, что Юра Коротковдавно уже не хранит верность своей жене, более того, многие были знакомы сженщиной, с которой у него вот уже четыре года был роман, но никогда никто немог бы упрекнуть его в том, что он крутит любовь в ущерб работе. Коротков сталзаливаться краской, губы сжались, казалось, он вот-вот сорвется.

– Владимир Борисович, – начал он звенящим отзлости голосом, но Мельник тут же перебил его:

– Вчера вы вполне успешно переложили свою работу наменя. Вы сбросили мне Баглюка как ненужный груз, ставший обузой, и радостнопобежали пить кофе в кабинет к своей подружке Каменской. К счастью, я оказалсяв данной ситуации больше сыщиком, чем начальником, поэтому сделал за вас то,что вы сделать поленились или забыли. Я получил от Баглюка все сведения, какиетолько смог из него вытрясти. И слава богу, что я это сделал.

Он выдержал драматическую паузу, сверля глазами Короткова,который стоял перед ним, пылая багровым румянцем.

– Потому что если бы я этого не сделал, то сегодняинформация оказалась бы утраченной безвозвратно. Вчера поздно вечером журналистВалентин Баглюк погиб в автокатастрофе. Он вел машину в состоянии сильногоалкогольного опьянения и на скользкой дороге не справился с управлением.Садитесь, Коротков. Я надеюсь, из случившегося вы все сделаете выводы. За тринедели я уже понял, что под руководством Гордеева вы привыкли жить как однабольшая семья. Может быть, это и неплохо с точки зрения психологическогоклимата. Но для серьезной работы совершенно непригодно. В семье можно не вымытьпосуду или не постирать носки, потому что это сделает за тебя кто-нибудьдругой, а и не сделает, так тоже ничего страшного. Грязная посуда, как игрязные носки, никуда не убежит. Пора забыть эти привычки. Вы находитесь наслужбе, и будьте любезны помнить об этом. Всё. Все свободны.

* * *

Коротков после утренней разборки с трудом пришел в себя. Ипрежде чем бежать по делам, упрямо зашел к Насте. Ну и черт с ним, с Бариномэтим, пусть он даже сейчас его застанет здесь.

– Да, я лопух, – зло говорил он, прикуривая однусигарету от другой, – но кто же знал, что этот придурок нажрется и сядетза руль. Уже три дня дороги в городе такие, что не приведи господь, километранельзя проехать, чтобы не увидеть битую машину или аварию. Баглюк же сам ездил,неужели не понимал, что происходит на дорогах? Так нет, напился и поехал.

Настя молча составляла какой-то документ. Она понимала, чтобессмысленно подавать Юре ответные реплики, ему просто нужно выпустить пар иуспокоиться.

– И Люсю зачем-то сюда приплел, и тебя, –продолжал он возмущаться. – Надо же было назвать тебя моей подружкой! Да ктебе весь отдел бегает. Ну скажи мне, Ася, только объективно, был у меня хотьодин провал в работе из-за того, что я с Люсей время проводил? Ну скажи, был?

– Не было, – сказала Настя, не поднимаяголовы. – Не обращай ты внимания, Юра. Новая метла, чего ж ты хочешь. Этоболезнь первого периода нахождения в должности. Самоутвердиться путем охаиваниясложившихся порядков, нагнать страху на подчиненных повышеннойтребовательностью. Нужно перетерпеть. Обычно это скоро проходит.