Тождественность любви и ненависти - Чингиз Абдуллаев

К четырем часам дня в апартаментах, которые занимал ДавидГеоргиевич Чхеидзе, должны были собраться все участники разыгравшейся здесьтрагедии. Дронго позвонил Мужицкому и попросил его приехать в отель.Заместитель прокурора пробормотал что-то о презумпции невиновности, затем особранных доказательствах и, наконец, объявил, что приедет. В половинечетвертого заместитель прокурора появился в отеле. Через пять минут тудаприехал Дронго. Он объяснил, что сегодня закончит расследование происшедшего.Мужицкий возразил, что все только начинается. Результаты вскрытия тела будут кпяти часам вечера.

– Мне они уже не нужны, – пояснил Дронго и заместительпрокурора только пожал плечами.

Они поднялись в апартаменты, где их ждали Лиана и Гюнтер. Совчерашнего дня здесь произошли разительные перемены. Все вещи были аккуратносложены, костюмы покойного снова убраны в шкафы и в чемоданы. Дронго улыбнулся,но не стал ничего комментировать. В четыре часа приехали Ирина и ее дочь. Обевошли в апартаменты, держась за руки. И обе прошли к столу, далеко обходяковер, словно опасаясь на него наступить. На Лиану они даже не смотрели. СДронго не стали здороваться, только Ирина кивнула ему головой. Было заметно,как они волнуются. Молчание в ожидании Самойлова было почти невыносимым.Наконец в десять минут пятого появился Самойлов, который извинился заопоздание. Все с любопытством смотрели на Дронго, ожидая его объяснений.Мужицкий попросил подняться переводчика, молодого человека лет двадцать пяти,который должен был переводить все разговоры для Вебера. Переводчик сел рядом сГюнтером, и тот невольно выпрямился, чувствуя себя очень значительнымчеловеком. Сидевшая рядом Лиана явно нервничала, она все время теребила пальцыи покусывала губы.

– Давайте начнем, – предложил Мужицкий, – мы васслушаем, господин Дронго.

– Спасибо. Благодарю вас всех за то, что приехалисюда, – поднялся со своего места Дронго, – а теперь я постараюсьрассказать вам, что здесь произошло за эти дни. И не только за эти дни.

– Дело в том, что для начала мы должны вернуться на двадцатьпять лет назад, когда парень Давид Чхеидзе приехал в Москву поступать впрестижный МВТУ. В него он тогда поступил в Тбилиси и сюда попал уже безэкзаменов, на место, которое выделяли для республики. Но затем он поехал не вТбилиси, а по направлению в Новосибирск, посчитав, что там будет гораздоинтереснее и переспективнее. Студентам, получившим места от республик,разрешали выбирать место работы, если они хорошо учились. Именно тогда онпознакомился с молодой дочерью известного ученого Ириной Дмитриевой. Ониполюбили друг друга, – Дронго заметил, как нахмурилась Ирина и решилпоправиться, – они нравились друг другу. И стали встречаться. Вскоре Ириназабеременела от Давида. Но ему ничего не сказала. К тому же он случайнодопустил глупость, переспав с какой-то доступной девицей. И об этом сразусообщили Ирине. Она не могла его простить. Он уехал в Новосибирск. Она вышлазамуж за Викентия Миланича. Затем развелась с ним, уже родив к этому времениочаровательную девочку, которая находится рядом с нами, – он показал наТамару.

– Вы еще скажите, что я прекрасный ребенок, – заметилаТамара, но мать ее одернула.

– Трудный ребенок, так будет точнее, – заметилДронго, – но я продолжаю. Случившееся наложило отпечаток на судьбуЧхеидзе. Он вернулся в Москву уже в восемьдесят четвертом. Ему подсознательноказалось, что его отвергли именно из-за того, что он не имел никакихпереспектив, был беден, потерял к тому времени отца.

– Какая глупость, – не выдержав, громко сказала Ирина.