Звезда Вавилона - Наталья Солнцева

– От чего умерла Глафира? – брякнула она, окончательно испортив собеседнице аппетит.

– Вы опять об этом… Боже мой! От болезни, разумеется. Повредила себе руку на даче… внесла инфекцию…

– Подозрительная тенденция.

Раиса поперхнулась и долго, до слез кашляла в салфетку, отвернувшись в сторону.

– Нико не везет с женами, – вымолвила она наконец. – Лидию он любил до безумия, но та умерла. Глафира была отличной хозяйкой, возилась с его детьми…

– …и тоже умерла!

Третья жена профессора уставилась на Астру недоуменным взглядом.

– А я… никуда не гожусь, – по инерции продолжила она. – Я не умею вкусно готовить, не нашла общего языка с Леоном и Нелей. Я не подхожу мужу по возрасту. Я вообще им не подхожу!

– Кому «им»?

– Ракитиным! Они живут, словно в чаду. Их как будто что-то гложет, поедает изнутри, и они вымещают недовольство на близких. Перед чужими людьми держат марку, а со своими не церемонятся. При посторонних прикидываются открытыми, радушными, хотя на самом деле они ужасно замкнутые. Каждый – в своей раковине. К ним не пробьешься, не достучишься…

– Вы пробовали?

– Сначала да. Потом бросила это безнадежное занятие. Муж тоже не стал мне родным человеком. Мы едим за одним столом, спим в одной постели, но находимся на разных берегах реки…

Она казалась искренней. По крайней мере, в ее словах почти не улавливалось фальши. Она просто чего-то недоговаривала.

– Тем утром, когда погибла Нелли, где вы были?

– Меня уже об этом спрашивали. Я ходила в булочную, потом прогулялась немного… Подтвердить мои слова некому. Ну и что?

– А Никодим Петрович когда ушел из дома?

– Рано, в половине девятого утра.

– В библиотеке он появился перед обедом. Где профессор мог провести эти несколько часов?

– Вы с ума сошли! – вырвалось у Раисы. – Подозревать отца в у… убийстве дочери? До такого даже в милиции не додумались. Слава богу, что вас к нему не пустили. Вы бы его до инфаркта довели! Хватит того, что у нас всех взяли отпечатки пальцев. Якобы с благородной целью: исключить родственников из числа тех, кто еще оставил свои следы на месте преступления. Весело, правда?

– И все-таки…

Ракитина комкала в руках салфетку, не замечая, что та рвется на клочки. Один отрывок упал в недоеденный десерт.

– Не знаю… он мог пойти куда угодно… заехать в археологическое общество… побродить по букинистическим магазинам. Он любит прогуливаться в одиночестве, размышлять над книгой…

Она так горячо отстаивала невиновность мужа, словно у нее был свой кандидат в убийцы. Астра смотрела на ее длинные изящные пальцы пианистки с коротко обстриженными ногтями и представляла, как они обхватывают мраморную пепельницу и… Игра на рояле вырабатывает силу в руках.

– У вас не пропадают вещи?

– Вещи? Какие? – удивилась Раиса.

– Разные мелочи, украшения…

– Нет. Кому они нужны? У меня мало золота – только обручальное кольцо, подаренное мужем, и цепочка. Наша домработница – порядочная женщина, она ничего не возьмет.

– Как складывалась личная жизнь вашей падче-рицы?

– Никак… Впрочем, они со мной не откровенничали, ни Леонтий, ни Неля. На семейные торжества она всегда приходила одна…

– У нее мог быть молодой любовник?

– У Нелли? Вряд ли… Хотя, знаете, в тихом омуте черти водятся. Года полтора назад она собиралась замуж за своего коллегу, но что-то разладилось. Муж ненароком проговорился. Ракитины ничего о себе не рассказывают, все держат под замком!

– Вы знакомы с ее бывшим женихом?

– Откуда? Нико представил меня детям перед самой женитьбой. Предполагал их реакцию! Они пришли в бешенство. С тех пор в нем и пребывают… Ой! – Она прикрыла губы пальцами. – Нелли ведь уже нет, я должна простить ее… Я прощаю, но… Гадко, да? Осуждать мертвого человека. Видите, какая я злая?

Астра глотнула остывшего чая. Привкус жасмина напомнил ей собственную весну, пылкую влюбленность и предательство жениха. Она исподволь наблюдала за Раисой. Каково этой образованной, неглупой барышне быть замужем за пожилым мужчиной? Что она чувствует, принимая его ласки? По сравнению с ней профессор Ракитин, в сущности, старик…

– Леонтий неравнодушен к вам?

Щеки Раисы покрылись жарким румянцем.

– С чего вы взяли?

– Пасынок попадает под влияние молодой мачехи, теряет голову, забывает приличия и пытается соблазнить жену отца. А та крутит обоими, как ей заблагорассудится. Обычный сюжет любовной драмы… или водевиля.

– Это не про меня.

– Вы любите мужа?

– Оставьте ваши приемчики! – еще сильнее покраснела Ракитина. – Я не изменяла Никодиму Петровичу и не собираюсь этого делать.

«Не любит, – подумала Астра. – Ею двигал расчет, в лучшем случае уважение к его уму, сединам и научным заслугам. Не самый плохой мотив для брака».

– Эмма ревнует супруга к вам?

Раиса судорожно повела плечами.

– Я не давала Леонтию никакого повода. Эмма относится ко мне с предубеждением. Уверяю вас, что не испытываю нежных чувств к пасынку.

– Даже материнских?

Она смутилась, отвела глаза.

– Он мне отвратителен, как ни стыдно признаться.

– Кого вы подозреваете в убийстве падчерицы?

Раиса ковырнула блинчик с застывшей шоколадной начинкой.

– Ее брата…