Рождество Эркюля Пуаро - Агата Кристи

Вот об этом-то разговоре Хильда и вспомнила. Она оченьхотела рассказать о нем женщине, которая была на ее стороне, но почему-топочувствовала, что лучше этого не делать. Вслед за Лидией она вышла в холл. Тамстояла Магдалена с маленьким пакетиком в руках. Когда обе женщины появилисьперед ней, она вздрогнула.

– Вот это, должно быть, и есть та важная вещь, которуюсобирался купить мистер Пуаро, – воскликнула она. – Я видела, как он только чтоположил это сюда. Что может быть внутри?

Она переводила взгляд с одной женщины на другую и дурашливохихикала, но в глазах ее застыли испуг и настороженность, что выдавалонеискренность ее преувеличенного веселья.

Лидия слегка подняла бровь и сказала холодно:

– Мне надо помыть руки перед ленчем. Магдалена попыталасьбыло сохранить деланное веселье, но это ей не удалось, в голосе предательскизвучали отчаянные нотки.

– Я просто должна посмотреть, что там! – хихикнула она.

Открыв пакет, Магдалена вскрикнула. Лидия и Хильда замерли иозадаченно уставились на предмет, который оказался в ее руках.

– Накладные усы для маскарада, – пролепетала Магдалена. – Ночто это значит? Хотелось бы мне знать...

– Зачем ему понадобился этот маскарад? – удивленно спросилаХильда. – Но ведь..

– ...но ведь у мистера Пуаро и без того роскошные усы,собственные, – закончила предложение Лидия.

Магдалена закрыла пакет.

– С ума можно сойти! И зачем мистер Пуаро купил накладныеусы?

***

Выйдя из гостиной, Пилар медленно пересекла холл, тут еевстретил Стивен Фарр, который как раз шел из сада.

– Семейный совет завершен? Завещание оглашено? – спросил он.

Пилар дышала взволнованно.

– Я ничего не получаю – совсем ничего! Завещание былонаписано много лет назад. Дед оставил деньги моей матери, но поскольку онаумерла, все перешло к другим.

– Да, тебе, конечно, не повезло, – сказал Стивен.

Был бы жив старик, он наверняка составил бы другоезавещание. Тогда он оставил бы деньги и мне тоже – много денег! Стивенулыбнулся.

– Это опять-таки было бы не совсем справедливо.

– Почему бы и нет? Он любил меня больше всех, вот и все!

Она угрюмо смотрела под ноги.

– Мир вообще очень жесток к женщинам. Они вынуждены пытатьсядобыть деньги, пока молоды. А когда становятся старыми и непривлекательными, имбольше никто ничего не дает.

– Не переживайте из-за этого так сильно, милая Пилар!Семейство Ли позаботится о вас.

– Это так, но очень весело мне здесь не будет, – сказалаона.

– Вероятно, – согласился Стивен. – Я не могу себепредставить, что вам придется остаться здесь, Пилар. Не лучше ли поехать вЮжную Африку? Там солнце и ширь неоглядная Правда, приходится также работать непокладая рук. Вы любите работать?

– Я не знаю, – неуверенно ответила она.

– Или, быть может, вы предпочитаете целый день сидеть набалконе? Станете ужасно толстой – у вас вырастут целых три подбородка...

Пилар, сама того не желая, рассмеялась:

– Ну вот, такой вы мне нравитесь больше. Я все-такирассмешил вас!

– Я думала, что буду много смеяться в это Рождество. Ячитала в книжках, как весело проводят рождественские праздники англичане. Ониедят плумпудинг с изюмом, который подается весь в огне, и получают подарки, аот кого – секрет, и еще...

– Но, милая моя, это верно, так и празднуют Рождество, и мыбы праздновали так, если бы не убийство. Пойдем! Я покажу, что мне вчерапоказывала Лидия, – ее кладовую!

Он подвел ее к маленькой комнатке – чуть больше, чем стеннойшкаф.

– Вот, смотрите, все ящички с печеньем и варенье из фруктов,апельсины, финики, орехи. А здесь...

– О! – воскликнула Пилар. – Какие славные золотые исеребряные шарики!

– Их вешают на елку вместе с подарками для слуг. А этималенькие снеговики с блестящими кристаллами льда должны во время ужина стоятьна столе А здесь – шары самых разных цветов, мы бы их надували.

Глаза Пилар светились.

– Ах, давай все-таки надуем один! Лидия, несомненно,разрешила бы нам. Я так люблю шарики!

– Ребенок! Ну, ладно. Какие вам нравятся?

– Красные, конечно!

Они выбрали по шарику и сильно надули их Затем, завязавконцы, стали подбрасывать. Когда шарики опускались вниз, они снова ударяли поним, чтобы те взлетали в воздух.

– Давай выйдем в холл, там гораздо больше места! – сказалаПилар.

Когда они разыгрались вовсю, появился Эркюль Пуаро.

Снисходительно улыбаясь, он наблюдал за ними.

– Так-так, значит, играем, как дети малые. Очень мило.

– Красный – мой! – объяснила Пилар, переводя дух. – Оннамного больше, чем его. Если бы мы вышли на улицу и отпустили шарик, он быулетел в самое небо!

– Ну, хорошо, давайте отпустим, – предложил Стивен. – Мы приэтом сможем загадать желание.

Пилар была в восторге. Она выбежала в сад. Пуаро последовалза ней и Стивеном, снисходительно улыбаясь.

– Я хочу много-много денег, – крикнула Пилар. Она поднялашарик высоко над головой, и когда налетел ветер, отпустила его. Шарикдействительно полетел вверх.

Стивену повезло меньше. Стоило ему отпустить шарик, какветер отнес его в сторону, на колючий кустарник, и он лопнул.

Пилар тотчас же подбежала к месту, где случилось этонесчастье.

– Лопнул! – горестно сказала она. Затем стала пинать остаткишарика носком своей туфли. – Скажу вам, что я подняла с пола в комнате деда.Воздушный шарик, только светло-розовый.

Пуаро не удержался от восклицания. Пилар вопросительнопосмотрела на него.

– Нет, нет, ничего, – поспешил он успокоить ее. – Я простоспоткнулся и ушиб палец на ноге.

Он быстро повернулся и оглядел дом.

– Так много окон! Любой дом, мадемуазель, имеет глаза и уши.Печально, что англичане любят оставлять окна открытыми.

Лидия появилась на террасе.