Богиня Модильяни - Евгения Грановская

Фил ответил траурным голосом:

– Ольги Николаевны Вершининой не будет до завтрашнего утра.

– Черт! – сказала Марго, вскочила с кресла и принялась взволнованно расхаживать по комнате. – О господи, я не доживу до завтрашнего утра!

– Доживете. Обещаю, что позвоню ей с первым лучом солнца.

– Угу. Только не забудьте раздвинуть шторы. – Марго остановилась напротив кресла, в котором сидел Фил, и пристально на него уставилась: – Кстати, а почему звонить ей будете вы, а не я?

– Потому что вы не умеете разговаривать с женщинами, – ответил тот. – Вы в каждой женщине видите соперницу.

– А вы – объект желания!

– Пусть так, – согласился Фил. – Но женщинам нравится быть объектом желания. Немного обаяния – и они охотно идут вам навстречу. Можно брать их голыми руками. Тепленькими.

– Смотрите, не обожгитесь, синьор Казанова.

Фил улыбнулся.

– Мне не впервой, – вежливо ответил он.

Марго перевела взгляд на темное окно.

– Черт, когда же наступит утро? – дрогнувшим от волнения голосом проговорила она. – Ждать просто невыносимо. Может, напиться и уснуть?

– Это мысль, – кивнул Фил.

Марго несколько секунд размышляла, затем отрицательно качнула головой:

– Нет. Я сейчас так возбуждена, что не засну.

Фил посмотрел на часы и сказал:

– Предлагаю скоротать время в каком-нибудь приличном ресторане. На этот раз угощаю я.

– Вы, кажется, и в прошлый раз угощали.

– Значит, это становится доброй традицией, – с улыбкой сказал Фил. – Итак, китайскую пищу мы с вами уже ели. Куда кинем кости на этот раз?

– М-м…

– Как вы относитесь к итальянской кухне?

– К итальянской? Ну… – Марго пожала плечами. – Я люблю пиццу.

– Решено, – кивнул Фил. – Мы идем в итальянский ресторан! Тем более что он у вас за спиной.

Марго обернулась и посмотрела на окно. На той стороне улицы мерцала неоновая вывеска.

– Я думаю, этот довод был решающим, – усмехнулась она. – А чего вы сидите? В путь! Или я разнесу этот отель в щепки!

Разносить в щепки отель не понадобилось. Итальянский ресторан оказался простым, но довольно приятным и уютным местом. Помимо прочего, здесь было и караоке.

– Хорошо, когда в баре есть караоке, – проговорила Марго, поедая пиццу с ветчиной и грибами и запивая ее легким красным вином.

Фил отнял от губ бокал с вином и слегка приподнял бровь:

– Хотите спеть?

Марго покрутила головой:

– Нет. Я не пою. Но люблю слушать, как поют другие. Это сильно поднимает настроение.

Фил на мгновение задумался, затем улыбнулся и сказал:

– В таком случае приготовьтесь к тому, что сейчас ваше настроение взлетит до самых небес. – Он поставил бокал на стол и поднялся со стула. – Я иду петь! – объявил он.

Марго выронила из пальцев кусок пиццы и замахала на Фила руками:

– Вы что! Не вздумайте! Мы не должны привлекать к себе внимание!

– И все-таки рискну, – сказал Фил. – Это все равно ничего не изменит. А вы получите удовольствие.

– Но…

– И не отговаривайте меня.

Он повернулся и зашагал к сцене. Марго осталось лишь проводить взглядом его широкую, стройную спину. Запрыгнув на сцену, Фил шепнул что-то смотрителю, затем взял микрофон и гулко проговорил:

– Раз-раз! От топота копыт пыль по полю летит! Отлично, работаем! Дамы и господа, эту песню я хочу посвятить девушке, которая сидит возле аквариума!

Посетители закрутили головами, пытаясь разглядеть спрятавшуюся в нише Марго.

– Да-да, – кивнул Фил, – это она. С перепуганным лицом и в красной блузке! Привет, дорогая! – Он помахал Маргарите рукой.

Лицо ее тут же порозовело и стало одного цвета с блузкой. Она готова была убить Фила, но вместо этого подняла руку и, натянуто улыбнувшись, помахала в ответ.

Заиграло вступление к какой-то веселой песенке, когда-то хорошо известной, а ныне полузабытой, а несколько секунд спустя Фил запел красивым, хорошо поставленным голосом:

Если вы на женщин слишком падки,

В прелестях ищите недостатки.

Станет все совсем намного проще.

Девушка стройна? Мы скажем – «мощи!»

Умницу мы наречем уродкой,

Щедрую объявим сумасбродкой.

Ласковая? Стало быть, липучка!

Держит себя строго? Значит, злючка!

Бережлива? Окрестим сквалыгой.

Если маленькая – «ростом с фигу!»

Если рослая, тогда – «верзила».

Через день глядишь,

Через день глядишь,

Через день глядишь – любовь остыла!

Песенка была идиотская, но пел Фил весьма и весьма недурно. Несмотря на весь свой скепсис, Марго заслушалась. И даже улыбнулась один раз, когда Фил дурачась, пропищал тоненьким голоском фразу – «ростом с фигу!».

Наконец песня закончилась. Публика наградила самодеятельного певца бурными аплодисментами. Фил раскланялся на три стороны и только после этого сошел со сцены.

– Ну, как я вам? – поинтересовался он, усаживаясь за столик.

– Фаринелли-кастрат вам в подметки не годится, – ответила Марго.

– Спасибо. Налить вина?

– Да.

Фил взял бутылку и разлил вино по бокалам. Наблюдая за ним, Марго склонила голову набок и чуть прищурила зеленые кошачьи глаза.

– Ну? – спросила она. – И к какому же виду женщин вы отнесете меня? К сквалыгам, сумасбродкам или к липучкам?

Фил улыбнулся и покачал головой:

– Ни к тем, ни к другим, ни к третьим. Как ни грустно это признавать, но у вас практически нет недостатков.

Марго не удержалась от самодовольной улыбки.

– Так уж и нет?

– Ну… – Фил пожал плечами. – Может быть, вы слегка заносчивы. Слегка упрямы. Слегка капризны…

– Можете не продолжать.

– Слегка жадноваты…

– Я сказала – заткнитесь!

Фил замолчал и уткнул нос в бокал с вином. Глаза его насмешливо поблескивали. Марго нахмурилась и поднялась из-за стола.

– Пойду попудрю носик, – сказала она.