Волшебная мелодия Орфея - Лариса Капелле

– Странное ходатайство.

– Я понимаю, но мне больше не к кому обратиться, а потом, для вас это гораздо проще и быстрее, а мне в этой информации могут отказать.

– Хорошо, я посмотрю, что могу сделать, но пока ничего не обещаю.

– Пожалуйста, – еще раз попросила она, – от этого очень многое зависит!

– Многое, вы уверены?

– Уверена, – твердо ответила она.

На этот раз она положила трубку с начавшим просыпаться в ней чувством собственного удовлетворения. Как ни странно, но это пробудило в ней аппетит, и впервые за несколько дней она вспомнила, что давным-давно прилично не питалась. Студенческая столовка, в которую упрямо ходили Воскобойников и Феофанов, в расчет не шла. Где это видано, чтобы студенты прилично питались? Решила найти приличный ресторан и побаловать себя, любимую. В конце концов, у нее была банковская карта с неограниченным кредитом. Правда, Гарик ее просил особо не размахиваться, зато Бодлер предложил совершенно не стесняться. На этот раз она выбрала вариант Александра. Уже пару раз заглядывалась на элегантный ресторан в центре, в котором как раз-то и видела Селину с ее папашей. На этот раз решила зайти. Правда, к ее разочарованию, свободных мест не было. Собралась было уходить, но в этот момент только что давший ей от ворот поворот метрдотель вернулся и вежливо произнес:

– Если мадемуазель желает остаться, месье Дильс приглашает ее за свой столик.

– Отлично, – проговорила бодро Настя, решив, что в очередной раз зверь бежал на ловца и беседа с Дильсом ей не помешает. Тем более что ей может грозить в лучшем ресторане города?

Ее тут же провели к столику, за которым расположился Вальтер Дильс. Он вежливо приподнялся и протянул руку:

– Здравствуйте и спасибо, что откликнулись на мое предложение.

– Это вам спасибо, что пригласили, иначе бы мне пришлось искать другой ресторан, – ответила вежливостью на вежливость Настя.

– Отлично, – улыбнулся Дильс.

Завязалась вежливая, ни к чему не обязывающая беседа. Дильс поинтересовался, как продвигаются совместные исследования Тристана и Сережи с Максимом. Настя старательно отвечала. Потом вместе выбирали аперитив. Наконец, когда обмен любезностями окончился, Дильс внезапно спросил:

– Почему вас интересует Вельтэн?

– Я была его другом, – начала Настя издалека.

– В самом деле? – насмешливо приподнял брови Вальтер.

– Вернее, он обращался ко мне за информацией, – уточнила она, тщательно взвешивая каждое слово.

– Какого рода информацией?

– По истории средневековых монастырей.

– То есть вы – известный медиевист?

– Так скажем, становящийся известным, – сыграла в скромность Настя.

– Настолько, что информация о вас не далее как полторы недели назад появилась на сайтах нескольких уважаемых университетов.

Настя поперхнулась и закашлялась. Дильс усмехнулся и пододвинул к ней фужер с вином:

– Вы пейте, поможет.

Она выпила, лихорадочно соображая, как выпутаться из ситуации. Он молча наблюдал за ней.

– Я думаю, вы все правильно поняли, теперь повторяю вопрос: почему вас интересуют исследования Эдуарда?

– Я думаю, что они связаны с его смертью, – твердо ответила она, играть дальше не имело смысла.

– Что именно в них может быть связано с его смертью? – совершенно спокойно поинтересовался Дильс, словно его нисколько не покоробило ее заявление.

– Идея восстановить античные греческие песнопения.

– И все?

– И легендарная музыка Орфея.

– То есть мелодии древних мистерий?

– Да.

– Вы думаете, именно в них причина его смерти?

– Пока я ни в чем не уверена, – призналась она.

– Как я понимаю, арест подруги де Вельтэна по подозрению в убийстве вас не устраивает?

– Нет.

– Я тоже у вас на подозрении? Не правда ли? Действительно, я был в Клюни тем вечером, находился один в собственном отеле, вполне мог выйти незамеченным, убить Эдуарда и вернуться назад. Единственная проблема – мотив.

– С ним действительно сложновато. Вы финансировали разработки Вельтэна, так что его смерть совершенно не в ваших интересах, если, конечно…

– Он не довел свои исследования до конца, и тогда я вместо оплаты и благодарности, как и полагается злобному капиталисту, убрал с дороги изобретателя, – совершенно спокойным тоном произнес Дильс. – Нет, этот сценарий не проходит, я был привязан к Эдуарду, и свои исследования он, к сожалению, до ума не довел. Теперь, я думаю, пришло время заказывать, нас уже ждут. И одна просьба: кухня здесь замечательная, я вас угощаю и больше не намерен обсуждать наш совместный с Эдуардом проект.

Слово «совместный» она про себя отметила и покорно схватилась за меню. В любом случае хозяином ситуации был он, и настаивать дальше не имело смысла. Ужин превзошел все ее скромные ожидания. Кормили здесь действительно вкусно, без всяких вычурностей, но изысканно и обильно. Разговаривать с Дильсом было интересно. Она позабыла тревоги и наслаждалась вечером. Правда, когда пришло время расставаться, вспомнила, что так и не узнала ничего нового. Полная раскаяния, она рискнула:

– До нашей следующей встречи!

Дильс посмотрел на нее долгим, оценивающим взглядом и произнес:

– Вы, возможно, слышали, что в племени аймара, к которому я отношусь, мы представляем время немного странным для западной цивилизации образом. Для вас будущее находится впереди, а прошлое – позади. Для нас же впереди прошлое, потому что мы можем помнить и видеть его, а вот будущее – позади, потому что оно неизвестно и нет смысла загадывать. Так что не будем загадывать, мадемуазель Столетова…

На следующее утро Настю поднял с постели звонок мобильника.

– Я разбудил известного сыщика, – прозвучал в трубке насмешливый голос «отца Брауна», – вы явно не ранняя пташка.

– Спасибо, что позвонили, – продемонстрировала собственную вежливость и сдержанность Настя, не сдержав сладкого зевка.

– Пожалуйста. Итак, дорогая барышня, вы не ошиблись, все именно так, как вы себе представляли. Вот и все, что я вам хотел сообщить, а теперь извините, меня ждут дела.

Настя вскочила с постели. Она была права! Она все правильно поняла! Ей почти удалось вычислить убийцу и тем самым доказать невиновность Ники. Она чуть было не запрыгала от возбуждения. Хотя тут же остудила себя. У нее не было совершенно никаких доказательств. А как известно, не пойман – не вор! Она прекрасно понимала, что на ошибку права не имела, но должна была проверить. Иногда в ней просыпались вот такое странное донкихотство, благородство и прочие опасные для жизни чувства. Она побродила из угла в угол. Еще раз прокрутила в голове события последних дней. На этот раз ошибки быть не могло. Истина, как всегда, была где-то посередине. Решение медленно, но верно созревало в ее голове. Потом решительно набрала номер Гарика. Разговор был долгим и подробным, следом на линии оказался Бодлер, и после недолгого размышления позвонила еще раз, на этот раз Косте, и попросила помощи. И о последствиях собственных действий задумываться она принципиально не стала, исходя из принципа, что историю пишут победители.