Версаль под хохлому - Дарья Донцова

– «Кака» полна фишек! – захлопала в ладоши Тамара. – Одна фишее другой!

Менеджер стукнула кулаком по боковой стене багажника с внутренней стороны. Выпал ремень. Еще один выскочил из дна.

– Берем крепления, – ворковала девушка, – застегиваем их крест-накрест, ножки на приступку, она вылезает из-под бампера, руками хватаемся за эту загогулину, торчащую сбоку, и катим. Крышка багажника удерживается в поднятом состоянии при помощи оригинальных, сделанных по космической технологии крючков. «Кака» превращается в кабриолет. Открыта не крыша, а отсек, где шикует теща. И кстати! Он двухместный!

В полном ажиотаже Тамара пошуровала руками слева, и я увидела еще одну «табуретку». Ее сиденье напоминало не десертную тарелку, а чайное блюдце.

– Кресло для тестя! – с пулеметной скоростью выпалила менеджер. – Для брата, сестры, племянника, любимой собаки! В «Каку» влезут все! Она всех свезет!

У меня очень живое воображение – там, где большинство людей слышит только слова, я моментально представляю яркую картинку. И сейчас мгновенно увидела восхитительное зрелище. По шоссе, развив предельную тридцатисемикилометровую скорость, мчится «Кака-Цаца». За рулем сидит гордый отец, рядом с ним счастливая мать, двое детей спрессованы на узеньком заднем сиденье. У всех, кроме папаши, в руках ящики с рассадой, мешки с семенами, лейки, тяпки, старая тумбочка, рваный матрас и перевозка с обезумевшей, бешено орущей кошкой. Багажник открыт. В нем, надежно притаченные ремнями, сидят бабка и собака породы королевский пудель. Их ноги и лапы стоят на небольшой подставке, правая рука бабули держит левую лапку собаченции, остальными конечностями обе цепляются за скобы, торчащие по бокам. Волосы старушки и уши пуделя раздувает ветер. Всем весело, все счастливы, все несутся на любимую фазенду, всем охота вскопать огород, а потом есть шашлык. Вероятно, дружная семейка еще и песенку поет: «Мы едем, едем, едем в далекие края, веселые соседи, прекрасные друзья». Жизнь у этих людей удалась, они купили «Каку» со скидкой в тысячу рублей и получили бесплатно коврик. А если папаша и вломится случайно в чугунную чушку, лежащую поперек шоссе, беды не будет – члены семьи взвизгнут-гавкнут-мяукнут, стукнутся головой о привязанную к потолку запаску и продолжат свой путь.

Я на секунду зажмурилась и прогнала жуткое видение.

– Можно тестдрайвнуть! – верещала Тамара. – Пусть один из Таниных мужей за руль сядет.

– Не надо! – переполошилась я, пытаясь выпутаться из ремней.

Но Генаша, сложившись, как перочинный нож, уже втиснулся на водительское место. «Кака» чихнула, пукнула, затряслась, заскрипела и медленно двинулась вперед.

Никогда я не ощущала себя такой идиоткой. Генаша тихо рулил по узкой дорожке, я сидела в багажнике и пыталась улыбаться посетителям ярмарки, которые, открыв рты, наблюдали за действом.

– Мама, зачем дядя тетю сзади привязал? – звонко спросил детский голос. – Ей удобно?

– Это не женщина, – громогласно ответила мамаша, – а тестдрайвманекенша. Ее специально наняли, нашли потолще. Называется это – промоакция. Люди убедятся, что даже бегемот сзади помещается без проблем, и пойдут покупать машинку.

К сожалению, под рукой не оказалось тяжелого предмета, чтобы запустить в хамку. Мне пришлось проехать полный круг, выслушивая горы «комплиментов». Народ у нас добрый и воспитанный, а главное – честный и откровенный, о чем думает, то незнакомому человеку в лицо и выскажет, охарактеризует его внешность и манеру одеваться без прикрас.

– Берете? – деловито осведомилась Тамара, освобождая меня от пут, когда мы вернулись к месту старта автопробега.

– Подумаем, – прокряхтел Генаша, выбираясь из-за руля.

– Не уходите! – начала уговаривать нас менеджер. – «Кака» – лучшее предложение на ярмарке. Это машина будущего.

– Девушка, – забасили за моей спиной, – покажите авто нам!

– И нам, – добавил женский голос. – Раз ваша толстуха в него влезла, то и моя жаба-свекровь втиснется, прости господи, за справедливое слово.

– Мы первее подошли! – зачастили слева. – Сначала нас обслужите!

– А я тут вообще уже час жду! – взвизгнули справа.

Уходя от стенда, я оглянулась. Красную, вспотевшую Тамару атаковала толпа тучных людей, желавших во что бы то ни стало осмотреть и купить «Каку».

Может, мне вернуться и потребовать денег за участие в рекламной акции «Гиппопотам в багажнике»?

– Ну, что? Проиграла? – потер руки Игоряша. – Ты не только туда влезла, но и прокатилась!

Я лишь кивнула в ответ.

Радостные мужики стали грузить в джип составные части «Мигеига». Работая руками, они не уставали молоть языками – обсуждали, какая замечательная малолитражка родится в гараже Мишани, подсчитывали будущие барыши и даже тратили их. К их чести следует отметить: они не были эгоистами, шкуру неубитого медведя пилили поровну, на всех. Мишаня собирался подарить Лариске шубу, сапоги, золотые сережки и свозить ее в Турцию. Генаша решил отправиться с семьей в Египет и там одеть всех в кожаные куртки. Он даже не забыл про тещу – добрый зять расщедрился на коробку рахат-лукума и килограмм халвы. Игорь, не имевший ни отпрысков, ни жены, задумал основать премию «Лучший психолог райцентра Енотово» и вручать ее ежегодно по итогам одноименного конкурса. Никто не проявил жадности, не заговорил о накопительном депозите, черном дне и наступающих тяжелых временах. Нет, все мои спутники предвкушали радужное будущее, они были самозабвенными оптимистами.