Перебиты, поломаны крылья - Владимир Колычев

– Ну, слышал что-то…

Илья мысленно усмехнулся. Не мог Тенгиз слышать о такой проверке, потому что ее только что придумал Вадик. Чтобы разыграть и одурачить наивного самозванца. А в том, что Тенгиз не имел никаких прав на воровскую корону, Илья не сомневался.

– Слышал что-то, – передразнил грузина Вадик. – Ничего ты не слышал!.. Странно, эта благородная традиция от грузин пошла. А ты не знаешь… Я знаю, а ты не знаешь… Я тебе больше скажу, я сам пробовался на вора в законе, но эту проверку не прошел. Так и не стал законным… И ты, боюсь, не пройдешь…

– А надо? – испуганно спросил Тенгиз. – Я ведь уже в законе, зачем это мне?

– Да пойми, не можешь ты быть вором в законе, если не прошел проверку… Да и по любому ты должен ее пройти, если не хочешь опозориться перед Чиркачем. Он тебе все может простить, но если ты проверку не прошел… Если ты проверку не прошел, значит, самозванец ты, а с такими он не церемонится – ножом по горлу и в колодец.

– В колодец?! – ужаснулся лох.

– Ну, это образно. Не в колодец, а на продол к вертухаям. Но сначала ножом по горлу…

– А как он узнает, что я не прошел проверку?

– Да так и узнает. Только глянет, так и узнает! Ты посмотри на себя, ты же сейчас, как та квашня в кадке. Размазня, в натуре! Сразу видно, что проверку не прошел. А кто прошел, тот закаленный – у того и глаза орлиные, и стать орлиная, и мысли тоже орлиные… Потому что это даже не проверка, а целое испытание. Долгое и тяжелое испытание, зато потом закалка на всю жизнь – и физическая, и психологическая.

– Психологическая?

– А ты как думал! Вор в законе – это прежде всего сильная волевая личность. Чтобы управлять другими, нужно научиться управлять собой. Для этого и нужна сильная эмоциональная встряска, которая и есть психологическая закалка… Ты меня понимаешь?

– Понимаю, – машинально кивнул Тенгиз.

Илья мог побиться об заклад, что на самом деле парень совершенно ничего не понял.

– Тогда, брат, настраивайся, испытание, скажу тебе, не для слабонервных…

Для начала Вадик накормил Тенгиза, чтобы окончательно расположить его к себе. А затем заставил снять штаны и сесть на чашу «Генуя».

– Главная изюминка в том, что ты должен находиться в позе орла! – едва сдерживаясь, чтобы не расхохотаться, объяснял Вадик. – Плечи расправь, голову повыше, руки в стороны… Молоток, так держать!..

– И долго так надо? – красный от смущения и натуги спросил Тенгиз.

– В том-то и вся соль, брат, что долго. До утра!

– Так люди же вокруг!

– Вот это и есть психологический фактор!.. Пройдешь испытание, станешь настоящим вором. Нет, будешь рядом с Музыкантом жить, возле параши. А как ты думал? Если ты назвался вором, будь им, а нет – петухом станешь… Кстати, петухов ты ненавидеть должен. Ты должен воспитывать в себе ненависть к ним.

– Это как?

– А так! Когда орел видит жертву, что он делает? Размахивает крыльями и летит к ней. Так и ты. Как только Музыкант закукарекает, ты должен взмахнуть руками. Он закукарекал, ты взмахнул, он закукарекал, ты взмахнул. Но на него не смотришь, ты выше этого. Ты просто летишь на святой с ним бой! Понял!

– Понял…

Вадик пнул Музыканта ногой в бок.

– Кукареку!

Надо было видеть, с какой важностью Тенгиз взмахнул руками-крыльями. Гордая посадка головы, воинственное выражение лица… Тут же выяснилось, что Вадик устроил испытание не только для него. Это было испытание для всей камеры и для самого Ильи. Хотелось хохотать, надрывая животики, а приходилось изображать серьезность. И только отвернувшись к стене и уткнувшись лицом в подушку, можно было дать волю своим чувствам.

Музыкант кукарекал до тех пор, пока пьяный от водки и куража Вадик не завалился спать. Тенгиз же так и остался на унитазе с гордо разведенными в стороны руками…

* * *

– Что вы там в камере устроили? – не без иронии спросил Андрей.

Илью ничуть не удивила его осведомленность.

– Да так, самозванец один объявился, экзамен на вора в законе сдавал.

– Сдал?

– Почти до самого утра летал, пока с унитаза не свалился… Не сдал. А он что, в самом деле в законе?

– В общем-то, да. Родственники короновали, то ли посмеяться хотели, то ли еще что… Сам понимаешь, его корона гроша ломаного не стоит. Поэтому к вам его определили. В другой камере и убить могли… А у вас камера спокойная. Не жалуешься?

– Нет, хорошо все.

– Музыканта не обижают?

– Это ты к чему? – насторожился Илья.

– А к тому, что его ваш Профессор избил.

– Он же за это наказан?

– Наказан. Но ведь интересно же, за что он его избил?

– Не знаю, – пожал плечами Илья. – Не мое это дело…

– Все ты знаешь. Ты же дружишь с Кириллом.

– Да какая ж это дружба? Так, знаем друг друга…

– А кто бутылку водки для него вчера купил?

– Ты и это знаешь? – не очень удивился Илья.

Андрей промолчал, всем своим видом показывая, что давно уже пора было привыкнуть к его всевидящему оку.

– Ну, так за что Профессор Музыканта избил?

В этот раз Илья отпираться не стал. Скорее всего, Андрей и без него все знает. Если так, то этими выяснениями он пытается проверить его на вшивость. А ссориться с ним нельзя, от него очень многое в тюрьме зависит. Стоит ему только захотеть, и уже через пару часов Илья может стать мальчиком для битья в какой-нибудь переполненной камере.

– За проституцию.

– То есть?

– Музыкант интим за деньги предлагал. А Профессору это не понравилось. Он вообще проституток не любит. Я бы сказал, ненавидит. Сельдец его проституткой обозвал, так он его чуть не убил. И до этого еще было…

– Что было?

– Это еще на «сборке», про проституток разговор зашел. Он сказал, что проститутки – это зло. И взгляд у него такой злой стал, что у меня мурашки по коже… Ненавидит он проституток.

– Почему?

– Девушка у него была, в институте у него училась. Спала с ним. И не только с ним. Днем в институте, ночью на панели. А когда институт закончила, деньги с него требовать стала. В общем, его на восемь лет осудили. Как он после этого к проституткам относиться будет?..

– Плохо, – в глубоком раздумье кивнул Андрей. – Очень плохо он должен к ним относиться… Убивать…

– Никого он не убивал, – мотнул головой Илья.

– Что?! – встрепенулся Андрей. – Я сказал, что он кого-то убил?

– Нет. Но предположил…

– Да, предположил… Ладно, закрыли тему. Не для этого я тебя позвал. Вопрос хочу тебе задать по твоему делу.