Злой рок Сейшельських островов - Марина Белова

В «Пилигриме» мы застали только Алену и Степу. Секретарша и моя родственница пили чай и рассматривали фотографии, которые Алена неизвестно когда успела напечатать.

Клиентов еще не было.

«Да хоть бы они и не приходили», – возжелала я, наплевав на прибыль. Сейчас меня и мою подругу разогревал отнюдь не меркантильный интерес. Куда больше хотелось докопаться до истины.

– Доброе утро, – пожелала я Алене.

Она перевела затуманенный взгляд от любимого образа – практически на всех фотографиях был запечатлен Поль – на меня и сообщила:

– Только сейчас ушел Воронков.

– Кто? – переспросила я. Вот уж не думала, что он так скоро прибежит. Наверное, осознал, что слишком грубо со мной разговаривал, потому и совесть замучила.

– Воронков. Воронков, – повторила Степа. – Забегал тут на минуточку. Хотел убедиться, что с вами все в порядке.

– И только? – спросила Алина. – А ничего не говорил, ездил ли он туда, куда мы просили?

– Нет, – мотнула головой Алена. – Как всегда был всем недоволен, нервничал, злился. А когда он в таком расположении духа, я его боюсь, – честно призналась девушка.

– Все ясно, – вздохнула я, догадываясь, о чем тут наплел Воронков. Во всяком случае, ничего нового он Алене и Степе о нас не сказал. – Наверное, обзывал, грозился отправить нас за решетку? Камеру подобрать на южную сторону? Об адвокате похлопотать?

– Нет, об адвокате он ничего не говорил, – покачала головой девушка, из чего можно было понять, что арестовать нас он все же грозился.

– Я же говорила тебе, Марина, – хмыкнула Алина, заметив на моем лице явное разочарование, – ты слишком хорошего о майоре мнения. Ладно, давайте работать. – Она мельком взглянула на разложенные фотографии и прошла в наш общий кабинет. Сев за свой рабочий стол, крикнула: – Алена, организуй нам чайку.

Алене пришлось сложить в конверт фотографии и заняться приготовлением чая. Я взяла под руку Степу и вместе с ней переместилась в кабинет.

На Степу мы делали большую ставку. Нас Ярцев знает в лицо, а Степу – нет. Значит, если доведется следить за объектом, пойду не я или Алина, а наша миссис Марпл.

– Итак, что мы имеем? – Алина разложила веером листочки с фамилиями.

– Зоя Александрова и тут себя проявила темной лошадкой, – вспомнила я, что странной во всех отношениях девушки нет в списке туристического агентства «Планета +». – Все летели от одной туристической фирмы, а эта – неизвестно от кого.

– Значит, ее вообще не надо брать в расчет, – отмахнулась от Александровой Алина. – Впрочем, что мы морочим себе голову? У нас есть Ярцев – вор и убийца! Вам мало?

– А почему вор? – поинтересовалась Степа. – Вы же его подозреваете в убийстве!

– А как ты думаешь, сидел он за что? За хищения в особо крупных размерах, – просветила Степу Алина.

– Так это когда было!

– У нашего суда нет срока давности, – погрозила пальчиком моя подруга. – Правильно, Марина?

– Не знаю, – пожала я плечами. – Мне, кажется, надо начать с того, что убедить Кудрявцеву и семью Коровиных, сделать экспертизу, чтобы знать наверняка, от чего все-таки умерли Иван Петрович и Николай Павлович.

– Пока ты будешь убеждать родственников, пока будешь ждать результаты экспертизы, Ярцев прикончит единственного свидетеля по делу – Иванова, – предупредила о возможных последствиях нашей медлительности Алина.

С ней трудно было не согласиться.

– Давайте позвоним Иванову домой, надо удостовериться, что он жив, – предложила я и попросила Алину продиктовать мне номер.

Телефон не отвечал. Это могло означать и то, что Иванов жив, но его нет дома, и то, что его уже нет вообще.

– Поехали к Ярцеву!

– Всей компанией? – усомнилась я в целесообразности данного мероприятия.

– Что ты предлагаешь?

– Давайте разделимся. Я позвоню Раисе Антоновне Кудрявцевой и родственникам Коровина. Кто проживал в квартире с Николаем Павловичем, мы, конечно, не знаем, но я надеюсь, что кто-то да будет дома. Ну и периодически я буду позванивать Иванову.

– Идет, – подхватила мою идею Алина. – Только, чур, Степу я беру с собой. Вдруг она мне понадобится. Главное – убедиться, что Ярцев вернулся. Если он в городе, то и Иванов на месте. Живой или мертвый, – Алина подвела глаза под потолок, – это второй вопрос. Если Ярцева нет, то Иванов затормозил в Москве. А это значит, что Ярцев пасет его там.