Филе из Золотого Петушка - Дарья Донцова

Я прильнула глазом к щели. В голову пришла дикая мысль.Вдруг Виктория Евгеньевна оправилась и вернулась домой? В ту же минуту яотбросила идиотское предположение. Несчастная старуха мертва! Даже еслипредставить на секунду, что она каким-то непостижимым образом воскресла, тоключи-то у меня! Виктория Евгеньевна не могла войти в квартиру, я заперласьизнутри.

Боясь чихнуть и пошевелиться, я лежала на ватном одеяле.Внезапно в поле зрения попали две ноги в черных кроссовках с краснымивставками, шнурки у спортивных ботинок были желтые, совершенно попугайскаяобувь! Ноги потоптались у софы, потом исчезли. Раздался шорох, скрип, шуршащиезвуки. Затем тихое пиканье.

Незнакомец решил воспользоваться телефоном.

– Нет, – раздалось красивое сопрано, и я поняла, что этоженщина.

Ноги вновь оказались передо мной, постояли на ковре иисчезли. Я пролежала в коробе еще, наверное, полчаса, боясь высунуться наружу,но потом все-таки вылезла и обнаружила, что в квартире никого нет. На трюмолежала трубка. Телефон у Виктории Евгеньевны тоже оказался такой, как у нас,светло-коричневый, корейского производства, не слишком хороший агрегат, затонедорогой.

Сунув в карман записную книжку, я выползла на лестницу истала думать, как поступить. Потом положила ключи от квартиры ВикторииЕвгеньевны на коврик, перед дверью любопытной соседки, нажала на звонок ибыстро сбежала на один лестничный пролет вниз.

– Кто там? – донеслось сверху. – Ну и ну, ключи! ВикторияЕвгеньевна? Вы где? Что случилось-то? Что вы мне их на коврик бросили?

Я осторожно, на цыпочках пошла вниз.

Возле метро, пристроившись за железным вагончиком, в которомбыстроглазое и белозубое лицо кавказской национальности грязными руками ловкозаворачивало в лепешку куски подозрительного мяса, я вытащила из карманатоненькую записную книжечку и стала ее листать. Слава богу, у старухи оказалсячеткий, округлый почерк и ограниченный круг общения. Районная поликлиника,аптека, Анна Ивановна, Сергей Михайлович, домоуправление, водопроводчик,Катюша, Леночка, Мариночка… Имена, без фамилий, шли столбиком. Виктория Евгеньевнане записывала своих друзей по алфавиту. Прачечная, доставка питьевой воды,Андрюша, Костик…

Я выхватила мобильный. Черт с ней, с карточкой, не доэкономии сейчас. Номер, значившийся под именем «Костик», начинался с цифр 799,это явно был мобильный. Молясь, чтобы Костик не отключил аппарат, я прижалатрубку к уху.

– Алло, – прозвучало совсем рядом, словно парень находился вдвух шагах.

– Вы Костя?

– А кого вы хотели услышать, Васю?

Ну погоди, шутник, сейчас у тебя пропадет настроение хамить!

– Ты Диму знаешь?

– Какого?

– Парикмахера из салона.

– И чего?

– Он убит, его сестра Маринка тоже.

– Вы сумасшедшая? – рявкнул Костик. – Что вам от меня надо?

– А сегодня еще задушили Андрея и Викторию Евгеньевну,только что, и часа не прошло.

Парня убили в метро, на «Новокузнецкой», у него со мной тамбыла назначена встреча, а старуху лишили жизни в скверике около дома. За хлебомона в недобрый час подалась!

Костик не отвечал, в трубке слышалось его тяжелое дыхание.

– А ты кто? – наконец выдавил он из себя.

– Виола, частный детектив, нам надо срочно поговорить!

– Я сейчас тебе перезвоню, – сурово сказал Костик иотсоединился.

Я топнула ногой, раздавила валявшуюся на тротуаре пустуюжестяную банку и опять набрала номер Кости. Вот идиот, он что, не понял, какаяему грозит опасность?

– Аппарат абонента выключен или находится вне зоны действиясети, – сообщил равнодушный механический голос.

Я чуть было не швырнула свой мобильник на землю. Этот кретинпросто-напросто выключил сотовый! И каким образом он собирается соединиться сомной, не зная номера? Хотя, может, у него стоит определитель?

И тут ожил мой сотовый. Я включила его и заорала:

– Костя, слушай внимательно!

Из мембраны донесся шорох, потом странный, словно пьяныйголос.

– Вилка!

– Кто это? – осеклась я.

– Помоги!

– Настя! Ты?!

– Это я!

– Да кто же?

– Кристина!

К голове моментально прилила кровь.

– Кристя! Что случилось?

Девочка, еле ворочая языком, произнесла:

– Помоги!

– Ты пьяная!!!

– Нет, мне плохо!

– Немедленно говори, где находишься! – завопила я, ожидаяуслышать все только самое плохое, ну вроде: я в подвале, без окон и света, меняпохитили, найди НЕЧТО.

– На чердаке, – неожиданно ответила Кристя, – в нашем доме,поднимешься на лифте на самый последний этаж, потом вверх по лестнице, я там.

– Немедленно спускайся домой, – велела я, – запрись вквартире, никому не открывай дверь, слышишь?

– Не могу.

– Почему?

– Вилка, помоги, – шепелявила Кристя.

– Еду, – пообещала я, – уже в пути.

Сами понимаете, что всю дорогу домой я бежала, едва непадая. Когда вдалеке показалась дверь родного подъезда, я полетела вперед стакой скоростью, что все жители Эфиопии, лучшие стайеры и спринтеры земногошара, не сумели бы меня поймать. Проклиная медленно поднимавшийся лифт, ядобралась до последнего этажа, перескакивая через три ступеньки, подскочила кдвери на чердак и увидела сбоку, на подоконнике, совершенно целую Кристю. Онавыглядела здоровой.

Более того, около нее сидел парень, лица которого я невидела, один затылок, впрочем, лицо Кристины он закрывал своей башкой. Парочкасамозабвенно целовалась, прижавшись к стеклу.

Сначала я испытала гигантское облегчение, с плеч словносвалилась гора. Кристя жива, никто ее не похищал. Потом я удивилась. Надо же!

Наша Кристина обзавелась кавалером, ну кто бы мог подумать!Хотя она ведь взрослеет. Небось первая любовь и все такое, но зачем она зваламеня?