Криминал на лабутенах - Дарья Калинина

И теперь Марише было страшно. Она много раз прокручивала в голове разговор с кузиной, понимая, что рано или поздно он состоится. И вот уже завтра Марише предстояла расплата за содеянное. Зная нрав кузины, Мариша справедливо предполагала, что Юлька закатит ей грандиозный скандал. Мало того, что Мариша определила Катюшу совсем не в ту школу, она еще и врала сестре почем зря целых две четверти. Расписывала той школьные успехи Катюши в частной школе. Успехи у девочки и впрямь имелись, она считалась одной из лучших учениц в классе, но класс этот находился совсем не в выбранной Юлей школе.

У Мариши даже мелькнула мысль испортить праздничный наряд Катюши, чтобы той не в чем было идти на выступление, но Мариша тут же устыдилась этой мысли как недостойной и прогнала ее подальше. Не хватало еще ребенку праздник портить. Нет, пусть уж Мариша страдает одна.

– Ну не убьет же меня Юлька. Максимум поколотит.

На этом Мариша и успокоилась. Правда, еще она решила, что удерет завтра с утра из дому. Пусть ей придется пожертвовать походом на школьный спектакль, пусть! Все равно это лучше, чем видеться с разъяренной Юлькой. Представить себе, как она будет сидеть рядом с кузиной, Мариша не могла. Единственный выход – не ходить на праздник.

Немножко обидно, что она не увидит Катюшу в роли Красной Шапочки, но во-первых, наверняка Коля будет все снимать на видео, а во-вторых, по большому счету Мариша уже много раз видела этот спектакль. Ведь репетиции проходили не только в школьной столовой, но и у них дома.

– На спектакль я не пойду, это точно.

Но все же в глубине души Мариша чувствовала, что этой меры безопасности будет явно недостаточно. Перспектива встречи с Юлькой страшила по мере приближения уже не на шутку. Кузина обладала вспыльчивым нравом и в первый момент могла наговорить Марише такого, о чем впоследствии бы сама пожалела. Надо было Юльке дать время свыкнуться с мыслью, что Катя ходит не в частную школу, а пусть и в очень хорошую, языковую, но обычную муниципальную.

И Мариша решила устроить свои дела таким образом, чтобы завтра утром в момент приезда сестрицы ее дома не оказалось. И желательно не показываться дома до вечера, а лучше так и до следующего дня. Потом Юлька устанет на нее злиться, другие дела найдутся. Да и Катюша сумеет объяснить маме, что школа очень хорошая, у Катюши там много новых друзей, учительницу она обожает и ни в какую другую школу, да еще за тридевять земель от дома тети, она не пойдет.

Мариша неоднократно имела с девочкой беседы на эту тему. И не доводя до племянницы сакральной сути своего интереса, Мариша сумела понять, что на Катюшу она может рассчитывать. Девочка много раз повторяла, что лучшей школы она и помыслить не может. И все же… Во сколько там приходит поезд Юльки? В семь? Мариша поставила будильник на половину седьмого. Береженого, как известно, Бог бережет. Когда нога Юльки ступит с поезда на землю, Мариша будет от своего ставшего опасным дома уже далеко. Встречу с разъяренной кузиной нужно отдалить, насколько это возможно.

И когда утром Мариша попивала на кухне кофеек, раздумывая, куда бы ей сбежать от визита кузины, у нее зазвонил телефон. Звонила Алиска.

– Алло, мы можем увидеться? – произнесла она. – Нам надо кое-что обсудить.

Голос сестренки звучал робко.

И Мариша произнесла:

– Хорошо. Где и когда?

– Прямо сейчас.

– А где?

– Можно я к тебе приду?

– Нет!

Это восклицание вырвалось у Мариши слишком поспешно. И Алиска хмыкнула:

– Ясно. Дело в твоей маме?

– Нет. То есть да. Но в данном случае она ни при чем. Просто ко мне приезжают родственники, в доме будет суматошно, при них нам не удастся поговорить.

– Ну, предлагай тогда сама.

– А ты где сейчас?

– У папы.

– В его квартире?

– Ну да.

– Тогда я туда и приду! – обрадовалась Мариша столь легкому выходу из положения.

Ей показалось, что Алиска не слишком обрадовалась, но в итоге все же согласилась. И Мариша, кое-как закончив свой завтрак, поспешила в хорошо знакомом ей, много раз хоженом и перехоженном направлении. Мариша немного боялась, что когда она придет домой к папе, то увидит там вместе с сестрой и ее бойфренда. Встречать Анджика совсем не хотелось, этот молодой человек сумел вызвать у Мариши редкостную неприязнь. Но, к счастью, Алиска была одна.

– Заходи давай!

Мариша зашла и с удивлением обнаружила, что в квартире не осталось и следа от того порядка, который навели тут трудолюбивые пчелки из солнечного Узбекистана. Теперь тут было примерно так же, как после кражи денег.

– А что тут произошло? – выдавила из себя Мариша, оглядываясь по сторонам. – Почему снова такой беспорядок?

– Чего? Ах, беспорядок…

И Алиска отмахнулась:

– Не обращай внимания.

– Нет, ну как же, – пыталась возразить Мариша.

Но Алиска ее перебила.

– Слушай, сестренка, – произнесла она нервозно, – нам с тобой надо обсудить, как мы будем делить наследство нашего папочки.

– Как? – растерялась Мариша. – Ну, я даже не знаю. А какие могут быть сложности? Поровну, конечно. Или согласно папиному завещанию.

Но Алиску, оказывается, интересовало совсем не это.

– Ты же понимаешь, квартира куплена фактически на деньги, которые папа должен Георгию Андреевичу и его жене.

– И еще каким-то людям, – добавила Мариша вслух, а про себя прибавила: «И мне».

Алиска продолжала:

– Но нигде этот долг не зафиксирован. Так что, вздумай они пойти в суд, ни фига не докажут.

– И что ты предлагаешь?

– У меня есть знакомая, которая работает в крупном агентстве недвижимости. Так вот у них есть специальная база квартир, которые не выставляются на официальные торги.

– Почему не выставляются? – удивилась Мариша.

– Не понимаешь?

– Нет.

– Ну, разные ситуации у людей бывают. Кто-то из продавцов не хочет, чтобы наследники знали, что квартира продается. Кто-то еще по какой-то причине.

– Мне это кажется странным.

Мариша всегда предпочитала играть по правилам и честно. Конечно, она могла схитрить, но не в таком случае, когда на кону несколько миллионов.

– В общем, я предлагаю, чтобы мы с тобой выставили эту квартиру на продажу, но сделали бы это через мою знакомую. Пусть она по своим каналам пошукает и найдет для нас пару-тройку покупателей. Кому-нибудь из них мы папину квартиру и втюхаем.

– Боишься, что Геннадий Андреевич с женой станут отслеживать объявления о продаже папиной квартиры?

– Да.