Апология здравого смысла - Чингиз Абдуллаев

— Я лучше пойду, — поднялся Дронго, — не буду вам мешать.Наверно, есть о чем поговорить двум братьям. А вы случайно вернулись не изКиева, Эмиль Павлович?

— Нет, — нагло ответил тот, — я вообще не выезжал из Москвыуже несколько дней. Меня видели соседи, Гера Даниловна и мой брат. Они всемогут подтвердить.

— Не сомневаюсь, — кивнул Дронго, — у вас абсолютное алиби.До свидания. Надеюсь, мы еще раз увидимся.

— До свидания, — явно издеваясь, крикнул ему вследпрофессор.

Дронго вышел из здания, чувствуя на лице легкий освежающийветер. Он достал телефон, набрал номер.

— Что у тебя происходит, Леонид? — спросил он Кружкова.

— Не знаю, — ответил тот, — ничего не понимаю. Я им уженесколько раз звонил, но мне никто не отвечал.

— Вызывай людей и ломай двери, — посоветовал Дронго, — и какможно быстрее. Они обе в квартире?

— Да, кажется, обе.

— Черт возьми. Ты никуда не уходил?

— Только на полчаса.

— Ломай дверь и будь осторожен. Я сейчас к тебе приеду.

Кружков бросился в подъезд. К моменту приезда Дронго всебыло уже кончено. Обе женщины находились в квартире Светланы Василевской. Онилежали на кроватях, связанные и с большими кляпами во рту. Если бы не Кружков,ровно через сорок две минуты в квартире должен был произойти взрыв, после чегомог начаться сильный пожар, и никто бы не вышел из этой квартиры живым.

Сотрудники милиции брали показания у потрясенных женщин.Самое обидное, что ни одна из них не видела нападавшего. Тот был в маске. Оноткрыл дверь своим ключом, ловко и незаметно вошел в квартиру. Связал сначалаУбаеву, а затем и Василевскую. После чего оставил их в спальне, а сложную смесьиз взрывателя, динамита, керосина и ударного капсюля оставил на столе всоседней комнате. Офицеры милиции вызвали саперов, чтобы обезвредить эту«адскую машину».

На место происшествия приехал сам Николай НиколаевичСмирнов. Он молча наблюдал за работой саперов. Затем отвел Дронго в сторону.

— Откуда вы узнали о готовящемся взрыве в квартире? —спросил он.

— Я не знал, — честно ответил Дронго, — но был уверен, чтонечто подобное может произойти. У вас еще одно убийство…

— Нет, — ответил удивленный Смирнов, — у нас нет большеубийств. Последнее было в окрестностях Санкт-Петербурга.

— Сегодня в Киеве совершено очередное убийство, — сообщилДронго, — вам нужно срочно вылететь туда. Только на этот раз будьте осторожны.И не верьте даже очевидным фактам. Возможно, вы найдете там даже мои отпечаткипальцев. Не знаю, каким образом, но найдете. Например, туда подбросят мою ручкуили бумагу с моими отпечатками. А может, там будут отпечатки пальцев моегонапарника — Эдгара Вейдеманиса. Но вы все равно не принимайте поспешныхрешений. Я еще не совсем понимаю, какую адскую смесь заварил нам профессорКороедов, но прошу вас не принимать поспешных решений, — повторил Дронго.

— В Киеве? — задумчиво повторил Смирнов. — Я дам указание,чтобы все проверили. Но почему здесь хотели устроить этот взрыв? Чем им мешалинаши знакомые?

— Убаева и Василевская точно знали, для кого нужно быловзять рукописи из издательства, — напомнил Дронго. — Если бы с ними что-тослучилось, то остались бы только два свидетеля, которые сюда приходили. Я иЭдгар Вейдеманис. Предполагаю, что со мной могло что-то произойти. Несчастныйслучай или взрыв в автомобиле. И тогда оставался только Эдгар Вейдеманис,которого можно было бы обвинить во всех смертных грехах. Особенно если вынеожиданно найдете его отпечатки пальцев на месте преступления в Киеве.

— А где он сейчас находится? — спросил Смирнов.

— В Киеве, — кивнул Дронго, — но туда его послал я. И еще вчеравечером мы не могли решить, кто именно туда поедет. Но отпечатки его пальцевтам уже оставлены.

— Так не бывает, — возразил Николай Николаевич, — это наука,а не игрушка. Еще никому в мире не удавалось подделать отпечатки пальцев. Этоневозможно. Даже если облить пальцы кислотой или выжечь их папиллярный узор, товсе равно при восстановлении отпечатки будут такими же, какими они были до этойоперации. Отпечатки пальцев — самый надежный способ идентификации любогочеловека. И вы должны это знать.

— Я знаю. Но об этом знает и убийца. Или его сообщник.Поэтому будьте внимательны и не торопитесь с выводами.

— Постараюсь, — Смирнов набрал чей-то номер и отошел отДронго.

Поздно вечером Дронго вернулся домой. Он понимал, что сумелпросчитать не все. Понимал, что упустил какой-то важный момент. Он сознавал,что женщинам, которые были связаны с Короедовым, грозила смертельная опасность.И поэтому оставил рядом с ними Леонида Кружкова, который сумел помочь имбуквально в последний момент. Но как помочь Эдгару Вейдеманису, если в Киеведействительно будут обнаружены отпечатки пальцев его напарника на местепреступления? Может, профессору удалось украсть какую-то пуговицу или ручкуЭдгара, когда они там были. Но пуговица и ручка — это еще не доказательство. Смирновдостаточно опытный и умный человек, он понимает, что их могли подбросить.Дронго даже не представлял себе, как он будет завтра удивлен.

В эту ночь он почти не спал. Рано утром прилетел Вейдеманис,который сразу приехал к своему другу. Он подробно рассказал об аварии,происшедшей в семьдесят девятом году. Двое мальчиков-близнецов тогда сильнопострадали, а их родители погибли. Очевидно, у Эмиля был серьезно поврежденмозг, а Григорию пришлось ампутировать ноги. И это сблизило братьев еще больше,хотя у любых братьев-близнецов всегда существует особое духовное родство.Очевидно, оба брата испытывали определенные проблемы с женщинами. Но у Григорияони были физического свойства, тогда как у его брата они выражались в инойформе. Очевидно, он не мог получать удовольствие в обычном виде. И, конечно,профессор пытался скрыть ото всех эту пагубную страсть своего брата.

Первые рукописи были написаны Эмилем. Это были примитивныезаписки человека, не получившего должного высшего образования. Следующиерукописи обрабатывал более образованный Григорий. Когда он понял, что виздательстве началась паника из-за убийства в Саратове, он решил забратьрукописи и сжечь их, чтобы помочь своему брату. А заодно и убрать обеихсвидетельниц случившегося, как несколько лет назад он убрал свою бывшую жену.Но оставались последние два свидетеля — Дронго и Вейдеманис. И тогда онпридумал абсолютно невероятный план.

Эдгар просидел все утро на кухне своего друга, рассказываяобо всем, о чем ему удалось узнать. Но в десять часов в их квартиру постучали.Их было пять или шесть человек во главе с Николаем Николаевичем. Смирнов былмрачен и сосредоточен. Убитую жертву обнаружили в Киеве, недалеко от аэропорта.Он уже знал, что в Киев летал именно Вейдеманис. И приехал, чтобы на месте проверитьего отпечатки пальцев.