Золотой выстрел - Фридрих Незнанский

– Нетрудно вспомнить, когда это было?

– Вашей настойчивости можно только позавидовать. А действительно, когда ж это было? Недавно. Точно, в воскресенье, в прошлое. Это имеет значение?

– Ох, в нашем деле все имеет значение, – устало вздохнул Майор. – А вы уверены, что Гриша – наркоман? У вас имеются факты?

– Неужели вы думаете, что у меня только и дел, что выяснять его пристрастия? Мне сказали. И у меня нет оснований не доверять собственным… парням. Но я вам должен сказать, что и водку он тоже жрет профессионально. Я ему, чтоб он глупостей не наделал, ноль-семь водки поставил, так вылакал всю до капли. Я знал одного. Тот ухитрялся совмещать шприц со стаканом. Ужас, но что поделаешь…

– А фамилия та, она с чем-то, кажется, светлым связана, да?

– Ах вы хитрец! – расхохотался Кротов. – Верно. Со светленьким. Светличный он. Вам знаком?

– Нет, лично не знакомы. Но теперь я точно знаю, откуда слышал вашу фамилию. Точнее кличку Крот. Вы «аквариум» покинули в восемьдесят пятом?

– Нет, раньше, – уже серьезно ответил Кротов, – но, поверьте, это сейчас не тема.

– Ладно, – словно удовлетворился ответами Майор. – Давайте ваши просьбы. А я посмотрю, чем можно будет помочь.

– Значит, я так понял, Гриша получает от меня обещанные посреднические, и я его вывожу?

– Во всяком случае, с вами я готов сотрудничать напрямую.

– Прекрасно. Тогда о деле. Парочка «макаровых» с глушителями, три «калашникова» сто пятых с боезапасом, ну и «муху». Полагаю, стоимость не перешагнет пределы разумного?

Майор погладил себя ладонью по животу, подумал и сказал:

– Для вас в пределах сотни кусков. Доллары.

– Согласен, – улыбнулся Кротов. – Сроки?

– Дня три дадите?

– Сделайте одолжение. Связь?

– Оставьте ваш номер, я позвоню. Так мне удобнее.

– Вот моя визитная карточка. – Кротов протянул визитку. – Аванс?

– Я бы предпочел всю сумму сразу.

– Логично. Значит, в среду ожидаю вашего звонка?

– Если ничего не изменится, да, – растянул губы в улыбке Майор.

– А что у вас может случиться! – обратил лицо к небу Кротов.

– Ну мало ли! – философски хмыкнул Майор. – Желаю здравствовать.

Они пожали друг другу руки, и Майор прямиком через рощу пошел к проходной воинской части. А Кротов сел в машину, посмотрел на скучающего Гришу и сказал:

– Меняй профессию. Он больше с тобой работать не будет.

– Это почему? – окрысился вдруг Гриша.

– Сам сказал. Ненадежный ты человек. Наркоши – они все ненадежные.

– А при чем здесь наркотики? Я что, подвел когда-нибудь?

– Пока, может, и нет, но подведешь. Обязательно. И тогда тебе, дружок, хана. Часа не проживешь. Я знаю, можешь мне поверить. Так что бросай. Ищи себе другое дело. Могу, кстати, посодействовать.

– А на хрена? Я и сам могу.

– Валяй, но учти, влипнешь, никто тебя выручать не будет. Я все сказал, поехали.

И он тронул машину…

Гришу он высадил в районе Сокольников, дал ему пару сотенных купюр и сказал, что за такую работу и этого много. Гриша попробовал было побазарить, что мало, обещано больше, но Кротов не стал с ним разговаривать, просто закрыл дверцу и уехал. Дальше с Гришей будет все просто: вечером он ввяжется в драку, его заметут и будет он трое суток загорать в обезьяннике, где переживет жесточайшую ломку, после чего приехавшие врачи заберут его в наркодиспансер…

«Мерседес» Кротова догнала «девятка», посигналила фарами и приткнулась сзади к бортику. В салон к Кротову пересел Филя.

– Отлично получилось, – радостно сказал он. – И запись что надо, и на пленке вы будете вот так здорово смотреться. Сплошное, понимаешь, удовольствие, когда друзья-однокашники встречаются!

– К великому сожалению, ты, Филипп, недалек от истины… Только тут сплошной, как ты заметил, террариум. А изнанка славы – это ее издержки…

– Не понял.

– Да это я себе.