Мата Хари. Пуля для обнаженной - Владимир Зырянцев

Маргарет словно окатило ледяной волной, ноги ослабели, и всю ее охватило чувство близкого провала, неминуемой гибели. Этот человек знал все. Это были не те два джентльмена из МИ-6, не шантажист Хименес, это была сама смерть, одетая в хорошо сшитый костюм. Не было никаких сомнений, что полковник ее узнал.

Что делать? Попробовать незаметно скрыться, уехать в Вулидж, засесть в своей квартире? Не ходить ни в театр, ни в ресторан, вообще спрятаться в шкафу? Смешно! Полковник уже спустя несколько минут будет знать ее нынешнее имя, амплуа, ее «легенду». Нет, бежать (по крайней мере, сейчас) не удастся. А раз нельзя убежать от опасности, надо идти ей навстречу.

Она вновь почувствовала себя так же, как в то октябрьское утро, когда ее поставили перед строем солдат. Страха не было, было ощущение хождения по краю пропасти. Ходить по самому краю гибели – что может быть интереснее? Танцевать на краю бездны… Она встала и легким шагом вышла в соседний зал.

Видимо, такого поступка с ее стороны Леду не ожидал и несколько растерялся. Потом встал, слегка поклонился ей, тихо сказал на ухо:

– Вы все так же обворожительны, как в тот день, когда пришли ко мне просить пропуск в прифронтовую зону. Может быть, пройдем в курительный салон? Там можно будет поговорить без помех.

Они прошли через зал, вошли в салон, где было почти пусто, лишь в двух креслах сидели люди, окутанные клубами сигарного дыма. Маргарет и ее спутник сели рядом на диван, и полковник произнес:

– Вот я вас и нашел, мадам Маклеод. Тогда в Париже вам каким-то образом удалось ускользнуть. Вам и вашему спасителю, этому болвану Моро. Но теперь это не удастся. Как я понял из реплик ваших спутников, вы вновь выступаете на сцене? Но, конечно, под другим именем? Ну-ка, как нас теперь зовут?

Запираться было бессмысленно. Полковник смотрел любезно, говорил еще любезнее, однако серые глаза смотрели холодно, безжалостно. Она была бессильна перед ним.

– Я выступаю здесь как сеньора Лопес, – ответила Маргарет.

– Испанка? Значит, в Англию вы прибыли из Испании?

– Да.

– Танцуете? Поете?

– И то, и другое.

– И как я понимаю, успешно? Я слышал похвалы ваших коллег. И вообще, устроить банкет в таком месте могут себе позволить только очень успешные люди.

– Да, зрители меня принимают.

– В том числе, конечно, и военные? Дипломаты? Инженеры? И вы все так же выуживаете из них секреты и передаете их германской разведке?

На этот вопрос она не стала отвечать. Молча смотрела на него, ожидая продолжения.

– Передаете, конечно, передаете, – заключил полковник. – Такие, как вы, не останавливаются. Я вас хорошо понимаю – сам такой. Работа в разведке затягивает, словно наркотик. Ну, что ж… Когда-то в Париже, когда вы пришли ко мне просить допуск в закрытую зону, чтобы с кем-то там увидеться, я начал вас вербовать во французскую разведку, помните?

– Да, – коротко ответила Маргарет.

– Тогда вы стали тянуть время, не отвечали ни «да», ни «нет». И теперь я понимаю почему: вы уже с головой ушли в работу на германскую разведку. Теперь я мог бы повторить то свое предложение. И вам бы уже не удалось протянуть время, я легко добился бы вашего согласия – ведь ваше положение безвыходное. Мог бы. Но не буду. И знаете почему? Вы мне больше не нужны. Германия проиграла войну. Ее окончательный крах – вопрос лишь нескольких месяцев. Я вижу, для вас это новость? Поверьте, я не блефую. Карта Германии бита. И ваша карта, мадам, тоже. Только теперь вас ждет не расстрел, а виселица, согласно английским законам. – Полковник помолчал минуту, невозмутимо покуривая, затем продолжил: – Но я, пожалуй, все же воспользуюсь кое-какими вашими услугами. Надо беспощадно выполоть все корни этого зловредного сорняка, который носит название «немецкая разведка». Вы мне сейчас немедленно назовете имя и адрес германского резидента в Испании, который направил вас сюда. А также адреса и имена ваших агентов здесь. И не пытайтесь хитрить, как вы любите! Иначе я немедленно вызову полицию и отсюда вы уйдете уже в наручниках!

Все так и будет, поняла Маргарет, он не блефует.

– Мне давал задание германский резидент майор Калле, – заговорила она. – Живет в Мадриде, на улице короля Альфонса, дом тридцать семь.

– Верно, – кивнул Леду. – Я располагаю сведениями о деятельности майора Калле. Тут вы не обманули. Теперь давайте английские адреса.

– Я знаю всего один адрес, – ответила Маргарет. – Это адрес человека, которому я отвозила свои донесения, а он переправлял их дальше, в Мадрид. Майор Калле специально не стал давать мне адрес германского резидента в Англии. Он хотел, чтобы о моем пребывании в этой стране знало как можно меньше людей. Это уменьшало вероятность провала.

– Что ж, это разумно, – снова кивнул француз. – Ладно, давайте адрес связного.

– Он находится в Саутгемптоне, служит портье в отеле «Герцог Веллингтон». Я даже не знаю его имени, только внешность. Калле показал мне его фотографию, по ней я и узнала связного. Также у нас был пароль и отзыв, но сейчас они уже недействительны.