Белая невеста, черная вдова - Евгения Горская

Впереди опять был длинный день, который абсолютно нечем занять. Когда-то Влада выбрала Егора не только из-за денег. Ее привлекал круг общения Егора, совсем не такой, как у Степы. И действительно, она сейчас знала многих журналистов и актеров, и вообще интересных людей. Жаль только, что никому из них нельзя было позвонить, как звонят обычным друзьям и знакомым. Она для всех была просто женой Егора Кривицкого. Даже не так, она была женой сына Максима Кривицкого. То есть никем. Максима Ильича больше нет, и даже Егора нет, а сама Влада никому не нужна.

Зазвонил телефон. Влада поморщилась, посмотрев на экранчик.

— Да, Галя, — стараясь говорить поласковее, произнесла в трубку.

— Извините, Влада, — залепетала трубка. — Вы насчет меня не разговаривали? Понимаете…

— Разговаривала, — перебила Влада. Не хватало еще выслушивать про чужие проблемы. Своих хватает. Вообще-то, сиделка больше не была нужна, но Влада решила повременить. — Разговаривала. Свекровь пока думает, но я ее уговорю. Ей действительно нужна помощь.

— Понимаете, я работаю только до конца недели…

— Я помню, — опять перебила Влада. — Самое позднее завтра я вам позвоню.

Вчера Влада действительно звонила свекрови, но о сиделке не заикнулась, конечно. Как-то само собой выяснилось, что Инна купила для свекрови редкое лекарство, Влада вызвалась его привезти.

Настроение и так было плохое, а разговор его совсем испортил. Влада оделась, спустилась в ближайший ресторан позавтракать, без аппетита съела отлично приготовленную рыбу.

Похоже, настроение так сильно испортилось, потому что ей было искренне жаль дуру-сиделку. Она бы, Влада, сразу просекла, что ее обманывают и никакой работы не будет, а эта дурочка верит.

Врут, когда говорят, что дуракам счастье.

Впрочем, счастья нет и для умных.

Раздражение хотелось выплеснуть, и Влада позвонила Людмиле, порадовавшись, что занесла домашний номер Ильи в телефонный справочник.

— Мне надо с тобой поговорить, Люда, — тихо сказала Влада.

— Говори. — Она явно не мечтала пообщаться с Владой.

— По телефону? — засомневалась Влада. — Вообще-то, разговор не телефонный.

— Ну приезжай, если хочешь.

Влада стерпела. Ей действительно было необходимо поговорить с Людмилой.

Вернулась от ресторана к своему дому, но в квартиру подниматься не стала, сразу села в машину и поехала к Людке.

От этого разговора зависело многое. Никто, кроме Влады, не знал, как много зависело от этого разговора.

Недовольства на лице Люда скрыть не пыталась, но на это Владе было наплевать.

Пройти в квартиру хозяйка не предложила. Влада прислонилась плечом к косяку двери и для начала вздохнула.

— После убийства Егора кто-то забрался ко мне в квартиру…

— Надеюсь, ты сообщила в полицию?

— Нет. Я поменяла замки. И в то же время кто-то залез в квартиру Инны.

— А кто это — Инна? — без интереса спросила Люда.

Спросила без интереса, но на самом деле ей было очень интересно, Влада видела.

— Это тетя Егора.

— А-а.

Из глубины квартиры послышался шорох, Люда прислушалась. Шорох не повторился.

— Так вот. Я долго не могла понять, что могли у нас искать…

— И как, поняла?

— Поняла, — кивнула Влада, достала из сумки расписку в получении денег и сунула Людмиле под нос. — Тебе это знакомо?

— Знакомо. — Люда отчего-то улыбнулась, но Влада этого не заметила и не насторожилась.

— Ты ведь мечтала ее получить?

Людка не ответила, стояла, нагло улыбаясь. Влада почувствовала, что закипает.

— У тебя коричневый «Опель». И вот как забавно, коричневый «Опель» видели недавно около моего дома и около дома Егоровой тетки. Как раз в тот день, когда Егора убили.

Теперь собеседница перестала улыбаться, но посмотрела на Владу с жалостью. Пожалуй, это выводило из себя еще больше.

— А еще ты была рядом с местом убийства, когда погиб Егор.

Люда прислушалась к чему-то в квартире. Ребенок спит, поняла Влада, заговорила тише.

— Ты не хочешь что-нибудь объяснить перед тем, как я пойду в полицию?

Хозяйка вздохнула, повернулась, исчезла за поворотом коридора. Вернулась с листом бумаги, сунула Владе.

Это был нотариально заверенный возврат долга. Илья вернул Егору пять миллионов почти сразу. Давно.

— Можешь взять, если хочешь, — кивнула Люда. — Это копия. Цветной ксерокс.

Вот на чем Егор поймал Илью. Илья продал фирму, чтобы расплатиться.

— А в тот вечер я была в парикмахерской, можешь проверить. Моя парикмахерша позвонила, предложила меня принять. И я согласилась. Она перед этим две недели болела. Хороший мастер, кстати. Хочешь, порекомендую?

Влада протянула лист с печатями нотариальной конторы Людмиле и медленно пошла по лестнице вниз.

Конечно, Людки не могло быть во дворе у Инны, когда убили Егора. И в полиции не идиоты, и тоже не поверили бы, что мать троих детей станет рисковать свободой из-за давней истории с фирмой.

Просто Владе обязательно нужно было в этом убедиться, и она убедилась.

Спускалась по лестнице Влада медленно. И неожиданно подумала, что, если по Егору искренне горевали только мать и тетка, то по Владе горевать станет только одна мама.

Время делилось на то, которое шло без Степана, и то, когда он был рядом. Без него Таня все время его ждала, даже когда, казалось бы, совсем о нем не думала. Это ненормально, ничего хорошего в этом не было, и еще недавно Таня не поверила бы, что такое может с ней случиться. Она всегда считала себя спокойной и уравновешенной.