Проклятие Византии и монета императора Константина - Мария Очаковская

– Брось, Сева, ты не прав. У тебя устаревшие сведения, – возразил Лобов. – Представь себе, что двадцать минут назад явились трое и буквально конвоировали Тасю. А я тут сижу и ничем не могу ей помочь. Боже мой! Что за чушь! Неужели они ее подозревают?!

– И правильно делают!!! – вскакивая на ноги, закричала Аля. – Потому что это она во всем виновата, твоя любезная Тасенька!

Лобов с Архипцевым ошарашенно уставились на нее.

– Да-да-да! Она двуличная, хитрая, лживая!!! – захлебываясь, кричала Аля. – Что ты вообще о ней знаешь! Ведь это у нее хранились ключи от машины! Только она могла… – кричала Аля, но вдруг, словно споткнувшись на полуслове, продолжила более сдержанно: – И вообще, мне срочно надо поговорить со следователем!

– Для чего?

– Надо, значит, надо! У меня очень важная информация! – глядя прямо в глаза отцу, заявила Алевтина.

– О чем ты? Это бред какой-то! Севка! А ты чего молчишь?! Где мои сигареты?! Подожди! Аля, дай куртку! Где ты ее так промочила?! – затараторил Лобов, заспешил, схватил куртку, не сразу попав в рукава, надел, принялся похлопывать себя по карманам, рука его привычно скользнула в один из них за сигаретами.

– Ой! Что это? – Лицо Дмитрия Сергеевича изменилось, он застыл как вкопанный – на его ладони блеснула монета с Константином Великим.

– Бог ты мой! Как это? – вырвалось у Архипцева.

– Хороший вопрос! – словно не веря своим глазам, проронил Лобов. – А знаешь что… Ровно три часа назад этой монеты тут не было. Я всю куртку перетряс, когда курить выходил и табак из карманов вытряхивал.

– А дальше что? Где висела твоя куртка? – спросил Сева, из-за его спины выглянула Алевтина.

– Не понимаю. Откуда же она взялась? Ведь я куртку надевала…

– И?

– …и к ребятам заходила.

– К Гарику?

– Нет, к Вадиму с Дэном.

– А потом? Ты руки в карманы засовывала?

– Вроде да, но мне кажется, что ее там не было…

– Значит, эту монету кто-то мог незаметно подбросить… – многозначительно сказал Архипцев и потянулся, чтоб ее взять, но Лобов резко отвел его руку в сторону:

– Нет, погоди, Сев! Давайте-ка уберем монету в пакет и отдадим, кому следует. Надеюсь, там будут отпечатки пальцев…

– …кого угодно, – вставила Аля.

– Нет, – качая головой, перебил ее Сева. – Митька, а ты прав! Ведь в камеральной Гронская работает только в перчатках.

– Не будем терять время! – сказал Лобов. – Пошли в деревню, там профессионалы сидят, они все и проверят.

* * *

ОТ МИКИФОРА К ОКСЕНЬЕ.

Если поймали Матфейца, хорошенько закуйте его, а цепей уж сумейте раздобыть, да прикуйте в пивном погребе. И поручи Кснятинцу, пусть его стережет…

Грамота 411, Троицкий раскоп, XV в.

Перед сельсоветом топталось несколько человек. Кто-то курил, кто-то просто стоял. Приглушенные разговоры перемежались смешками – следственная группа отдыхала в ожидании новых распоряжений шефа.

Подойдя ко входу, Дмитрий Сергеевич, опередив Севу и Алю, выступил вперед:

– Добрый вечер. Мне нужен следователь Кудимов. Я хочу сделать заявление!

Голоса тотчас затихли.

– Кудимов сейчас занят, – ответил кто-то из оперативников. – Придется подождать.

– А кто тут капитан Неверов? – прозвучал звонкий голос Алевтины. Собравшиеся перевели взгляды на нее.

Лобов, мгновенно сообразив, что это имя ему знакомо, ошарашенно уставился на дочь.

– Так вам кто нужен-то? Если Неверов, то это я. – Со ступенек навстречу Але поднялся мужчина с сильно загоревшим лицом. – Вы, что ж, все ко мне или только девушка? И откуда вы про меня знаете? – с удивлением спросил он.

– От Торопко Валерия Петровича… – немного оробев, ответила Аля. – Можно вас… – Она отошла в сторону, чтоб остальные не услышали их разговора, и продолжила почти шепотом: – У него для вас информация. Что-то очень, очень важное и срочное! Мне он ничего не сказал, только попросил, чтоб вы с ним немедленно связались. Правда, я не знаю, как вы это сделаете. Тут ведь ничего не работает.

– Об этом, девушка, не беспокойся, – улыбнулся Неверов. – Телефонисты только что были и наладили местный телефон. А тебе – спасибо.