Лицо в тени - Анна Малышева

Его звали Андрей – и это был тот самый парень, которого Алина видела на снимке у матери. Славная улыбка, большой запас анекдотов (действительно смешных), ласковый взгляд. Сестра познакомилась с ним на дискотеке – тогда, в восемнадцать лет, она очень любила танцевать. Алина не могла припомнить, чтобы хоть раз видела сестру танцующей после ее свадьбы.

На эту дискотеку сестра отправилась с подружкой из педагогического института. Они с упоением отплясывали первые полчаса, довольствуясь обществом друг друга. Когда начался медленный танец, девушки, задыхаясь, отошли к стене и уселись в откидные кресла. Дискотека была устроена в одном из Домов культуры, и в такие вечера ряды кресел сдвигались по периметру зала. К ним сразу подошли двое парней. Один – очень симпатичный. На Марину произвели впечатление его ослепительные зубы, которым дискотечный свет придал фиолетовый инопланетный оттенок. Другой – его спутник – был попроще и ничем не выделялся. Его и звали-то как-то просто, почти смешно – Васей.

– Это был…

– Да, – Марина не дала сестре договорить, – это он самый и был.

Симпатичный парень с инопланетной улыбкой пригласил на танец Марину. Вася пригласил ее подругу, но сделал это так неохотно и танцевал так неуклюже, что было ясно – он сделал это только потому, что не успел пригласить Марину. Подружка немедленно это осознала и насмерть разобиделась. Она даже не дала проводить себя до дома. Когда все четверо вышли после танцев на воздух, Танечка заявила, что едет домой на такси – а Марина пусть делает, что хочет. Марине сдавалось, что подружке тоже понравился Андрей. Она даже возгордилась – впервые ей удалось одержать верх над какой-нибудь подружкой. Парни за ней ухаживали довольно вяло. А вот этот был настойчив.

Впрочем, его приятель тоже отличался странным упорством. «Неужели он не видит, что лишний? – злилась Марина, когда этот дружок отправился ее провожать, за компанию с Андреем. – Ну и тупица! Прямо как маленький!»

Отделаться от Василия удалось только на вторую неделю знакомства. В первые дни он неизменно сопровождал друга везде, куда Андрей приглашал Марину. В недорогое кафе, в парк, на прогулочный теплоход по Москва-реке, на очередную дискотеку… Наступало лето, и оно обещало быть чудесным. Марина успешно сдала сессию – одну из первых в своем институте. На душе у нее было легко – Андрей понравился матери, младшая сестра ничуть ей не мешала. Алина тогда готовилась поступать в институт и безвылазно сидела в библиотеке. Марина все реже звонила подружкам – она обнаружила, что ей куда интереснее говорить по телефону с Андреем. А он звонил ей почти сразу после того, как провожал до дома. Как будто им не хватало времени наговориться – хотя о чем они, собственно, говорили?

– Мама даже стала спрашивать – какие у него намерения? – горько припомнила Марина. – Какие? Откуда же я знала?

– А где была твоя голова? – сердито ответила сестра. – Какая же ты простая! Наделаешь глупостей, а потом обвиняешь в этом других!

Но Марина только рукой махнула. Она утверждала, что во всем виноват был один Андрей. Он был ее ровесником, но иногда казался ей намного младше. Никаких серьезных планов на будущее не строил. Нигде еще не учился. Единственное, что его интересовало, – это спорт. Парень ходил в волейбольную секцию. Ему светил призыв в армию, но Андрей легкомысленно отмахивался, говоря, что родители попробуют его отмазать.

– А если не удастся? – спрашивала Марина. Она близко к сердцу принимала все, что касалось этого парня. К тому времени их свидания в парке, на скамеечке, остались позади. Они встречались дома у Андрея. Она всерьез считала, что стала взрослой женщиной, и удивлялась, почему же он ничуть не посерьезнел, после всего, что у них было?!

– Если не удастся отделаться от армии, пойду служить, – легко говорил он. – Подумаешь! Ничего со мной не случится!

Ей становилось больно – но тоже как-то не всерьез, не надолго. Она не верила, что родители не смогут спасти Андрея от призыва. Он был у них единственным ребенком. Марина еще не познакомилась с ними, хотя, если бы она об этом попросила, Андрей непременно представил бы ее отцу с матерью. Она и сама не знала, почему стесняется это сделать. Говорила себе, что пора, что она имеет на это большее право, чем любая другая девушка… И откладывала разговор со дня на день.