Центровая - Владимир Колычев

– Значит, вчера?

– Значит, вчера, – подтвердил парень.

– И как вы его сделали?

– Сделали.

– Как?

– А Медяк не говорил?

– Я вопрос тебе задала, ты и отвечай!

Гошак виновато вздохнул и поджал губы. Дескать, я признаю в тебе центровую, но без Медяка ничего не скажу. Я наехала на Немана, но и тот ответил мне тем же.

Их игра в молчанку раздражала меня, но не бесила. Пацаны понимали, насколько серьезным и опасным делом занимаются, поэтому и не хотели открываться передо мной. Вне всякого сомнения, Медяк запретил им трепаться. Даже передо мной. В сущности, он делал все правильно, но все-таки мне было немного не по себе. Медяк не совсем свой, а эти двое и вовсе чужеродные тела в моем доме.

Еще меня смущало то обстоятельство, что Медяк со своей командой собирался обосноваться у меня, а его бойцы уже освоились на кухне. Но настоящий шквал возмущения поднялся в моей душе, когда Медяк вышел из ванной. Голый торс, полотенце вокруг бедер. В таком виде он совершенно меня не устраивал, но ему хоть бы хны.

И это было еще не все.

– Я шмотки в ванной сложил. Завтра на свалку их отвезешь, там выбросишь. Новую одежду привезешь – и мне, и пацанам. Упакуешь, тебе же не трудно, да? – спросил он, глядя на меня бесстыжими глазами.

– Ты меня ни с кем не попутал? – с шальными от возмущения глазами спросила я.

– Ты же Мещеру заказала и не хочешь, чтобы мы спалились. На одежде пороховые газы. Ты же не думаешь, что мы Мещеру из рогаток завалили. Стволы мы уже скинули, тачку сожгли, осталось одежду выбросить.

Я кивнула. Меры предосторожности – большое дело, ради которого можно было прикрутить свой гонор.

– А что за машина на улице стоит? – спросила я.

– Моя машина. Ты же не думаешь, что я к Мещере на своей тачке подъезжал? – Медяк как-то презрительно усмехнулся.

Он держался передо мной как суперпрофессионал перед тупоголовым дилетантом – важный, спесивый, но не злой. А зачем ему злиться на какую-то лохушку?

– Я думаю, на какой машине ты с меня съезжать будешь, – съязвила я.

– Так я и не наезжал. Мы же одна команда. Нам сейчас вместе держаться надо. Вдруг мещерские наедут, а тебе и прикрыться нечем.

– И без тебя люди найдутся.

– А опыт у них есть? Вон Грыжа по мещерским стрелял. В кого он попал? Ни в кого!

Я поняла, о чем шла речь. Мещерские убили Колоду, а Грыжа стал отстреливаться.

– Откуда ты знаешь, что не попал? – Я удивленно повела бровью. – Мещерские в машине были. Может, Грыжа кого-то замочил?

– Может, – цокнув языком, сказал Медяк. – Но все равно это не то. А мы с Гошаком и Неманом реальная сила. Если что не так, любого завалим.

– Завалите, – согласилась я. – Если команда будет. Завтра получите шмотки, деньги. Вам снимут дом, будете там жить и ждать команды.

– Зачем дом? У нас есть где жить. С деньгами без проблем и дело есть. Все у нас имеется. Так что не надо ничего.

– Значит, просто съедешь.

– А не боишься? – Медяк с хищной иронией сощурился.

– Чего мне бояться?

– Вдруг я от рук отобьюсь? У меня же не только Гошак и Неман, еще люди есть. В Москве своя база. Бойцы, стволы, люди – это же сила, да? Мы на тебя наедем, Панфиловск под себя отобьем! Тебе это нужно? – спросил он, гипнотически глядя на меня.

– Это угроза? – разволновалась я.

Сначала Медяк просто вывозил своих проституток в Москву, потом он стал снимать им там квартиры. В столице у него девочки, клиентская база. А сутенеры у Медяка непростые. Я помнила, с каким спокойствием Гошак и Неман выносили труп Колоды, как будто это был не человек, а соломенное пугало. Вчера вечером они убили Мещеру, а до этого – Грина. Круто развернулся Медяк, ничего не скажешь. Неизвестно, смогу ли я справиться с ним, если он вдруг и вправду отобьется от рук. Ему ведь не надо будет наезжать на меня, достаточно просто убить. А Медяк сможет.

– Это не угроза, даже не предупреждение. Просто я должен быть с тобой, хочу, чтобы ты меня удерживала при себе.

– Я не хочу.

– А ты постарайся. Поверь, пока я с тобой, тебе бояться нечего.

– Так я ничего и не боюсь.

– За это я тебя уважаю и люблю. – Медяк вдруг обнял меня за талию, грудью прижавшись к моему плечу.

– Пошел ты в задницу со своей любовью! – крикнула я, отталкивая его от себя.

Но мне самой показалось, что это был вопль отчаяния. Я снова чувствовала себя такой же беспомощной перед ним, как в тот день, когда он избил Самоеда и привез меня к себе домой. Медяк тогда предлагал мне жить вместе с ним, и меня шатнуло в его сторону.

Правда, в тот раз я нашла выход из положения. Я расшевелила Самоеда, вывела его в люди, мы взяли под себя весь город. Но Леши больше нет, а сама я бессильна перед Медяком.

– Может, не будем грубить другу? – не зло, но предостерегающе спросил он.

Но я снова послала его по конкретному адресу и отправилась к себе в комнату. На прощание предупредила, что пристрелю, если он вдруг сунется ко мне в спальню.

Под одеяло я забралась прямо в одежде, руку, в которой держала пистолет, вытянула в сторону двери, а потом вдруг нервно засмеялась. Медяк снова смог заморочить мне голову, а я повелась как та колхозная дура. Нет, не бессильная я перед ним, просто у меня в голове еще не возникла идея насчет того, как выкрутиться из этой ситуации. Я обязательно что-нибудь придумаю, и Медяк вернется в стойло. Может, я отправлю его вслед за Самоедом, чтобы он не мешался у меня под ногами.

Я встала, разделась, снова легла, пистолет сунула под подушку. Ладно, пусть Медяк остается в моем доме, будет при мне, раз уж он этого хочет. Все верно, его нельзя оставлять без присмотра, а под моим контролем он дров не наломает. К тому же за ним сила, с которой нельзя не считаться.

На днях братва узнает, что Мещеры больше нет, и страх перед Медяком только усилится. Кто решится бросить мне вызов, если он будет со мной? А как удержать на привязи этого волка, я знаю. Со временем придумаю, как избавиться от него.