Скелет в семейном альбоме - Геннадий Сорокин

«Сейчас я тебя затопчу!» – протрубила мать обиженного Слоненка.

Крокодил не стал рисковать, уплыл вниз по течению, зарылся в ил и стал ждать сезона дождей. Но не тут-то было! Жираф предусмотрел эту его хитрость. Он вернулся к бобрам и велел открыть плотину. В одно мгновение воды Замбези вырвались наружу и мощным неудержимым потоком понеслись по пересохшему руслу. Набежавшей могучей волной Крокодила вымыло из ила и унесло далеко в океан, где его съели акулы.

Тут выяснилось, что бобры плохо усвоили уроки гидротехники – их бревенчатые хатки также смыло наводнением и унесло вместе с бобрами в море. Но бобры не растерялись, они построили из бревен плот и приплыли на нем в Азию, где остались навсегда. Без бобров в лесу стало скучно жить белкам. Они собрались и совершили дальний переход из саванны в наши леса.

Изгнав злого Крокодила, звери хотели поблагодарить Жирафа, но не успели. Он ушел к подножию горы Килиманджаро, где жила самая красивая Жирафиха на свете.

Сказка «О злом Крокодиле и умном Жирафе» понравилась Арине, и мне пришлось рассказывать ее дважды в день: после обеда, перед дневным сном и вечером. С каждым новым прочтением сказка увеличивалась, в ней прибавлялись новые персонажи, о жизни некоторых зверей я делал длинные отступления, объяснял Арине, почему звери терпели власть Льва и не желали перемен в саванне. Аист Марабу в сказке раз от разу становился все более деятельным. В одном из вариантов он летал над Крокодилом и угрожал выклевать ему глаз, в другом варианте написал Крокодилу письмо на папирусе: «Жирное чудовище! У тебя избыточный вес. Питайся одними лягушками и тогда сможешь догнать меня. Доктор Марабу».

К сказке пришлось рисовать иллюстрации. У меня животные получались не очень: главный действующий герой, Жираф, был похож на тощую лошадь с длинной шеей, а обезьяны напоминали хвостатых алкашей. Узнав, что Рита когда-то училась в художественной школе, я попросил ее нарисовать пару персонажей. Рита, чтобы не сидеть над рисунками все свободное время, поступила умно: она нарисовала контуры зверей, а раскрашивать их предоставила самой Арине. Дочери участие в иллюстрировании сказки очень понравилось. Высунув от усердия кончик языка, она тщательно закрашивала Жирафа желтым, а Крокодила – красным цветом. Я объяснил ей, что Крокодил должен быть зеленым, но дочь по поводу моей сказки имела свое мнение: Крокодил красный потому, что он злой.

Узнав о сказке, рассказать ее попросила Валентина Павловна. Выслушав сокращенный вариант, Журбина сказала:

– Отличная сказка! Что из нее девочка запомнила?

– Птичка клюнула Крокодила в нос; у Жирафа на голове есть маленькие рожки.

– Неплохо для трехлетнего ребенка.

– Валентина Павловна, почему вас моя сказка заинтересовала?

– Как зовут девушку, которая живет в окрестностях горы Килиманджаро?

– О, у нее дивное имя – Лиза! Она детский врач, лечила Арину от нарушения теплообмена.

– У тебя с ней серьезно?

– Похоже, что да. Мне без нее тоскливо, безрадостно. Арина научилась говорить, мне бы скакать от восторга, а я уже который день хожу расстроенный, потому что до города дозвониться не могу.

– Не можешь дозвониться – поезжай! В пятницу вечером уедешь в город со служебным автобусом, а в субботу утром вернешься. Девчонка у тебя спокойная, без папы капризничать не будет.

Я вопросительно посмотрел на Журбину.

– Что ты уставился на меня, как аист Марабу на Крокодила? Забирай свою Лизу из города и привози сюда. Отдохнете вдвоем, по лесу погуляете, белок покормите. Арина на выходные у меня поживет. Я найду, чем ее занять.