Фигура легкого эпатажа - Дарья Донцова

— До вас, наверное, доползли слухи? — грустноспросила Мэри. — Про СПИД, сифилис, проституцию и все такое. Очень хорошопонимаю, сама бы пришла поговорить с матерью такой девочки. Явилась в классновенькая, не пойми из какого города, больная неизвестно чем… Я поэтому вам такподробно нашу историю и рассказала, сейчас покажу анализы. Ларочка незаразна, унее некий гормональный срыв. Ваша девочка — единственная подруга моей дочери, иесли Лизочка отвернется от нее, Ларисе придется очень плохо. Романову в классеуважают, когда дети увидели, что она сблизилась с моей дочкой, многие пересталииздеваться над Ларой. Умоляю, не запрещайте Лизе общаться с ней! Вот смотрите,у нас чисто, уютно, я хорошо зарабатываю, имею машину. Она, правда, сейчас всервисе, колесо недавно проколола. Представляете, спешила на очень важнуювстречу в воскресенье, и бац! Впрочем, это вам неинтересно. Главное другое: ниалкоголиков, ни наркоманов в нашем доме нет. Пока сбегаю за документами,посмотрите Ларочкину комнату. Конечно, в Новоклимовске у нас были лучшиеусловия, но и в Москве мы нормально устроились!

Мэри вскочила. Я ее остановила и тихопопросила:

— Сядьте, пожалуйста. Я совсем не противдружбы Лизы и Лары и вообще первый раз слышу о сплетнях про ужасные болезни.

Мэри растерянно опустилась на место.

— Но тогда что привело вас ко мне? Думала…

— У вашей матери был брат?

Хозяйка заморгала:

— Кто?

— Михаил Петрович Антонов, — спокойно пояснилая, — доктор наук, профессор, химик.

— Право, странно… — пожала плечами Мэри. — Тотже вопрос задал мне и Герасим Семенович.

Настал мой черед удивляться:

— Не знаете, что навело врача на эту мысль?

Мэри встала, открыла один из ящиков, вынулаоттуда белую пластиковую баночку с темно-зеленой наклейкой и протянула ее мне:

— Смотрите, перед вами таблетки, которые мамапокупала в Москве.

— Странное название — «Анин», — отметила я,начав изучать упаковку. — А зачем вы мне ее дали? Не являюсь большим знатокомвитаминов, но эти кажутся вполне тривиальными: А, В, С, D, Е, а еще железо,фосфор, кальций, селен, хром, цинк…

— Ниже читайте, — велела Мэри.

Я послушно опустила взор и приметила надпись,сделанную мелкими, но очень четкими черными буквами: «Разработано в лабораториипрофессора Михаила Петровича Антонова. Специально для российского потребителя,учтены все нормы».

— Когда Герасим Семенович увидел эту приписку,— продолжила Мэри, — он тут же поинтересовался, не является ли Михаил ПетровичАнтонов братом Лауры Петровны Антоновой.

— И что вы ответили?

— Нет, у мамы не имелось родственников, —довольно равнодушно сообщила Мэри. — Знаю лишь, что ее воспитывал отец,человек, фанатично преданный спорту. Сам дед Петр особых успехов не достиг,поэтому мечтал об олимпийской медали для дочери, но Лаура не оправдала егонадежд, зато из нее получился великий тренер.

— Вы деда не помните?

— Нет, — покачала головой Мэри, — он умер,когда я была совсем крошкой.

Я набрала полную грудь воздуха и решительнопроизнесла:

— Хватит врать!

На лице Мэри возникло самое искреннееудивление:

— Простите…

— Вы, похоже, отличная актриса, но обвестименя вокруг пальца очень трудно, — хлопнула я ладонью по столу, — немедленноговорите правду.