Артур Конан Дойл. Долина Ужаса. Эдгар Уоллес. Совет юстиции - Эдгар Уоллес

Как и сказал Макмердо, дом, в котором он жил, как нельзя лучше подходил для того преступного плана, который был разработан в ложе. Он стоял в глухом уединенном месте на самой окраине города вдалеке от дороги. В любом другом случае заговорщики просто подстерегли бы жертву на улице и расстреляли из револьверов, как уже не раз делали раньше, но сейчас было крайне важно предварительно узнать у него, как много он успел выведать, каким образом и что уже известно тем, кто его нанял.

Вполне могло оказаться, что они опоздали и пинкертоновский агент уже сделал свое дело. В этом случае они по крайней мере могли отомстить ему. Однако они надеялись, что детектив еще не успел разнюхать ничего важного, в противном случае он бы не стал сообщать своему начальству ту чепуху, которую Макмердо, по его словам, наплел ему в поезде. Как бы то ни было, ответы на все эти вопросы они планировали получить от него самого. Когда он попадет к ним в руки, уж они-то найдут способ развязать ему язык – не впервой.

Как и было договорено, Макмердо отправился в Хобсонс-пэтч. В то утро полиция, похоже, проявляла к нему особенный интерес.

Капитан Марвин, тот самый, который утверждал, что знал его еще по Чикаго, даже обратился к нему по имени, когда он ждал поезда на станции, но Макмердо просто отвернулся и не стал с ним разговаривать. В Вермиссу он вернулся днем и сразу же направился в Дом Союза к Макгинти.

– Он приедет, – сообщил Макмердо.

– Хорошо, – сказал Макгинти. Черноволосый гигант был без пиджака, на его жилете поблескивали цепочки с печатками, сквозь косматую черную бороду сверкала бриллиантовая булавка в галстуке. Содержание салуна и политика сделали босса очень богатым и могущественным человеком, и оттого представший вчера перед ним призрак тюрьмы или даже виселицы показался ему еще более ужасным.

– Как думаешь, много он успел вынюхать? – с тревогой в голосе спросил он.

Макмердо мрачно покачал головой.

– Он здесь уже давно работает… Месяца полтора самое меньшее. Не думаю, что он приехал в наши края любоваться природой. Если он все это время работал среди нас, имея за спиной деньги железнодорожников, то, скорее всего, уже достаточно разведал и передал хозяевам.

– В ложе нет изменников! – вскричал Макгинти. – Все ребята – преданные и надежные люди, все до единого! Есть, правда, этот слизняк Моррис. Может, стоит его проверить? Если нас кто-то продал, то это наверняка он. Я сейчас пошлю к нему пару ребят, пусть вышибут из него все, что ему известно.

– Это можно, – кивнул Макмердо. – Скажу честно, мне этот Моррис нравится и мне будет его жаль. Я пару раз разговаривал с ним о делах ложи, и, хоть он и воспринимает все не так, как вы или я, на предателя он не похож. Но решать, что с ним делать, все равно вам.

– Я раздавлю этого старого черта, – зло бросил Макгинти и выругался. – Я давно за ним наблюдаю.

– Дело ваше, – сказал Макмердо, – только все это нужно будет сделать завтра. Пока не уладится дело с Пинкертоном, нам нужно быть тише воды, ниже травы. Нельзя допустить, чтобы полиция зашевелилась, особенно сегодня.

– Твоя правда, – согласился Макгинти. – Да мы и от самого Берди Эдвардса узнаем, кто нас предал, если даже для этого придется вырезать ему сердце. Он ничего не почуял?

Макмердо рассмеялся.

– Думаю, я нашел его слабое место, – сказал он. – Чтобы узнать побольше о «сердитых», он готов и в ад спуститься. Он уже заплатил мне. – Макмердо ухмыльнулся и достал из кармана пачку долларов. – Обещал дать еще столько же, когда увидит бумаги.

– Какие бумаги?

– Да нет никаких бумаг. Я наплел ему, что у общества существует конституция, книги правил, анкеты для поступающих. Он хочет узнать все до мелочей, прежде чем уезжать.

– Узнает, узнает, – зловеще прищурил глаза Макгинти. – Он не спросил, почему ты не привез бумаги с собой?

– Я что, похож на идиота, который станет носить такие вещи при себе? Тем более что сам сижу у полиции на крючке, да еще утром ко мне этот капитан Марвин подкатывал!

– Да, я слышал об этом, – кивнул Макгинти. – Похоже, для тебя это дело становится опасным. Мы-то можем сбросить тело в старую шахту, но им известно, что Эдвардс жил в Хобсонс-пэтче, и они знают, что ты туда сегодня ездил.

Макмердо пожал плечами.