Крестоповал. Мания величия - Альберт Байкалов

Выпустив в небо черную струю дыма, гигантский бульдозер медленно стал наползать на следующую стену. Вот с нее сползла часть шиферной крыши и рухнула на кучи строительного хлама, подняв в воздух клубы снежной пыли. Раздался грохот. Когда пыль снесло ветерком в сторону леса, взору открылся экскаватор. Степенно размахивая ковшом, он методично, как маятник, врезался в угол здания.

Вильцын не понимал, что его на самом деле подвигло приехать сюда. Страх, что перед началом работ кто-то решится спуститься вниз и случайно заглянет в колодец, где покоятся обезображенные тела пятерых мужчин, или обычное желание убийцы побывать на месте своего преступления, чтобы вновь пережить тот душевный трепет, который испытал, когда вершил это злодеяние.

– Неужели я превратился в маньяка? – глядя на бульдозер, утюживший горы кирпича и обломков бетона, размышлял он.

– Почему на площадке посторонние?! – раздался за спиной крик.

Он медленно обернулся и увидел группу мужчин в оранжевых касках, от которой отделился один и быстрым шагом направлялся в его сторону.

Вильцын поморщился и пошел навстречу.

– Ты кто такой? – Строитель преградил ему дорогу.

Вильцын попытался его обойти справа, но тот шагнул в сторону и снова оказался на пути. Почувствовав непонятный азарт, он метнулся влево.

– Да ты что такой непонятливый? – Строитель неожиданно сгреб его куртку на груди пятерней.

В какой-то момент Вильцыну показалось, что внутри у него вдруг лопнуло что-то, залив все тело пронзительной болью и злостью. Заполнив его до краев, она вдруг рванула наружу. Свет в глазах померк. Все окружавшие его предметы стали серыми и безликими.

Он схватил правой рукой строителя за запястье, а правой врезал ему в челюсть.

От неожиданности строитель полетел на спину. Однако он не разжал руку и увлек Вильцына за собой. Не удержавшись на ногах, Вильцын всей своей массой рухнул на него сверху, в последний момент ударившись переносицей о пластиковый козырек каски.

Продолжая держать его за отворот, строитель вдруг зажмурился и закричал. На мгновение Вильцын оцепенел, пытаясь понять, отчего у того на лице образуются алые пятна. Потом до него дошло, что это его кровь. Он с силой оторвал руку строителя от себя, приподнялся и двинул в это ненавистное орущее лицо кулаком правой руки. Голова смешно повернулась влево. Тогда он двинул левой. Строитель замолчал. Но Вильцыну было все равно. Его распирало от желания вцепиться в это лицо, начать его рвать ногтями, зубами…

Он размахнулся, чтобы ударить еще. В этот момент на руке повисло что-то тяжелое, и его свалили на бок.

– Уроды! – заорал он, задыхаясь от злости.

Что-то большое и черное вдруг придавило его, вминая в снег.

– Успокойтесь! – раздался над самым ухом голос Дэна. – Эдуард Юрьевич, это я!

Силы вмиг оставили его. Несмотря на то что водитель продолжал лежать на нем сверху, он почувствовал небывалое облегчение. Вытянув свободную руку, Вильцын сжал ладонью снег.

– С вами все в порядке? – осторожно спросил Дэн.

– Да, Костя, все, – с благодарностью выдохнул он, наслаждаясь ломившим руку холодом.

– Сумасшедший! – кричал кто-то.

– Урод, – хрипел, стоя на коленях, строитель.

Вильцын сел. Справа полукольцом стояли люди в касках.

– Так это же начальник службы безопасности заказчика! – ужаснулся усатый коротышка.

– Да ты что? – опешил стоящий рядом верзила и бросился к Вильцыну: – С вами все в порядке?

– Все, – выдохнул Вильцын, вставая на ноги.

– Петров, ты что себе позволяешь?! – накинулся на подчиненного коротышка.

– Вы уж извините, Эдуард Юрьевич, – лепетал верзила, в котором Вильцын узнал прораба. – Мы этого Петрова накажем. Но он просто вас не признал. Да и я дурак…

– Все нормально. – Вильцын хлопнул ладонью по плечу. – Никого наказывать не надо. Это я виноват. Нервы…

– Куда сейчас? – тяжело дыша, спросил Дэн, когда они подошли к машине.

– Когда самолет? – Силясь вспомнить расписание рейсов на Дубаи, которым должен был лететь Кораблев со своей командой, Вильцын посмотрел на часы. До отлета оставалось чуть больше часа.

Между тем водитель метнулся к машине и вернулся оттуда с небольшой аптечкой в руках:

– Вам надо рану обработать.

– Брось, – поморщился, окончательно взяв себя в руки, Вильцын. Он отстранил водителя рукой, шагнул к вековой сосне, зачерпнул пригоршню снега и прижал к лицу.

Колючий холод приятно обжег кожу. Тупой болью заныла рана на переносице. По щекам и скулам за отворот рубашки потекли ледяные струйки воды.

– Хорошо! – выдохнул он, отбросив уже покрасневший от крови и талый снег.

– Давайте заклею хотя бы! – не унимался Дэн.

– Зашивать не надо? – на всякий случай спросил Вильцын.

– Да кто его знает? – пожал плечами Дэн.

– Поехали, – махнул рукой Вильцын.

Дэн открыл перед ним заднюю дверцу.

– В Шереметьево! – принял решение Вильцын, усевшись на сиденье.

Неконтролируемая вспышка ярости обескуражила его. Вильцын знал, как могут сдавать нервы и чем это может грозить. Он слегка подался вперед и тронул Дэна за плечо:

– Не вздумай проболтаться.

– Насчет чего? – Водитель будто не понял, о чем речь.

– Ладно. Проехали…

* * *

Гостиничные номера с видом на океан оказались довольно приличными. Они были маленькие, но из-за встроенных в стены зеркал казались просторнее, чем на самом деле.

Две кровати, стол, телевизор. Матвей оглядел номер и развернулся к портье:

– Где поблизости я могу купить продукты?

– Рядом магазин. – Сухощавый, словно сделанный из шоколада, филиппинец с бурыми пятнами на лысине показал рукой направление.