Итальянский сапог на босу ногу - Марина Белова

На ходу застегивая на себе жакет – хорошо что я не успела раздеться, – я вылетела из номера. Антошкина подходила к лифту. Ее номер был этажом выше.

«Куда она поедет?» – гадала я. – Если вниз, то Степу ждать не буду, пойду за ней. Если поднимется в свой номер, то надо будет организовать в гостиничном холле дежурство, на тот случай, если у Антошкиной возникнет желание прогуляться по вечернему городу. Антикварные магазины работают здесь допоздна. Мужа ее, Юрия, так же нельзя выпускать из виду».

Вызывающее и странное поведение Антошкиной подтолкнуло меня к мысли, что если кто-то и подходит на роль вора и убийцы, так этим кто-то может быть только Валентина Антошкина. Справедливости ради, надо сказать, мысль была не новая. Мы пришли к ней, когда Алина подслушала разговор четы Антошкиных. Но тогда разговор шел о Лике Ивановой. После сегодняшнего визита Валентины, во мне поселилась уверенность, что и к пропаже рисунков Леонардо да Винчи она имеет непосредственное отношение.

Я замедлила шаг, чтобы дать возможность Валентине сесть в лифт. Услышав звук закрывающихся дверей, я бросилась к лифту – горел значок, указывающий на то, что кабина перемещается вверх. Я дождалась, когда лифт вернется, и поехала вниз.

Скоро подошла Степа. Мы выбрали диванчик в глубине холла и стали ждать. Наши туристы возвращались из города. Мимо нас прошли Носовы, Деревянко Катя и Вова. Нонна Михайловна Шматко была явно чем-то расстроена.

Я окликнула ее:

– Что с вами, Нонна Михайловна? Не заболели?

– Нет. Деньги на ветер пустила. Вы видите перед собой старую дуру, которая до пятидесяти дожила, а покупки делать так и не научилась. И Софья Андреевна как назло куда-то подевалась.

– Да что случилось?

– Купила костюм. Хороший костюм. Большие деньги отдала. И туфли в тон подобрала. Пришла в гостиницу, опять примерила, а костюм мне великоват. Нужно было взять меньший размер. Поехала менять и … магазин не нашла.

– Магазин фирменный?

– Да, – для подтверждения она подняла фирменный пакет «Chanel», в котором очевидно лежал злополучный костюм.

– Вот, смотрите, здесь есть адрес: название улицы, номер дома.

– Так ведь я и улицу не могу найти и спросить не у кого: кто меня поймет и кого я пойму? Хотела карту купить, да толку с нее? Я с детства с географией не в ладах. Хоть плачь: и костюм нравится, и понимаю, что носить не буду.

– Не расстраивайтесь, Нонна Михайловна. Завтра поменяем ваш костюм, – пообещала я. Мне самой хотелось приобрести какую-нибудь вещь от «Chanel».

– Надо бы сообщить Алине, где мы, – вспомнила я о подруге и пошла к рецепции, чтобы ей позвонить.

Через минуту Алина уже была внизу. Прослушав краткий отчет о визите Антошкиной, она воскликнула:

– А я что вам говорила? Она! – Через секунду добавила: – А по виду и не скажешь.

– По какому виду? – спросила я.

– По такому, на первый взгляд серьезная женщина, жена, мать, а вглубь загляни – воровка! Хотя, если разобраться, потому она и покусилась на Леонардо да Винчи, что серьезная. Может, Воронкову сразу намекнуть на нее? Или пусть сам извилинами пошевелит?

– Алина, должна тебе напомнить, что майор нам помогает, а не ведет собственное расследование.

Алина ничуть не смутилась:

– Ладно, пусть выяснит, знакома Антошкина с Инессой Павловной. Да я и так знаю – знакома. Меня другой вопрос волнует. Успела Валентина папочку с рисунками задвинуть или нет? Может, все-таки проникнем в номер? Я даже знаю как.

– Как?

– А вот он нам поможет, – Алина расплылась в улыбке, глядя на входящего в гостиницу Краюшкина. Леопольд Иванович шел сильно пошатываясь. Его поддерживал Дима Славский.

Алина помахала им рукой, приглашая присесть к нам на диван.

– Мои подруги, – отрекомендовал нас Краюшкин Славскому, как будто тот не знал, кто мы. – Во какие девки! Не подведут! Сейчас кое-что отметим. Официант! Всем сто грамм и пончик!

Дима смущенно улыбнулся, как бы извиняясь за своего спутника. А тот взмахнул рукой, пошатнулся и стал заваливаться на диван. Дима едва успел его развернуть. Краюшкин упал на диван и застонал.