Поединок с мечтой - Ольга Володарская

Андрей нажал на кнопку пульта, что отключала телевизор. Экран погас.

Смотрели они «Семнадцать мгновений весны», но отец уснул на середине второй серии. Андрей накрыл его худое тело одеялом, встал с дивана. Проследовав на кухню, начал мыть посуду.

У него был выходной… Долгожданный! Но он проводил его возле спящего старика.

Плохо это или хорошо?

Андрей думал, что ни так, ни так. Да, он мог сходить в бассейн или на каток, поиграть в бильярд или боулинг, посетить кинотеатр или выставку живописи… Но что ему там одному? А тут, рядом, на диване под одеялом, родная душа.

Когда-то давно, в детстве и юности, у Андрея были друзья. Но большую их часть он растерял, когда отца осудили. Осталось два, но надежных. Как ему казалось. Братья-близнецы Чип и Дейл (естественно, это были не имена, а клички) поддерживали Андрея до тех пор, пока он, работая в банке, не отказался дать им огромный кредит без каких-то гарантий возврата. Просто по блату. Причем соглашались на любые проценты, потому что возвращать его не собирались. Задумали провернуть какую-то махинацию, но Андрей отказался им помогать. Чип и Дейл заявили, что так друзья не поступают, обиделись и прекратили с ним всякое общение.

…В дверь позвонили. Андрей бегом бросился открывать. Не хотел, чтоб сигнал повторился и разбудил отца. В глазок он не посмотрел, сразу отпер и обомлел…

На пороге стоял Борис Хренов.

– Я вспомнил, где видел ваше лицо, – сказал он. – В зале суда, и было это семнадцать лет назад. Вы сын Мстислава Боярова.

– И что дальше?

– Я хотел бы поговорить.

– Мне не о чем с вами… – начал Андрей и хотел захлопнуть дверь, но Хренов придержал ее ногой.

– Не с вами – с Мстиславом, – уверенно произнес он. – Я знаю, он вышел.

– Сынок, кто там? – раздался голос из спальни.

– Соседи. За солью. Уходят уже.

– Это Хренов, – крикнул Борис.

Андрей так разозлился на него, что захотел ударить. Замахнулся, но здоровяк Хренов перехватил его кулак и так на него надавил, что рука онемела.

– Поспокойнее, молодой человек, я с миром, – и, отодвинув Андрея в сторону, прошел в квартиру.

Из комнаты показался отец. Он вышел, держась за стенку.

– Не ожидал, – прохрипел батя и покачал лысой головой.

– И я, – прошептал Борис. – Увидеть тебя в таком виде…

– Хорош я, да? – Мстислав хотел коротко хохотнуть, но закашлялся и дохал до тех пор, пока сын не принес ему травяной отвар. Попив, старик выдохнул облегченно и жестом пригласил Бориса следовать за собой.

Они прошли в кухню.

– Чай будешь? – спросил у Хренова Мстислав. Тот кивнул.

– Батя, этот человек тебе жизнь сломал, а ты ему чай предлагаешь?

– А у нас что, цианистый калий завалялся?

– Мышьяк тоже сойдет, – подал голос Борис. – И я выпью его, если ты докажешь мне, что именно я сломал твою жизнь.

– Вы подкинули улики, – снова не сдержался Андрей.

– Ничего подобного. Я их всего лишь обнаружил.

– Еще оговорили. Я был на суде, я знаю…

– О чем он? – спросил у Мстислава Хренов.

– Наверное, о твоих показаниях. Ты сообщил суду, что я в дни, предшествующие похищению, начал проявлять к Масе повышенное внимание. Играл с ним, куда-то водил гулять, игрушку подарил. Тогда как раньше не замечал его.

– Так это же правда. Ты вел себя так, как будто втирался в доверие к пацану, чтобы, когда придет время, спокойно его увезти! – повысил голос Хренов.

– Да, пожалуй, это выглядело именно так, – кивнул Мстислав Васильевич.

– В тот день только твоя машина покидала территорию усадьбы. Не считая хозяйской. И ты отсутствовал неизвестно где, когда звонили похитители, чтобы потребовать выкуп, вместо того чтобы ждать своего подопечного. А когда объявился, не смог объяснить, где был. Все это очень подозрительно, согласись? Я не сомневался, что ты виновен. О чем сообщил суду.

– А теперь?

– Засомневался.

– Посмотри мне в глаза, – попросил Мстислав. И подался вперед. Хренов сделал то же самое. Несколько секунд два немолодых человека, но таких разных по внешности (один богатырь, второй согбенный старец, и это несмотря не незначительную разницу в возрасте) напряженно вглядывались… в души друг друга!

– Ты не виновен, – сказал Борис, откинувшись на стуле.

– Ты тоже. По крайней мере в том, в чем я тебя подозревал. – Мстислав бросил Андрею: – Сынок, чаю! – и вернулся к разговору: – Хочешь узнать правду? Почему я втирался в доверие к Масе и где пропадал, когда он исчез?

– А у меня уже есть догадки. Но послушаю тебя.

– Максимилиан Глинка – мой сын.

Есть такое выражение – выпасть в осадок от удивления. Если бы человек был способен на это, Андрей сейчас пролился бы тропическим дождем…

– И я узнал об этом за неделю до его похищения.

– Почему Тина решила открыться тебе?

– Ты хорошо понимаешь женщин? – вопросом на вопрос ответил Мстислав.

– Не особо, – признался Борис.

– И я. Что у них в голове происходит, можно только гадать. Она тогда йогой увлеклась и буддизмом. А врать для буддистов – это портить карму. Вот Клементина и открылась мне.

– Но не мужу?

– Не хотела портить жизнь Масе. Это еще хуже для кармы.

– Так у вас роман был?

– Кратковременный, – кивнул Бояров. – Теперь я думаю, Тина мной просто воспользовалась. Ей очень хотелось еще детей, но с мужем не получалось. А меня она считала достойным… донором. Я же ее обожал. Она была такая странная… По-хорошему. Не похожая ни на кого. Как редкая бабочка, а я в детстве увлекался ими.

– Хватит лирики, давай к сути.

– Да, ты прав. Когда я привез Святослава к его другу, с которым он якобы занимался, а на деле играл в игры, мне позвонила Клементина. Она была в панике – пропал Мася. А следить за ним должна была она, потому что Чини отсутствовала. Я был недалеко, всего в двадцати минутах езды, тогда не было пробок, и бросился на помощь. Мы искали мальчишку, но безрезультатно. Тина вернулась домой, а я продолжал обшаривать окрестности. Был уверен, он утопал куда-то, не понимая, что делает. За стрекозами, котом эти страшным, что терся рядом, Пиратом, кажется, или просто за облаками… Ты, Борис, помнишь, каким был Мася? Ребенок-космос. Тина обещала позвонить в случае, если малыш найдется. Потом оказалось, что мой телефон сел. Я приехал за Святославом поздно, он уже отбыл. Вернулся в имение и там узнал, что Масю похитили…