Стеклянный сад - Наталья Александрова

Приглядевшись к стеклянной массе, он увидел, что она снова переменила цвет. Теперь у нее появился глубокий и нежный перламутровый оттенок, подобный тому, какой приобретает вода венецианской лагуны в час перед закатом.

Большая черная машина подъехала к типовой хрущевской пятиэтажке в Дачном. За рулем машины сидел коротышка с физиономией, разукрашенной синяками и ссадинами, рядом с ним – мрачный долговязый тип с туго перевязанной рукой. На заднем сиденье в гордом одиночестве разместился Власов.

Шестьдесят лет назад, когда Никита Хрущев объявил, что каждая советская семья должна жить в отдельной квартире, и начал программу массового строительства, именно здесь, в Дачном, начали строить первые в Ленинграде типовые пятиэтажки.

Квартиры в них были маленькие и тесные, с крохотными кухоньками, но получая такую квартиру после комнаты в дремучей коммуналке, с общим на десять семей туалетом и кухней, на которой завывали десять примусов, или после подвала, в который солнце заглядывало раз в году, люди были счастливы.

В то время считалось, что через двадцать лет будет построен коммунизм, в стране наступит всеобщее изобилие, и поэтому типовые пятиэтажки были рассчитаны именно на двадцать лет.

Коммунизм не наступил, но и пятиэтажки оказались гораздо долговечнее, чем рассчитывали их проектировщики, и до сих пор служат поставленной цели. Некоторые из них обновлены, некоторые просто подкрашены, как стареющая кокетка, чтобы скрыть слишком бросающиеся в глаза дефекты внешности. Тот дом, перед которым остановилась черная машина, был из второго разряда.

– Какая установка, шеф? – спросил водитель, повернувшись к Власову и выражая голосом и лицом исключительную преданность, которая, на его взгляд, успешно заменяла все остальные достоинства.

– Установка! – передразнил его седовласый. – Все тебе надо разжевать и в рот положить! Установка у вас одна – нужно взять эту женщину живой. Живой и по возможности невредимой. Это понятно? На этот раз вы не облажаетесь?

– Понятно, шеф… – без энтузиазма протянул коротышка. – А в какой она квартире?

– Вот тут есть маленький вопрос. Наш человек засек кратковременное включение ее телефона. Координаты очень точные, он определил не только дом, но и подъезд. Вот этот самый подъезд, первый от угла. Но, к сожалению, вертикальных координат никакая техника не дает, так что номера квартиры мы не знаем.

– Так что же, обходить подряд все квартиры?

– А что, можно! – подал голос второй боец, до сих пор скромно молчавший. – Дом небольшой, всего пять этажей, на каждом по две квартиры… итого десять…

– Можно! – передразнил его Власов. – С кем приходится работать! Тебе лучше помалкивать!

Долговязый обиженно замолк, а Власов повернулся к его более смышленому напарнику и проговорил:

– Вот как вы сделаете…

Через несколько минут двое мужчин весьма подозрительного вида подошли к подъезду.

Этот подъезд не был даже оснащен обычным домофоном – на двери стоял допотопный кодовый замок. Тот из напарников, что пониже и посмышленее, посмотрел на клавиатуру замка сбоку и моментально определил три кнопки, которые были вытерты до блеска от частых прикосновений. Нажав на эти кнопки, он открыл дверь.

Напарники пошли не вверх по лестнице, а вниз – в подвал.

Здесь находились все трубы, по которым в квартиры поступала горячая и холодная вода, и прочие внутридомовые коммуникации.

Оглядев их, невысокий перекрыл один из кранов, тем самым прекратив доступ воды во все квартиры подъезда.

– И что теперь? – осведомился его менее сообразительный напарник.

– Теперь ждать!

К счастью, ждать им пришлось недолго.

Дверь подвала открылась, раздалось глухое кряхтенье и оханье, и лестница заскрипела под чьими-то тяжелыми шагами. Наконец в подвале появился мужчина лет сорока, такой толстый, что лестница под ним едва не подломилась. Он был одет в необъятный рабочий комбинезон, едва не лопавшийся на его животе, в одной руке держал чемоданчик с инструментами, в другой – тяжелый разводной ключ. Все это указывало на то, что это – местный водопроводчик.

Подслеповато оглядывая полутемный подвал, водопроводчик пропыхтел:

– Мишка, паршивец, опять ты хулиганишь? Вот поймаю – так надеру задницу, что месяц сидеть не сможешь!

Не получив ответа на эту гневную тираду, водопроводчик, тяжело вздыхая и переваливаясь, направился к стене с кранами.

Тут из темного угла вышел долговязый тип с перевязанной рукой и следами побоев на лице.

Ухмыльнувшись, он проговорил:

– Ку-ку!

– А ты еще кто такой и что тут делаешь? – строго осведомился водопроводчик и покрепче сжал в руке разводной ключ.

Если раньше было в ходу выражение «булыжник – оружие пролетариата», то сейчас его смело можно заменить другим: оружием пролетариата в наше время стал разводной ключ или монтировка.

– Это ты, что ли, воду перекрыл? – пропыхтел водопроводчик и сделал шаг вперед.

– Ну, я! – нагло ответил незнакомец.

– А по тыкве получить не хочешь? – и водопроводчик замахнулся разводным ключом.

При этом на лбу у него выступили капли пота – из-за толщины он потел от малейшего усилия.

– Зря ты так, Вася! – раздался у него за спиной незнакомый, но очень неприятный голос.

Водопроводчик попытался повернуться, но в этот момент второй незнакомец, подобравшийся к нему сзади, пнул несчастного толстяка под колени. Из-за своей толщины водопроводчик нетвердо стоял на ногах. От пинка он потерял равновесие и грохнулся на колени, отчего пол заметно содрогнулся.

Самый низкорослый народ на земле, пигмеи Центральной Африки, очень ловко охотятся на огромных слонов. Маленькие охотники подбираются сзади к четвероногому гиганту и подрезают ему сухожилия на задних ногах, отчего слон падает и становится почти беспомощным.

Двое напарников вряд ли знали об этом методе охоты, но использовали именно его. За тем исключением, что они не подрезали водопроводчику сухожилия, а обошлись с ним более гуманно.

Как только водопроводчик упал на колени, долговязый тип толкнул его в бок. Толстяк завалился на бок, и напарники общими усилиями перекатили его на спину.

Теперь водопроводчик был совершенно бессилен – без посторонней помощи он ни за что не смог бы подняться на ноги. Он только пыхтел и чертыхался, лицо его наливалось кровью.

– Вы… кто… такие? – прохрипел он, пытаясь отдышаться. – Чего… вам… надо?

– Кто мы такие – это тебя не касается, Вася. А вот что нам надо… расскажи нам обо всех жильцах этого подъезда. Ты ведь их наверняка хорошо знаешь.

– Мужики… – пропыхтел водопроводчик. – Вы явно не туда зашли… здесь богатые люди не живут, одна нищета… здесь вам ничего не обломится…