Монстры из хорошей семьи - Дарья Донцова

В общем, Элла Дементьевна принялакнигохранилище. Внешне молодая женщина выглядела уверенной, распоряжения,исходившие от нее, звучали категорично, да и внешность новая директриса имелацарскую, отдаленно напоминая императрицу Екатерину Великую. Но никто непредполагал, какое смятение творилось в душе «царицы»: она не знала, где зарытдесятый сундук!

Прятали женщины клад по ночам, Элла работалалопатой, а Анастасия Егоровна составляла карту. После войны лес сильноизменился, разросся, но у скончавшейся начальницы имелся план, ориентируясь накоторый дама ловко указывала место захоронения очередной укладки. УмерлаАнастасия Егоровна скоропостижно, никаких бумаг она Элле передать не успела.Даже и не попрощались женщины как следует: вечером директриса ушла домой сослужбы, а уже утром ее тело отправили в морг.

Элле оставалось лишь надеяться на собственнуюпамять, но та подвела. Выдумав себе хобби: лекарственные травы, заведующая всеотпуска проводила в Малкине, уходила с лопатой в лес. Подобное поведение ни укого не вызывало сомнений – знахарка ищет нужные корешки. Но на самом деле Эллапыталась обнаружить сундук. Безрезультатно. Где-то в лесу, возле деревенькиМалкино, в хорошо запертом железном ящике, до сих пор хранились несметныебогатства. Элла Дементьевна даже предположить не могла, какую невероятную суммумогут предложить за содержимое утерянного сундука коллекционеры. Да иинтересовали ее не деньги, а историческая ценность архивных материалов и книг.

Узнав правду, Неля тоже схватилась за лопату.Теперь они рыли вместе, усердно прочесывая лес, но, увы, сундук словно в водуканул. После смерти Эллы Дементьевны Нелли Ильинична продолжала раскопки водиночестве, но надежда найти железный ящик таяла, словно мороженое на яркомсолнце. В конце концов возраст Нелли Ильиничны перестал ей позволять бродить побуеракам с заступом.

– Вы так ящик и не нашли? – спросилая. – И никому не рассказали о пропавших книгах?

– Нет, – с жалостью ответилаНелли. – Время было тяжелое, откровенничать даже с родственниками боязнобыло.

– А сейчас, после перестройки? – насела яна старуху.

Неля пожала плечами:

– Ну… не знаю. Кто ж мне поверит! По учетнымединицам хранения у нас полнейший порядок. Я и сама сомневаться начала, думала:может, Элла Дементьевна перепутала, просчиталась? Ведь уже весь лесперелопатили! Но теперь я точно уверена: она таки его нашла и перепрятала!

– Кто?

Нелли Ильинична откинулась на спинку стула.

– Вы же не станете осуждать Эллу?

– Нет. А за что?

– Ей очень хотелось замуж, – тихо сказалаНелли, – хотя на службе все считали заведующую сухарем. Всегда ровная,слегка отстраненная, вежливая, никаких ярких эмоций. Но я-то знала, какойкостер полыхал под белоснежной блузкой. Понимаете, Эллочка всегда носилакофточки, они у нее были почти однаковыми: маленький кругленький воротничок,крохотные пуговички под горлышко, кармашек, на нем брошка. Долгие годы ясчитала, что Эллочка любит консерватизм в одежде, но один раз она вдругвоскликнула:

– Будь моя воля, с удовольствием натянула бына себя огненно-красное платье с большим вырезом, ремень широкий на талию ибосоножки на тонком каблуке!

Неля просто онемела, услыхав заявлениеподруги, а потом робко сказала:

– Но ведь можно сшить такое. В чем жепроблема?

– Во всем, – засмеялась Элла. – Наработу его не оденешь – не по статусу, а больше я никуда не хожу. Так чтотаскать мне до конца лет так называемые приличные белые блузки. Представляешьреакцию наших баб, если бы я в библиотеку в наряде с декольте явилась?

А еще Элла очень любила мужчин, но ей с нимине везло. Замуж Элла Дементьевна выскочила на три месяца, чтобы объяснитьокружающим беременность. Заведующая собиралась провести в браке год, но муж ещераньше навострил лыжи, исчез с ее горизонта. Но ведь главным по морали тоговремени было заиметь ребенка, будучи замужней дамой, тогда никто не сумеетпредъявить тебе претензий.

Элла все приличия соблюла, и ее имя сплетникине трогали. Кумушки у подъезда вполне благожелательно говорили:

– Хорошая женщина, положительная, толькомужики подобных не ценят, им стервы нравятся.

После рождения Ирочки Эллу словно подменили –работать она стала через пень-колоду, торопилась к дочурке. Нелли Ильиничнахорошо понимала подругу и прикрывала ту изо всех сил. На лето они по-прежнемуездили в Малкино, но сундук уже искали не так рьяно.

Потом у Нелли Ильиничны заболел желудок, иЭлла Дементьевна выбила для нее путевку в Минеральные Воды, на двадцать четыредня…

Старушка замолчала. Я сидела затаив дыхание.Кажется, я приближаюсь к разгадке странной истории, с которой неожиданностолкнулась, найдя под диваном в примерочной бутика Верочку. Нелли Ильиничнаглянула в окно и продолжила:

– Я долго обдумывала ситуацию и в конце концовпоняла: именно в тот месяц, когда я лечилась на водах, Элла и нашла сокровище,но в библиотеку его не сдала.

– Почему? Она же столько лет хотела вернутьраритеты на место.

– Дело в Ирочке, – пояснила НеллиИльинична. – Девочка росла без отца, Элла хотела ее баловать, но назарплату библиотекаря, пусть даже и заведующей книгохранилища, не разбежишься.Я только потом, спустя годы после кончины подруги, задала себе вопрос: а почемуони не нуждались? Поймите правильно, никакого шика в их жизни не было, но… УИрочки всегда имелись хорошие вещи, в холодильнике не переводилась еда, и Эллане просила в долг. Странно?

– Ну… да, – вынуждена была согласиться я.

– А еще у Эллы служили домработница и нянька.

– Они появились в доме в незапамятные времена,получали копейки и превратились почти в родственниц.

– Я знаю, обе они из той же деревниМалкино, – тихо продолжила Нелли, – преданные, как собаки. Есть ещемомент. Пару раз Ирочка – она, кстати, была невероятной фантазеркой – начиналаболтать чушь. Якобы они с мамой выкопали клад, а с ними вместе были ЗмейГорыныч и пони.

– Детское вранье, – улыбнулась я.