Соперница с обложки - Галина Владимировна Романова

– С девушкой?! – на высокой ноте засипел Саша и тут же закашлялся, надсадив горло.

– Тише ты!

– А ты не выводи, дружище! – огрызнулся он. – Это не девушка, милый. Это крокодил! Это монстр в юбке! И чудится мне, она мне еще покажет, где раки зимуют. Она ведь меня вчера знаешь куда потащила?!

– Куда? – Хорошо темнота, а то бы Давыдов никогда не простил ему его улыбку.

– К маме! Она потащила меня к своей маме, представляешь!!!

– Познакомились? – все же прыснул Дмитриев, прекрасно зная, как шарахается его друг от всего, что хотя бы отдаленно намекает на женитьбу.

– Ржешь, гад? Ну, ну, давай, веселись. А мне пришлось целовать ручку ее маме. Потом весь вечер сдувать пыль с Анжелы твоей.

– С Ангелины, – поправил теперь уже Дмитриев, в душе сочувствуя другу. Он бы, наверное, даже ради дела не способен был на такой подвиг.

– Пускай с Ангелины, но эта крокодилица потребовала, чтобы я весь вечер при маме вел себя очень примерно, очень красиво за ней ухаживал.

– За кем, за мамой?

– За обеими, блин! – Александр подполз к последнему ящику в дальнем углу комнаты. – Все, Андрюша, если здесь ничего нет, тогда моя жертва оказалась бесполезной.

– Так уж и бесполезной? А ты вроде с утра ничего, улыбался. Было что-нибудь, а? Давай признавайся, было?

– Ну, было, и что?

– И как тебе она?

– В порядке, – нехотя признался Санчес и тихо рассмеялся: – Если бы не такого рода компенсация за мои страдания, я бы точно удавился… Так, Андрюша! Кажется, нашел!

– И?

– Что и?

– Что делать-то дальше будем? Смотреть или…

– Ноги делать будем, Андрюша! Ноги! Пока нас не замели!

Из квартиры Минина эти двое выбирались как заправские преступники, натянув на лица черные шапки с прорезями для глаз. И правильно, между прочим, подстраховались, потому что побежали наверх, чтобы через чердачный люк другим подъездом выбраться на улицу, и тут же на влюбленную парочку нарвались. Тем места больше не было, как на лестничных перилах любовью заниматься. Девица, увидав громил в черных масках, попыталась завизжать, но парень быстро среагировал на их шиканье и прикрыл ей рот рукой.

– Вы ничего не видели! – пригрозил Саша парочке пистолетом.

– Не дураки, понятно, – кивнул вспотевший Ромео и, тут же отвернувшись, продолжил свое дело с упирающейся партнершей.

Бегом по чердаку, потом бегом по лестнице соседнего подъезда. Потом шапки долой, прыгнули в машину, спрятанную за углом соседнего дома, и на скорости до квартиры Давыдова.

К Андрею решено было не ехать. Там Света. Проснется, станет задавать вопросы, а ответы ей могли и не понравиться. Шутка ли – муж ограбил квартиру своего коллеги.

– Ангелины, надеюсь, там нет? – попридержал соратника за локоть Андрей, когда они уже выходили из лифта.

– Я тоже надеюсь, – скорбно вздохнул тот в ответ, заметил расстройство Дмитриева и рассмеялся: – Да нет ее здесь и быть не может. Я че, совершенно сумасшедший, чтобы ключи ей от своего дома давать? Мало того что я ей душу продал, как дьяволице, так теперь еще и дома своего лишусь? Нет, милый друг, на это ты меня не подобьешь. Входи и разувайся, полы вымыты.

Невзирая на свой часто растрепанный вид, Давыдов Александр Иванович дом старался содержать в чистоте. И если начинал уборку, то добирался до самых дальних потаенных углов и тревожил не успевающую слежаться там пыль. И даже шторы стирал чаще, чем, к примеру, Светлана Дмитриева, объясняя это тем, что курить приходится в доме, а шторы всю дрянь впитывают и воняют потом. А о том, чтобы курить на балконе, Санчес и слышать не хотел.

– Ну-у… – тянул он обычно, сквасив физиономию. – Какое же в том удовольствие? То я после ужина затянусь сигареткой… А то ломись куда-то на дождь и холод.

Дмитриев разулся, прошел в единственную комнату и тут же поспешил к телевизору.

– Все станем смотреть через телик, – поспешил он с объяснениями. – На камере мелко очень. Можем что-то пропустить. Идет?

– Идет. Шнуры в тумбочке. Найдешь?

– Уже!

Андрей очень споро все подсоединил. Замер возле телевизора, дождался, пока друг придет с кухни с двумя чашками крепчайшего кофе, который варил по рецепту своей бабушки с солью и специями.

– Ну! Приступим, Андрюша? – Саша сел к столу, с грохотом поставил чашки и предупредил с явной угрозой в голосе: – И смотри, дружище… Если там не окажется того, на что мы с тобой надеемся, я тебе Анжелы никогда не прощу!

– Ангелины, – машинально поправил его Дмитриев, нажимая на пуск. – Думаю, все будет просто замечательно. Меня волнует другое.

– Что?

– То, что, засвидетельствуй мы сейчас чью-то причастность в результате просмотра, как сможем предъявить эту запись в качестве улики? – Дмитриев почесал макушку. – Мы же с тобой теперь никогда не сможем доказать, что эту видеокамеру утащил из квартиры погибшей Аллы Волиной Минин. Мы теперь с тобой такие же воры, как и он.

– Вор у вора шапку украл, – невесело пошутил Саша, помешивая кофе в своей чашке, потом постарался утешить, как мог: – Ты погоди пока расстраиваться-то. Давай посмотрим сначала, а потом уже решать будем. Может, там и нет ничего важного. Может, крокодилица наврала, чтобы использовать ситуацию в своих интересах. А может, там и правда бомба…