Рапсодия в стиле mort - Карина Тихонова

Арсений не верил, что люди – даже те, которые стараются быть честными сами с собой, – знают, когда что-то в их жизни подходит к концу. Неважно, хорошее или плохое. Они продлевают привычное существование всеми правдами и неправдами, убеждая себя, что временные сложности рано или поздно пройдут, все вернется на круги своя. Арсений подумал: человечество, и так довольно безумное, окончательно сошло бы с ума, лишившись этой способности к самообману.

Так произошло с ним, когда погибла Нина. Его мозг просто отказался принять реальность и изобрел множество ходов, откладывающих или интерпретирующих событие нужным образом. Сначала Арсений отодвинул возникшую проблему с помощью нехитрого способа Скарлетт О’Хара: «Я подумаю об этом завтра». А потом убедил себя, что гибель Нины – еще один хит в коротком списке его ночных кошмаров.

Нечто подобное происходит сейчас с Дашей. Сначала она заявила, что Арсений ошибся и перепутал Сашку с другим человеком. Бросилась в пустой номер на четвертом этаже, обыскала там все шкафы, а потом целый час висела на телефоне, пытаясь дозвониться до несуществующего абонента.

– Брось, – уговаривал ее Арсений. – Мобильника при нем не было. Наверняка он остался там, в озере.

Даша не слышала. Она сидела за столом, накрытым скатертью и уставленным тарелками, и смотрела на светящийся экран мобильника, где в сотый раз появилась надпись: «звонок завершен».

– Почему ты не рассказал мне всю правду? – спросила она вдруг.

Арсений с недоумением уставился на ее осунувшееся лицо. Он вдруг со страхом вспомнил о другом лице с восковым заострившимся носом, но тут же отогнал неприятное видение. Дашу нельзя уничтожить. Она главная героиня книги.

– Какую правду?

Даша начала заплетать косу. Он уже знал эту ее привычку: занимать руки, когда она волнуется или нервничает.

– Не забыл женщину, которая организовала твой литературный вечер? – Арсений напрягся и вспомнил полную круглолицую тетку с хитрыми прищуренными глазками и невероятной, пробивающей насквозь энергетикой. Она встретила его у входа в библиотеку, проводила в зал и всю дорогу сыпала вопросами по поводу московских цен и зарплат. – Ты ее узнал?

– Узнал? – переспросил он. Тут же спохватился, что второй раз отвечает вопросом на вопрос, и покачал головой. – Нет. А должен был?

Даша доплела косу и закинула ее за спину.

– Должен, – она по-прежнему не глядела на Арсения. – Это была твоя бывшая соседка по этажу, Вероника Андреевна Сорокина. – Ее глаза уставились на Арсения с недоверчивым колючим выражением. – Вспомнил?

– Не знаю я ника… – начал Арсений и вдруг вскрикнул: – Господи! Тетя Вера!

Даша глубоко вздохнула.

– Как она? – спросил Арсений с искренним интересом. Ну надо же, тетя Вера! То-то она поглядывала на него с затаенным лукавством! Тут он сообразил кое-что еще и нахмурился: – Каким ветром тебя к ней занесло? И как ты узнала, где она живет?

Даша ткнула пальцем в мобильник. Сначала Арсений подумал, что она сто первый раз вызывает дух убитого абонента, а потом сообразил: телефон просто образ.

– Это она передала мне музыкальный привет, – сказала она. – «Рапсодию в стиле блюз».

Арсений облокотился о спинку стула, не спуская с Даши широко открытых глаз.

– Тетя Вера? – переспросил он озадаченно. Даша не ответила. – И зачем она это сделала?

– Об этом теперь можно только догадываться.

– А спросить нельзя?

– Нельзя, – ответила Даша деревянным голосом. – Видишь ли, тетя Вера выпала из окна тринадцатого этажа в тот же самый день, что и я. Так что она уже ничего не объяснит.

После катастрофического откровения в комнате повисла тишина. Тихо отстукивали секунды часы на секретере, телевизор едва слышно шелестел разными голосами. В полночь должен выйти последний выпуск «Городских новостей», которого они ждали. Вернее, ждала Даша.

Арсений обернулся и взглянул на часы. Без десяти двенадцать.

– Кто тебе все это рассказал? – спросил он.

– Верина дочь, Марина. Ты ее не знаешь. Она родилась через восемь лет после… – Даша замялась, но все же договорила: – После самоубийства твоей матери. – Арсений бросил ножик, который крутил в пальцах, он упал на скатерть с глухим стуком. – Я, конечно, понимаю, что тебе больно, – продолжала Даша, изо всех сил стараясь казаться спокойной. – Но… – Она не удержалась и стукнула кулаком по столу: – Но ты же не мог не понимать связи, черт побери! – По ее лицу потекли крупные детские слезы. – Почему ты не рассказал мне все, от начала до конца?!

– А ты думаешь, мне легко об этом говорить?!

Арсений не сдержался и тоже сорвался на крик. Отшвырнул ногой стул и пошел к окну. Даша тихо плакала, положив голову на стол, он видел в сверкающем оконном стекле, как вздрагивают ее плечи.

– Уедем отсюда, – попросил он, не оборачиваясь. Дашино отражение подняло голову и вытерло лицо обеими ладонями.