Мата Хари. Пуля для обнаженной - Владимир Зырянцев

Вроде бы не так долго продолжалась их вечеринка, и тем не менее, когда Маргарет прибыла на вокзал, выяснилось, что последний поезд на Вулидж уже ушел. Пришлось брать такси. Обошлось это удовольствие недешево. Так что, открывая дверь своей квартирки, она даже задумалась, правильно ли поступила, поселившись вдали от центра Лондона, поближе к Арсеналу. Ведь сегодня выяснилось, что важную информацию можно получить, что называется, прямо на месте. Так зачем забираться так далеко? Зачем вызывать лишние подозрения, поселившись вблизи от главного хранилища английских военных секретов? Впрочем, сделанного не исправишь, и лишние сожаления ни к чему.

На следующий день, едва проснувшись, она объявила своей квартирной хозяйке, что уезжает на пару дней в Брайтон, отдохнуть. Но на вокзал поехала не сразу. Села к столу, быстро набросала текст донесения в Мадрид. Затем напрягла свои мнемонические способности (вот когда пригодились уроки, полученные от сухопарой Генриетты!), вспомнила шифр и стала шифровать донесение, записывая новый текст на задней стороне конверта. Писала мелко, убористо – как учили. Как раз уложилась. Потом собралась и поехала в Лондон, а там отправилась на вокзал Чаринг-Кросс. И вскоре уже сидела в поезде, уносящем ее на юг.

В Брайтоне Маргарет оставила чемодан на вокзале, а сама пошла прогуляться по набережной. Оценила обилие пляжей, разнообразных кафе и ресторанов. «Летом здесь, наверное, очень мило, – размышляла она. – Впрочем, это отдых на любителя». Сама она никогда не видела особого удовольствия в том, чтобы валяться в шезлонге полураздетой и созерцать таких же полураздетых мужчин и женщин. Вот если бы на пляжах было принято раздеваться полностью, как она делала во время своих выступлений, тогда было бы интересней.

Размышляя таким образом, она миновала несколько отелей. И, наконец, увидела вывеску «Адмирал Нельсон». Вот это место! Однако она не кинулась сразу же к входу – это могло бы показаться кому-то подозрительным. Прошла дальше, потом вернулась, не спеша поднялась по ступенькам и вошла в отель. За стойкой стоял какой-то мальчик – явно не тот человек, что был ей нужен. Значит, сейчас не его смена. Ничего, она не спешит.

Она сняла номер, отправилась искать ресторан, где могла бы получить ланч. Потом сходила в кино, еще погуляла и вернулась в отель.

Едва лишь открыв дверь, она поняла – вот он! За стойкой ресепшена стоял человек, лицо которого она видела на фотографии. Те же аристократические черты, тот же профиль. Она порылась в сумочке, нашла конверт и, подойдя к стойке, спросила:

– Скажите, я могу послать от вас письмо в Испанию?

Портье внимательно взглянул на нее и ответил:

– Конечно, мадам. Письмо или открытку с видом моря?

– Письмо. Вот оно, – и протянула Маргарет конверт портье.

Фразы, которыми они обменялись, – это пароль и отзыв. И пароль, и отзыв были точными. Перед ней действительно был тот, кто ей нужен.

– А как быстро письмо дойдет до Мадрида? – спросила Маргарет. – Я пишу моему мужу, и он ждет этого письма.

– Самое большее, через три дня ваш муж получит ваше послание, – ответил портье.

– Благодарю вас, – кивнула она и поднялась в свой номер.

Больше в Брайтоне ей нечего было делать. Но уезжать сразу, в тот же вечер, могло показаться подозрительным, и она провела в скучном курортном городишке еще вечер и утро, и только в середине следующего дня вернулась в Лондон. Сидя в вагоне поезда, Маргарет размышляла о том, что потеряла два дня, в течение которых ни разу не побывала в ресторане «Глобус», не видела худощавого парня, что смотрел на нее с таким обожанием. Не забыл ли он ее? И тут же ответила самой себе: какие глупости! Она не из тех, кого быстро забывают. Рыжий очкарик все эти два дня, конечно же, ждал ее, искал ее глазами в зале. Может быть, даже спрашивал «овечку»-официантку, не знает ли она, где новая посетительница. Разлука лишь усилила его интерес к ней, так что время вовсе не потеряно. Если только худощавый инженер не уехал куда-нибудь отдыхать. Например, в Брайтон. Вот будет юмор!

Когда поезд подъезжал к Лондону, она уже думала о другом: о завтрашнем концерте, его программе, о пианисте Поле Шмидте, о его внимательных глазах. Это были глаза много повидавшего человека, который пережил немало разочарований. Да, это не юноша, горящий от страсти. Но пожилые мужчины, если они умны и тонко чувствуют, тоже были ей интересны. И она предвидела, что ее отношения с аккомпаниатором не ограничатся профессиональным сотрудничеством и дружеским участием.

На вокзале Чаринг-кросс Маргарет пересела на свой пригородный поезд. Ехать было недалеко, и вот уже станция «Лондонский мост», где ей следовало выходить. Взгляд Маргарет машинально скользнул по окну… и она вздрогнула: в поезде, стоявшем на других путях и отправлявшемся в Лондон, сидел у окна ее худощавый парень! Он читал газету. Но в ту самую секунду, когда она узнала его, он поднял взгляд от газетного листа – и тоже увидел ее! Как просияло его лицо! Какая радость проступила на нем! Она читала это лицо, словно открытую книгу. Да, он искал ее все эти два дня, не находил себе места, он все время думал о ней…

Поезд тронулся, и он прильнул к окну, следя за ней. Тогда Маргарет подняла руку и помахала ему. Он радостно улыбнулся и замахал ей в ответ. И делал это, пока поезд не скрылся из вида. Она удовлетворенно улыбнулась. Все идет как надо! И в Вулидже она поселилась не напрасно. Вот они – плоды ее усилий. Еще несколько дней – и она узнает имя этого милого очкарика. Они познакомятся, начнут встречаться. И это станет стержнем ее следующего донесения.