Стрела, попавшая в тебя - Алена Белозерская

— Ты успел? — спросил Жак, посмотрев на пистолет, который Матье аккуратно положил на столик у кресла.

— Нет. У восточной стены его ждал мотоцикл. Ловкий гад, перелетел ограду, словно акробат, а по саду бежал с такой скоростью, что и дьявол его не догнал бы.

— Но ты хотя бы разглядел его? Или он был в маске?

— В маске, — кивнул Матье. — Все же перед тем, как он выстрелил в меня, я увидел его глаза. Синие, как топазы.

— Сапфиры, — подсказала Полина, поднялась и увидела, что подол платья ее залит кровью убитого Криса, видимо, она вымазалась, когда упала на него. — Прости, Матье, топазы тоже бывают синими.

— Я знаю только одного человека с такими глазами. И еще, когда он моргал, веки в прорезях маски были темными, почти черными. В общем, думаю, это был приятель мсье Конни.

— Он тебя видел?

— Нет, конечно! Думал, что я с пулей в грудине лежу в коридоре.

Полина подошла к Люку, приложила пальцы к его шее и с неожиданным удовольствием поняла, что пульса нет. По иронии судьбы, он был мертв от рук друга Конрада, того же человека, который убил Алекса.

— А ты, твою мать, где был? — услышала она вопрос Матье.

— Не поверишь, — смутился Жак. — В туалете. Но думаю, Микки не стал бы меня убивать. Ему нужно было избавиться от Люка и вас. Меня оставили в живых, чтобы вызвать полицию и не дать мадам Матуа сбежать отсюда.

Он прошелся по гостиной, подошел к Крису и с сожалением посмотрел на него.

— Черт! — воскликнул Матье. — Странно, что он не убил ее.

— У Люка не было пистолета, — задумчиво произнес Жак. — Следовательно, пуля во лбу мадам Матуа выглядела бы крайне неуместной. Полиция задалась бы вопросом, откуда она там появилась. Стали бы искать третье лицо, убившее бывших мужа и жену, а после скрывшееся. Но так как мадам жива, а Люк мертв, на руках у нее явно обнаружат частицы пороха, а на пистолете отпечатки пальцев, значит, дело будет быстро закрыто. Мы с тобой — свидетели или соучастники, это уже как следствие повернет, а мадам однозначно отправится в тюрьму. И ни один адвокат не поможет ей выпутаться.

— Даже такой, как ты?

— Особенно такой, как я. У меня восемь лет не было практики. Знаешь, мне интересно, как он в тебя не попал? Может, намеренно? Или ты с ними заодно?

— Пошел ты! — возмутился Матье. — С того места, где он находился, было неудобно стрелять, хотя я попал бы ему в глаз с такого же расстояния и позиции, — похвастался он. — Но этот черный — не я! Твою мать, принеси полотенце, — попросил он Жака. — Так жутко рожу раскроил, когда падал. Стукнулся о чертов комод. Щиплет и дергает.

— Грохот твоего тела я услышал даже из туалета.

— Я не оценил твою шутку.

Полина оторопело слушала этот диалог и размышляла над тем, для чего Микки убил Люка и почему именно ее решили подставить. Она устало присела на диван и смотрела, как Жак очищает рану на щеке Матье полотенцем. Тот морщился и стонал, как девица, чем вызывал недовольство со стороны Руа.

— Когда будете звонить в полицию? — спросила она и вздрогнула, потому что мужчины одновременно непонимающе уставились на нее. — Весьма уместный вопрос в данной ситуации.

— Вы хотите состариться в тюрьме за преступление, которого не совершали? — спросил Жак, подошел к бутылке шампанского, стоящей в ведерке со льдом, и наполнил бокал. — Если мы сейчас вызовем полицию, вас заберут в Нант. Когда в газетах появится сообщение о смерти Люка Матуа, вас заклеймят убийцей и, поверьте, отмыться будет невозможно. — Он сделал глоток и вдруг внимательно всмотрелся в бокал. — Нам нужен отпечаток губной помады.

— Хочешь, чтобы я накрасил рожу и приложился к нему? — хмыкнул Матье, прошелся по комнате и бросил на Люка взгляд, полный сожаления. — Мать твою! — выругался он, присел на диван рядом с Полиной и обратился к Жаку: — Зачем тебе это понадобилось? Хочешь, чтобы жандармы решили, что в доме была еще одна баба? Здесь полно ее отпечатков.

— Только в спальне и столовой, — сказал Жак. — И перила на лестнице. Придется вычистить комнату наверху и ванную. Заодно убраться здесь. Полина, больше ни к чему не притрагивайтесь.

— Полночи придется работать, — разочарованно протянул Матье. — Ладно, сделаем. А бабские… ну, эти… зачем тебе?

— Запутаем жандармов. Пусть ищут другую женщину.

— И где мы все это достанем?

— Съезди к своим шлюхам в гости! — разозлился Жак, но быстро остыл. — Ты же их каждый вечер навещаешь. Неужели в Нанте нет девиц легкого поведения, чистых и без приводов в полицию? Нам вовсе не нужно, чтобы всплыло имя той, которую сложно будет связать с Люком. Впрочем, можешь к своим бабам не обращаться, просто привези мне бокал из какого-нибудь ресторана, чтобы до этого из него пила женщина. Навыки, надеюсь, не растерял? Помнишь, как незаметно стащить вещь?

— Будет лучше, если это сделаешь ты, а я в это время займусь спальней мадам Матуа, — шмыгнул носом Матье и указал подбородком на раненую руку. — К тому же посмотри на мое лицо.

— Да, в приличном заведении на тебя сразу обратят внимание. — Жак подал Полине руку: — Идемте.

— Но куда? — замялась она, посмотрела на Матье, затем перевела взгляд на Люка.

Жак в это время рассматривал ее наряд, измазанный кровью, затем быстро побежал вверх по лестнице, вернулся через несколько минут с новым платьем в руках.

— Переодевайтесь, — сказал он, — мы отвернемся.

Безропотно Полина выполнила приказ, стянула с себя голубое платье и надела теплое, шерстяное, которое принес Жак.

— Сжечь, — сказал Матье и вынес платье из гостиной.

— Следуйте за мной, — попросил Жак, направившись к выходу.

Они быстро пересекли площадку перед домом и подошли к гаражу. Открыв двери, Жак включил внутри свет и осмотрелся, обдумывая, какую машину предложить Полине. В гараже находилось три машины.

— Берите «Ауди», — сказал он, подав ключи. — Она старовата, но не такая приметная, как остальные.

— И куда мне ехать?

— Туда, где вы сможете затаиться на время. Желательно, чтобы в этом месте вам предоставили алиби на случай, если нагрянет полиция. Только не вздумайте искать убежища у семьи. Обычно родственники начинают нервничать, когда их допрашивают, путаются в показаниях и могут испортить ваше алиби. Езжайте к тому, кому доверяете и слово которого будет для полицейских значимым. Это на случай, если они все-таки выйдут на вас, но будем надеяться, что подобного не случится.

— К Стефану, — пробормотала Полина. — Я к нему поеду.

— Вот деньги на бензин, — он вытащил несколько крупных купюр из портмоне и протянул.

Удивленная участливым отношением мужчины, от которого не ожидала помощи, Полина не выдержала и расплакалась. Жак обнял ее за плечи и легонько похлопал по спине.