Смерть из консервной банки - Дарья Калинина

Матвей отвел глаза.

— Я не знаю.

— Скажи! С шиншиллами этими, да?

Матвей пожал плечами:

— Может быть. Я не знаю.

— Ну, хорошо, а дальше что у них с Лидой было?

— Не знаю я. Я к себе ушел. Гаврила мне сарайчик для жилья выделил, там я первое время и жил. Потом-то, когда вы отсюда сбежали, я в большой дом перебрался. Теплее, да и комфортнее. А Гаврила сам меня пригласил вместе пожить, одному ему жутковато делалось.

Значит, и Гаврила почувствовал что-то неладное с этим домом. А Катю-то уверял, что это просто ее женские капризы.

— А когда полицейские приходили, где ты прятался?

— Уходил заранее. Видел, что кто-то идет, и уходил.

— А про убийство Лиды тебе Гаврила что-нибудь рассказывал?

— Это да. Потрясло оно его сильно. Его так колбасило, что прямо страшно смотреть было.

— Он мог ее…

— Он ее не убивал, это точно. Гаврила мне признался, что ее, судя по времени, которое назвал ему следователь, буквально через какие-нибудь полчаса-час убили после того, как они расстались.

— А кто? Версии у него были?

Матвей помолчал, а потом произнес:

— Он какого-то Макса обвинял.

— Макса?

— Да. Сказал, что, когда они с Лидой в лесу были, этот Макс как-то их выследил и на них набросился. Совсем бешеный был. Сначала Лиде по морде заехал, потом на Гаврилу напал. Тот от него вывернулся и удрал.

— Что же он удрал, а Лида эта одна в лесу осталась? Один на один со взбесившимся Максом?

— Ну, вроде так.

Неужели убийца Лиды — это все-таки Макс? Но к смерти Гаврилы этот Макс отношения явно не имеет. И кто тот человек, который продал Матвею ядовитые грибы? Ясно, что это был не Макс.

— А в лес-то они с Лидой зачем ходили?

— Гаврила ей денег на гостиницу дал. И они вроде как договорились, что Лида обратно в Дубочки вернется. А на следующий день, когда ты на работу уйдешь, снова придет.

Кате стало и горько, и досадно, и одновременно смешно.

— Что же он ее в доме не поселил, как и тебя? Места тут полно, вполне могли бы с ней жить, друг друга не касаясь.

Катя-то шутила, а вот Матвей воспринял ее слова без всякого юмора и так же серьезно ответил:

— Он и хотел, да только не рискнул. Сказал, что слишком опасно злить супругу, пока дельце еще до конца не закончено.

— Выходит, то дельце, которое Гаврила хотел закончить, со мной было связано?

— Ну, вроде бы так.

Катя замолчала. Она не знала, что еще хочет спросить у Матвея. Фигура покойного мужа вновь выступила из небытия и вновь в самом неприглядном свете.

Андрей, который внимательно вслушивался в этот разговор, нарушил свое молчание и произнес:

— Вот что, Матвей. Никуда ты из Дубочков не уедешь.

— А чего?

И повернувшись к Кате, произнес:

— Если вы насчет того, что окошко надо доделать, так это дело нескольких минут. И без меня справитесь. Там два шурупа прикрутить всего-то и надо.

— Какое еще окошко? — удивилась Катя.

— Задвижка у вас в доме на подвальном окошке сломана. Кажется, что окошко закрыто, а надавишь снаружи на него посильнее, вмиг откроется. Но там плевое дело, я вам точно говорю.

— Незаконченная работа — это ерунда, — заявил отец Андрей. — Я не могу отпустить тебя по другой причине.

— Нет, мне надо отсюда валить, — вновь задергался Матвей. — Я задницей своей чую, что беда меня иначе ждет. Неспроста мне этот запашок сегодня ночью причудился. Сам сюда этот тип приходил или провидение мне об опасности намекает, но так или иначе, а валить мне отсюда надо!

— Хорошо, свалишь, но не раньше, чем повторишь свои показания.

— Где? — встрепенулся Матвей. — В полиции? Вот уж вовек не сунусь я к ним!

— Не в полиции, а в службе охраны поселка.

— Хрен редьки не слаще! И к ним не пойду. Видел я их начальника, от него за версту казенщиной разит. Он меня точно за решетку упечет.

— Нет, все будет в порядке. Я тебе ручаюсь.

— Отпустите меня!

Голос Матвея звучал умоляюще. И где-то Катя его понимала. Но отец Андрей был непреклонен.

— Ты должен все рассказать. Это важно.

— Я боюсь!

— Но пойми, убито уже два человека. И оба раза ты являешься свидетелем. Мы не можем тебя отпустить. Ты должен преодолеть свой страх и сделать то, о чем мы тебя просим.

Казалось, Матвей задумался.

— Двое убито, ты прав, — пробормотал он затем. — Что же, я согласен.

— Ты поедешь с нами?

Андрей не ожидал такой легкой сдачи. Приятель был настроен на бегство. Задержка в Дубочках еще на несколько дней, а может быть, и больше, не факт ведь, что расследование пойдет быстро, в планы Матвея не входила. И вдруг он соглашается.

— Рад, что у тебя еще сохранилось понятие о совести, — растроганно произнес Андрей. — Тогда пойдем?

— Да, только я должен взять кое-какие свои вещи. Они тут… в соседней комнате.

— Ну конечно, сходи за ними. О чем речь!

Матвей вышел из комнаты. Катя и Андрей оставались его ждать. Внезапно Кате показалось, что по ногам потянуло холодом. Но она решила, что это все нервы. Откуда взяться холодному воздуху в теплом доме?

— Что-то он долго возится, — произнес Андрей.

— А разве все вещи Матвея не в его рюкзаке? Что же он собирается брать в соседней комнате? Да еще так долго?

Они переглянулись, после чего Андрей вскочил на ноги и с криком выбежал из комнаты:

— Матвей! Ах, Матвей, чтоб тебя!

Ни в соседней, ни в других комнатах Матвея не оказалось. Также он не отзывался на отчаянные призывы. Катя вспомнила поток холодного воздуха, который пробежал по полу. И ей стало совершенно очевидно, что Матвея в доме уже нет.

— Удрал!

— На улицу! За ним!

— Какой хитрец! — восхитилась Катя. — Сделал вид, что согласен нам помочь, а сам дал деру!

У Андрея с Катей еще оставался шанс догнать беглеца. Конечно, на улице темно, но вряд ли Матвей рванет в лес. Скорей всего он побежит по дороге, а она стараниями Василия Петровича освещена вполне прилично. Ну а бегает Андрей, как показала первая погоня, куда лучше своего приятеля. Да, у них есть отличная возможность догнать обманщика Матвея и заставить выполнить данное им обещание.

Выскочив на дорогу, они завертели головами. Где-то вдалеке виднелась человеческая фигура, которая стремительно удалялась от них.