Счастье с третьей попытки - Галина Владимировна Романова

Никогда еще он так не радовался тому, что дом полон голосов, как сегодня. Родители вернулись – веселые, загорелые, отдохнувшие, с подарками. И даже на стукачество бабы Нюры не обратили никакого внимания, когда та наболтала им прямо у подъезда о том, что Вовка прогуливал школу и все время вокруг него крутились какие-то сомнительные личности.

– Разберемся, Анна Иванна, – пообещал отец и, кажется, тут же забыл о своем обещании.

Во всяком случае, уже три часа прошло, как они вошли в квартиру, а он ни гу-гу. Мать так вообще прослезилась, обнаружив тщательно прибранную квартиру и приготовленный Вовкой праздничный обед.

– Сыночек! – ахнула она, увидев салат и запеченную в духовке курицу с картошкой. – Это все ты?!

– Я.

Мать кинулась его целовать. Он сдержанно улыбался, стараясь казаться взрослым и авторитетным, но рот настырно разъезжался в счастливой улыбке. Родители дома! Теперь ему нечего бояться странных шорохов по ночам. Незачем оставлять включенным свет в ванной, потому что темнота его начала угнетать с некоторых пор. Незачем осматривать улицу с балкона прежде, чем выйти из дома.

Родители дома! Это классно!

– Ма, а я ведь и правда вчера и позавчера в школу не ходил, – признался он за обедом. – Убирался, мыл все, даже постирал и погладил.

– А ты вообще-то ходил? – удивились родители. – Ты же нам условие поставил перед отъездом, что мы летим, ты в школу не ходишь.

– Ходил, – признался Вовка, правда, не сказал, по какой причине. – И даже хорошие оценки заработал.

– Нет, мать, ну, молодец! И курица… – Отец щелкнул пальцем по хрустящей корочке на курином крылышке. – Выше всяких похвал. Мать так не умеет, Вовка. Здорово. Молодец!

– И убрал, и постирал, и погладил, и приготовил, – перечисляла мать с лукавой улыбкой и вдруг добавила: – Вот курить бы еще бросил, тогда вообще молодец.

– Это точно, – крякнул досадливо отец.

– Вы… Вы знали? – Вовкины щеки густо покраснели.

– А то! Все твои тайники на балконе обшарили давно. Все знали. Решили не говорить, думали, перерастет. Не дурак же совсем здоровье гробить, – пробубнил отец с набитым ртом. – Не бросил?

– Бросил, – честно признался Вовка. – Надоело. Изо рта вонь, в голове бухает.

– Ну вот, мать, я же говорил, перерастет. А ты плакать!

Отец улыбался так тепло, мать так нежно гладила его по голове, и от этого было так щемяще здорово, что он едва не прослушал самую главную новость, которую ему сообщили родители.

– Что, что, что вы мне решили подарить?!

Он вытаращился на родителей, боясь, что это лишь сон, что сейчас проснется, и обещанный новенький компьютер, который они собираются поехать сейчас покупать, так и останется мечтой.

– Мы так решили. Загадали, когда на отдыхе были, что если не подведешь нас, купим. Если подведешь, то ни хрена не получишь. Для начала дневник все же покажи…

Оценками родители остались довольны, тут же принялись планировать его дальнейшее обучение. Спорили, шумели, хохотали, подсчитывали. За компьютером поехали сразу после семейного обеда. Долго выбирали, долго бродили потом по гипермаркету, зашли в кафетерий и просидели там почти час, шумно празднуя возвращение и обмывая покупку бесконечными чашками кофе и безалкогольными коктейлями.

Так было здорово, так беззаботно, весело, как не было с детства, когда он еще совсем маленьким цеплялся за материнский подол и просился с отцом, едва тот собирался выйти из дома. Потом подрос, с чего-то стал называть своих родителей родаками, считать их немодными, несовременными, почти ненужными. А с ними так здорово!..

Домой вернулись под вечер. Мать сразу принялась что-то стряпать на кухне, отец привычно уткнулся в телевизор, звонил кому-то, хвалился. Вовка с новеньким компом скрылся в своей комнате – изучать, устанавливать программы. Через час запахло пирогами, мать зычно позвала пить чай. И только они расселись за столом – счастливые, улыбающиеся, довольные друг другом, как в дверь позвонили.