Меховое дельце - Марина Серова

Аллочка ждала меня у проходной.

Солидная фирма: у нее даже проходная имеется. С тетенькой-вахтером.

— Я заказала для вас пропуск. Доброе утро.

— Большое спасибо. Доброе утро, — в тон Серегиной ответила я.

— Сначала дела, — произнесла Аллочка загадочную фразу.

А потом — что?

Она подхватила меня под руку. Это что, так положено? Кажется, близкими подругами мы становиться не собирались. Подхватила и поволокла к себе. Буквально — поволокла, потому что я упиралась и пыталась выдернуть руку. Терпеть не могу такого бесцеремонного обращения с собственной персоной.

Как выяснилось, мадам Серегину ждали неотложные дела. Алла Викторовна выдала мне пропуск и сразу вся из себя стала такая деловая-деловая, такая в работе-в работе.

Мою особу она вежливо попросила немного подождать и без ее чуткого руководства в круиз по фирме не отправляться.

— Поскольку вы здесь у нас в первый раз…

Хорошо. Подожду.

Я поудобнее устроилась в шикарном мягком кресле и расслабилась. Разве что не задремала.

Вероятно, надо было бы мне воспротивиться и сделать по-своему, то есть, не дожидаясь Аллочки, начать бегать по этажам и с пристрастием допрашивать каждого, кто бы ни встретился. Но я повела себя весьма разумно. В конце концов, моя провожатая действительно была занята, и я старалась не мешать: все-таки на работе человек.

Когда же Аллочка освободилась и получила возможность сопровождать мою особу во время экскурсии по фирме «Горностай», она перво-наперво решила познакомить меня с «помощником и вообще правой рукой» Серегина — Вениамином Анатольевичем Каморным, и мы какими-то коридорами отправились к нему в кабинет.

— Простите, Алла Викторовна, у вашего мужа были враги?

— Нет. Врагов не было, — как-то растерянно ответила моя сопровождающая.

— Но бизнесмены просто не могут не иметь врагов или завистников. Леониду Павловичу никто не звонил, не угрожал?

Аллочка пожала хорошеньким плечиком:

— Да нет… По крайней мере, мне он об этом никогда не говорил. Может быть, просто щадил, боялся меня испугать, расстроить…

— А внезапных перемен в его настроении не замечали?

— Нет, конечно, нет! Да я сразу бы вам сообщила, еще вчера. И потом, если бы мужу угрожали, он не смог бы скрыть этого. Я, знаете, сразу чувствую, когда с ним что-нибудь не так.

— Что, например?

— Ну, усталость, плохое настроение…

— Леонид Павлович позвонил сразу же, как только прилетел? Как вам показалось, он не был расстроен?

— Нет. Муж был очень доволен, что вернулся раньше запланированного… Сказал, что меня ожидает сюрприз и что через час он будет дома. Но я его так и не дождалась…

Аллочка всхлипнула. Вынула из рукава блузки — прямо как в старые, добрые времена — кружевной платочек. Я молчала — нужно дать даме время взять себя в руки. Впрочем, она быстро пришла в себя.

— Алла Викторовна, — заговорила я, увидев это, — муж часто преподносил вам сюрпризы?

Серегина кивнула:

— Да. Он меня очень баловал. В тот день, вероятно, Леня имел в виду очередной подарок. Он всегда привозит что-нибудь из командировок.

— Понятно.

— Я теперь даже не представляю, как буду жить без него. Ах, я не смогу…

— Да подождите вы его хоронить! Может, все еще образуется. Может, ваш муж жив и здоров.

— А где же он тогда?

Хороший вопрос.

— Ну мало ли что случается в нашей жизни…

Аллочка даже остановилась, поняв мои слова по-своему.

— Леня никогда не изменял мне.

— Что вы, что вы, Алла Викторовна, я ничего такого и не имела в виду…

— А что вы имели в виду? Вам уже известно, где находится Леонид?

Если бы, моя дорогая.

— К сожалению, нет. Пока — нет. Однако мы дойдем когда-нибудь до Каморного?

— Да, через два коридора — налево. Его кабинет — ближайший к цеху.

Когда Серегина вызвалась быть моей «гидшей» в прогулках по предприятию, она знала, о чем говорит. Одна я в этих катакомбах непременно заблудилась бы.

— Вот. Это кабинет Каморного. Мне вас подождать или сами вернетесь?

Ой, не знаю.

— Вы очень заняты?

Аллочка усмехнулась и постучала в дверь с металлической табличкой.

— Можно, Вениамин Анатольевич?

Мы вошли.

Так себе дядечка — ничего особенного. На улице прошла бы и внимания не обратила. Но при виде красавицы-секретарши он как-то приосанился, глаза заблестели. Похоже, к женушке своего босса сей мужчина неровно дышит.

Расплылся в улыбке:

— Алла Викторовна!

— Здравствуйте, — чинно ответила моя сопровождающая.

Познакомила нас и ловко смылась, сославшись на дела. Поинтересовалась, правда:

— Вас встретить, Татьяна Александровна?

— Благодарю. В крайнем случае, Вениамин Анатольевич меня проводит. Правда? — повернулась я к Каморному.

Тот даже опешил от такой наглости. Бедненький, не нашел, что возразить.

Аллочка улыбнулась, кивнула и исчезла за дверью.

Каморный состряпал приветливую физиономию и предложил мне сесть. Сам устроился напротив.

— Чем обязан? — и даже рта раскрыть мне не дал: — Вы из газеты или из журнала?

— Я из дома.

— А-а… а то приходили тут недавно… Спрашивали про работу.

И принялся с энтузиазмом рассказывать о делах и планах на будущее. Причем слово «фирма» все время заменял местоимением «мы». Очень увлекательный получился монолог.

Я стоически выслушала сию белиберду от начала до конца. Не перебивая. Минут через сорок пять Каморный замолчал — вдохновение кончилось. И я получила наконец возможность вставить пару слов в его зажигательную речь.

— Извините, Вениамин Анатольевич, но вы меня, вероятно, с кем-то перепутали. Я частный детектив и приехала в вашу фирму…