Проклятие желтых цветов - Марина Серова

В субботу Родионов позволил себе поспать подольше. Его разбудил звонок видеодомофона. Запахивая на ходу махровый халат, он вышел в прихожую и спросил:

— Кто там?

— Это я, — ответила Серафима. — Вы у меня ключи забрали, так что я теперь не могу зайти. Откройте, пожалуйста.

Из любопытства я тоже вышла в прихожую. Антон оглянулся на меня, немного помялся и ответил:

— А мы вас не ждем.

— Да, я говорила, что беру отгулы, но Толе стало лучше, поэтому мне не надо сидеть рядом с ним, и я могу выйти на работу.

— Я рад, что ваш сын идет на поправку, но вот в ваших, Серафима Львовна, услугах мы больше не нуждаемся, — достаточно категорично отказал ей Родионов и снова оглянулся на меня, чтобы увидеть мою реакцию.

Я кивнула, давая понять, что он все делает правильно.

— Это еще почему? — крикнула в домофон уволенная домработница. — А Светочка в курсе? Между прочим, это она меня на работу нанимала.

— А я увольняю.

— Но почему? Что я не так делала, скажите? Я исправлюсь. Мне ведь без работы нельзя, у меня сыночек, — стала давить на жалость Серафима.

— Что здесь происходит? — поинтересовалась Светлана, бесшумно появившись в прихожей.

— Светочка, дорогая, доброе утро! — Услышав голос хозяйки, Серафима тут же стала обрабатывать ее. — А ваш муж меня почему-то уволил. Может, вы с ним как-нибудь договоритесь?

— Вот что! Мы вернем вас на работу, если вы, Серафима Львовна, принесете нам рекомендации с предыдущего места работы, — достаточно строго произнесла Светлана, за что я стала мысленно ей аплодировать.

— Это зачем? Я же у вас уже работала? Вы меня знаете, мы же соседи…

— Принесете рекомендательное письмо из «Сокола», тогда и поговорим.

— Ясно, до вас дошли слухи, но, Светочка, это все сплетни!

— Все! Довольно! — Родионов отключил видеосвязь. — Света, я горжусь тобой! Ты наконец-то научилась отказывать людям, которые пытаются вить из тебя веревки. Ты бы еще Петю немного приструнила.

— А что Петя? Он талантливый мальчик. Я, между прочим, дала ему первую самостоятельную работу.

— Какую?

— Заказ Крикунова.

— Там деньги не такие уж большие, ладно, пусть работает, — согласился Антон.

После завтрака мы со Светланой поехали в Центр изящных искусств. Я попыталась по дороге заговорить с ней об аукционе, но Родионова ответила что-то невпопад. Она пребывала в глубокой задумчивости и обсуждать со мной вчерашнее мероприятие, как я поняла, ей не хотелось. Я не стала больше лезть к ней с расспросами и до самого Центра мы ехали молча.

В одиннадцать часов у нее по расписанию было занятие с малышами, и, войдя в класс, Светлана Игоревна сразу же преобразилась, будто у нее был какой-то внутренний переключатель. Стоило нажать на него, и ее глаза моментально загорелись, губы растянулись в улыбке, даже голос стал более мелодичным. Убедившись, что во время занятий Родионовой ничего не угрожает, я вышла из класса и подошла к Марии Ильиничне, которая по своему обыкновению что-то вязала.

— Хочешь меня о чем-то спросить? — догадалась вахтерша.

— Скажите, а как давно вы заметили, что Светлана Игоревна стала чего-то опасаться?

— Давно, — мотнула головой вахтерша. — Я работаю здесь почти с самого открытия Центра. Так вот, я обратила внимание, что после Дней открытых дверей, различных массовых мероприятий она становится сама не своя. Света выглядит после них так, будто ее там публично раздели. Это я, конечно, фигурально выражаюсь. Думаю, слава ее тяготит. Процесс создания скульптур Светочке нравится больше. Вот уж она новому инструменту обрадуется!

— Какому инструменту?

— Так сегодня курьер посылку принес. Я на дежурство только заступала, а Петя тут со Степаном Федоровичем разговоры разговаривал. Он и принял посылку, сказал, что Светлана Игоревна ее давно ждет, там шпунт какой-то должен быть.

— Странно, обычно курьер перед тем, как выезжает по адресу, звонит и уточняет, будет ли адресат на месте. А Светлане Игоревне не звонили. А куда Петя отнес посылку?

— В мастерскую. Куда же еще?

— Пойду-ка я проверю, все ли там в порядке. — В ответ Мария Ильинична пожала плечами и вернулась к своему вязанию.

Петю я встретила на лестнице. Он куда-то так спешил, что даже не заметил меня.

— Привет! Как дела? — остановила я его.

— Извини, я тороплюсь.

— Скажи, ты посылку сегодня получал?

— Получал, — мотнул кудрявой головой Петр.

— Покажешь мне ее?

— Зачем?

— Светлана Игоревна просила посмотреть, та ли это посылка, которую она ждет.

Петя наклонился и стал перешнуровывать кед.

— Эй, ты чего делаешь?

— Шнурок завязываю, — промямлил он.

— Нет, Петя, ты не завязываешь шнурок, а тянешь время, придумывая, что ответить. Что-то с посылкой не так?

— Не так, — признался ученик Родионовой.

— Что именно? — Я была вынуждена выуживать у него информацию по крупицам.

— Да все не так! Лучше бы я ее не брал.

— Так, пошли посмотрим, — я взяла Петю под руку и повела его в мастерскую. Она оказалась открытой. — А ты почему дверь не закрыл?

— Так я ненадолго вышел. Макс позвонил мне и сказал, что он везет скульптуру из худучилища, и попросил меня взять на вахте ключ от черного хода.

— И что?

— Женя, какая же ты непонятливая! Мы понесем памятник в мастерскую, с открытой дверью удобнее. Слышишь? Макс уже подъехал. — Со стороны черного хода действительно раздавался стук. — Я побежал к тете Маше.