Волшебная мелодия Орфея - Лариса Капелле

– Хорошо поработали, только информации пока немного, – сделал вывод Гарик, – хорошо бы расшевелить весь этот муравейник. Забегали бы, задвигались и начали бы совершать ошибки.

– Легко сказать, – помотал головой Бодлер.

– Кстати, а почему никаких данных о его подружке? – спохватился Гарик.

Хакер замешкался, покраснел, повернулся к экрану.

– Она почти не пользуется компьютером, – пришла на помощь Бодлеру Настя, давно уже заметившая неравнодушие хакера к Нике. Алекс взглянул на девушку с благодарностью. Арутюнян удивился, но комментариев делать не стал, сковородки стали распространять аппетитный аромат.

– Интересный товарищ этот Дильс, только так запросто к нему не подъедешь, – сменил он тему и задумчиво добавил: – Но сначала хорошо было бы все-таки разворошить этот муравейник в Клюни.

– Что я и сделаю, – бодро отозвалась Настя, – я же туда и еду.

– Ты что, с дуба свалилась! – возмутился Гарик. – Тоже мне, детектив!

– Я детективом становиться не собираюсь, просто могу найти повод познакомиться с подругой Вельтэна.

– Какой, например?

– Пока не думала, – призналась Настя.

– Зря не думала! – назидательно произнес Арутюнян. – Иногда мыслительный процесс полезен для здоровья и для сохранения собственной жизни. Я это в Легионе хорошо усвоил.

– Не принимай меня за идиотку! – парировала Настя. – Тем более если разобраться, я единственная подхожу к этой роли. Вполне могу сослаться на какие-то общие с Вельтэном исследования или что он ко мне обратился с той или иной задачей.

– Она права, – поддержал ее Бодлер, – в истории она человек посторонний, а потом, Магнус ко многим специалистам обращался.

– Специалистам в какой области? Ты можешь выдать себя за известного физика, инженера, математика? – не без сарказма заметил Гарик.

– За физика, положим, я никоим образом не сойду и за математика тоже. Зато роль специалиста по истории античности или Средневековья мне вполне по зубам. А потом вовсе не обязательно, чтобы Вельтэн обращался ко мне, может, я сама искала связи с ним, и он согласился на встречу. В конце концов, он-то уже не возразит.

– Резонно, – поддержал ее Александр.

– Потом могу сегодня же связаться с Никой, договориться о встрече, а там как получится. Напишу про общий проект, что-нибудь туманное, но убедительное.

– Вполне может пройти, – согласился Бодлер.

– Ладно, ваша взяла, – махнул рукой Гарик, успевший уже пожалеть о собственном предложении. Но отступать было поздно.

До вечера они обсуждали возможные варианты развития событий. Бодлер взял на себя информационную подготовку, и сведения о Насте появились сразу на сайтах двух университетов и одного уважаемого научного заведения. Решили особенно не наглеть и выдали мадемуазель Столетову за подающего надежды молодого ученого, вынужденного промежду прочим заниматься техническими переводами.

– А твои товарищи по гранту, как с ними быть?

– С ними я договорюсь, – махнула рукой Настя, – проблем не будет.

– Ты уверена?

– Уверена, им вообще не до меня, чем бы дитя ни тешилось, лишь бы не плакало! Переводить я буду исправно, а чем я заполняю свободное от работы время, их не касается!

Тут Настя нагло соврала и даже не покраснела. Представить Сережу Воскобойникова равнодушно относящимся к ее занятиям было трудновато. И расследование она как раз намеревалась проводить в рабочее время, когда внимание Воскобойникова будут отвлекать более важные вопросы, нежели странности в поведении Анастасии Столетовой. Но этого знать ни Бодлеру, ни особенно Гарику не полагалось. Следом Настя провела около часа, сочиняя мейл Нике. К удивлению и радости друзей, Ника ответила сразу и на встречу согласилась без особых проблем. Поэтому спать Столетова отправилась с сознанием выполненного долга. Свои задачи она знала: войти в доверие и держать нос по ветру. А кривая просто обязана была куда-нибудь вывести.