Это мой мужчина, или Мечта сильной женщины - Екатерина Гринева

Меня вдруг пронзила острая жалость к самой себе.

Марк! Сволочь, дорогой, любимый! Ну почему я должна заниматься сексом с другим, чтобы забыть тебя? Почему?

Костик медленно гладил мне бедра, стараясь вызвать ответную страсть. Но близость показалась мне утонченной пыткой. Я сама потянула его к себе, мне хотелось побыстрее достичь разрядки и поставить точку в нашем свидании.

Меня не покидало странное чувство, как будто я теряю что-то очень важное и дорогое. Я стиснула зубы, чтобы не разреветься. Ну почему жизнь так глупо устроена?

Костик остановился, но я прижалась к нему и ускорила темп.

Когда пик был достигнут, я вывернулась из-под своего партнера и, схватив одежду, ринулась в ванную. Мне нужно срочно принять душ.

Я долго стояла в душе и чувствовала, как тугие струи ударяют по моему телу. Я тряхнула волосами, и брызги разлетелись в разные стороны. Сама себе я напоминала мокрую побитую собаку.

Я обтерлась розовым полотенцем, висевшим на крючке, оделась и пошла на кухню.

Мне почему-то не хотелось идти в комнату и видеть голого Костика, лежащего на постели. Я открыла шкафчик и нашла кофе, затем включила электрический чайник. Сполоснув чашку, стоявшую на столе, я бросила туда две ложки кофе и налила кипятку.

Выпив кофе, я пошла в комнату. То, что я там увидела, мне сильно не понравилось: Костик шарил в моей сумке. При звуке моих шагов он обернулся, и на его лице появилось агрессивное выражение.

– Фак! – воскликнула я. – Что тебе надо в моей сумке?

Проще не бывает: я познакомилась с воришкой, который сначала трахает женщин, а потом шарит по их сумкам.

Костик выпрямился и направился ко мне. Я развернулась к нему боком и сделала ложный выпад одной ногой, а когда Костик бросился на меня, описала другой молниеносную короткую дугу. С громким воплем Костик рухнул на пол как подкошенный.

– Лежи, мальчик, не рыпайся, – со смехом сказала я. – Что тебе понадобилось в женской сумке? Не хватает бабок на жизнь?

Костик тяжело дышал, его лицо побагровело. Неожиданно он схватил меня за ногу, и, потеряв равновесие, я упала на пол рядом с ним.

Костик навис надо мной, и его рука взмыла вверх. Я зажмурилась, с ужасом ожидая, что он нанесет мне удар в лицо и основательно его подпортит. Такой поворот дела меня совершенно не устраивал. Но Костик приблизил свое лицо к моему и прошипел:

– По-моему, рыпаешься ты, сучонка. Ты что, не понимаешь, что за все надо платить?

– Мы так не договаривались, – запротестовала я. – Чего тебе надо? Денег?

Костик осклабился. Я не успела ничего ответить, как он с силой ударил меня по голове, и я со стоном откатилась в сторону. Мне нужно собраться с силами, пока этот ублюдок не отметелил меня по полной программе и не проломил мне череп. Я открываю глаза: Костик стоит около моей сумки. Я бросаюсь на него и наношу удар в солнечное сплетение; охнув, он сгибается пополам.

Я молниеносно хватаю сумку и выскакиваю в коридор.

Блин! Надо же так влипнуть! Через пару секунд я открываю замок и бегу вниз по лестнице, не дожидаясь лифта.

На улице с трудом перевожу дыхание. Голова тупо болит, я дотрагиваюсь до нее и морщусь от боли. Придурок!

Я поднимаю руку, надеясь поймать первую проезжавшую мимо машину. Асфальт блестит от только что прошедшего дождя. Я взмахиваю руками, чуть не поскользнувшись на влажном тротуаре, сырость забивается мне в легкие, и я делаю глубокий вдох.

Рядом остановилась черная тачка. Молодой парень выглянул из нее.

– Куда надо?

– В Сокольники.

– И сколько?

– Пятьсот.

– Тысяча.

Я не торгуюсь: раскалывавшаяся голова отбивает у меня охоту к торгу.

– Идет, – обреченно говорю я.

– Тогда садись.

Мои мышцы ноют, как после неудачной растяжки. Я стиснула зубы и открыла дверцу.

В темном салоне играла приятная музыка.

Мое тело постепенно превращалось в одну болевую зону. Я то впадала в краткое забытье, то выныривала из него.

– Приехали…

Я достала кошелек и отсчитала деньги.

– Счастливо! – Парень махнул рукой и тронул машину с места.

Дома я без сил рухнула на диван. Черт попутал ввязаться в приключение. Нашла развлекаловку на свою задницу. Если женщина в кого-то сильно влюблена, то пускаться в любовные авантюры – дохлый номер. Все равно ничего не выйдет.

Наверное, должно пройти немало времени, прежде чем я окончательно выкину Марка из головы. Я здорово рисковала, связавшись с незнакомым типом: он мог оказаться профессиональным шантажистом. Я читала об этом в какой-то газете. Молодые парни иногда промышляют этим, охмуряют женщин, берут их контактные телефоны, а потом регулярно доят своих жертв. Особенно если те замужем и им есть что терять.

Я накинула плед и незаметно уснула, свернувшись калачиком.

Проснулась я от яркого света, бившего в глаза. Я зажмурилась. Голова по-прежнему болела. Я позвонила на работу и предупредила, что меня сегодня не будет.

В ванной я придирчиво осмотрела себя в зеркало: на лбу – яркая царапина, на правой скуле – большой синяк. Не проблема: замажу тональным кремом, и все будет незаметно. Я смочила носовой платок холодной водой и подержала на лице десять минут. Потом побрела на кухню и приготовила завтрак – бекон с яичницей и консервированной спаржей.

Через пять минут мой организм взбунтовался, и я едва успела добежать до туалета. Там меня стошнило, и я подумала, что я круглая идиотка. Мало настоящих реальных проблем, так я еще создаю дополнительные. Умывшись и полежав на кровати, я по привычке спустилась вниз проверить почту. Нырнув в ящик, моя рука вытащила бумажку. Этого не может быть! Я поднесла бланк к глазам: ошибки нет. Извещение о бандероли. Сейфур все-таки выполнил обещание и прислал мне материалы.

Я быстро оделась и пошла, нет, побежала на почту. Народу никого, я расписалась в извещении, получила толстый конверт, вышла с ним на улицу и тут же вскрыла. Там были копии каких-то акций, деловые бумаги, в которых я ничего не могла понять. Я даже разозлилась на себя: мне так нужны эти документы – а я не могу вникнуть!

Я наугад вытянула одну бумагу и пробежала ее глазами. Это была копия свидетельства о рождении Елены Дубновой. Она оказалась Красницкой!

Бумаги разлетелись по асфальту. Блин! Я закусила губу. Что это значит? Какая такая Красницкая-Дубнова? Она что – родная сестра Красницкого? Кажется, я что-то начала понимать… Но мне нужен человек, который помог бы разобраться во всем этом. Я вспомнила о Георгии Гладилине, Жоре! Вот кто мог мне помочь!

Я поспешно вынула из сумки мобильный и стала лихорадочно набирать номер Гладилина.