Дело Эллингэма - Морин Джонсон

Вечером в поместье раздался звонок с требованием выкупа. Эллингэму дали всего лишь четверть часа, чтобы взять деньги из сейфа и отнести их к озеру на территории поместья. Наличных не хватило, поэтому похитители не вернули Айрис и Элис, а потребовали еще.

Личный секретарь Эллингэма Роберт Макензи предлагал обратиться в полицию, однако сам Эллингэм считал, что это еще больше навредит его семье. Вместо того, чтобы звонить в полицию, он связался со своим давним другом Джорджем Маршем. Вместе они привезли помеченные специальным раствором двести тысяч долларов в глухое место на окраине Берлингтона и спустили их с утеса в лодку, которая ждала на озере Шамплейн.

Лодка уплыла.

16 мая 1936 года возле городка Иерихон, в неглубокой канаве, было обнаружено тело Долорес Эпштейн. Его нашел водитель грузовика с молочной фермы, когда вышел в поле справить малую нужду. Причиной смерти стал сильный удар по голове.

Три недели спустя, 5 июня 1936 года, возле городка Саут-Хиро, что расположен на одноименном острове на озере Шамплейн, всплыло тело Айрис Эллингэм. Мод Лумис, местная жительница, обнаружившая тело, рассказала: «Ее завернули в клеенку, и она была в плохом, очень плохом состоянии. Такое впечатление, что к ней пытались привязать груз». На теле Айрис были обнаружены отверстия от трех пуль.

Казалось, убийца Лукавый действует согласно своему письму: вначале действительно была задействована машина, хотя она и не врезалась в стену (на самом деле вишнево-красный «мерседес» Айрис Эллингэм стоял на проселочной дороге в семи милях от поместья без каких-либо следов аварии). Дальше по списку: пробитая голова, использование огнестрельного оружия и тело, найденное в воде.

В ФБР обратились через три дня после похищения. Агенты немедленно приступили к изучению письма. Специалисты определили, что его написали на самой обыкновенной бумаге, которую можно купить в любом магазине. Единственные найденные на нем отпечатки пальцев принадлежали Альберту Эллингэму и Роберту Макензи. Конверт был заклеен обычным канцелярским клеем. Слова и буквы были вырезаны из популярных журналов, таких как «Лайф мэгэзин», «Фотоплэй» и «Сэтеди ивнинг пост». Короче говоря, в этом письме не обнаружили ничего примечательного, кроме его смысла. Разные психологи со всех уголков страны пытались определить личность автора стихотворения. Мнения о точном диагнозе его заболевания разнились, однако все эксперты сошлись в одном: это образованный, уверенный в себе человек, прекрасно владеющий языком. Стихотворение также изучали профессора литературы и именитые поэты, и здесь мнения оказались противоположными. Одни заявляли, что стиль стихотворения детский и незрелый; другие, напротив, считали, что оно написано кем-то, кто хорошо разбирается в поэзии и, несомненно, сам обладает поэтическим талантом. Один сюрреалист в каком-то чудовищном порыве назвал его «самой правдивой и величайшей работой нашего времени».

Все это создало некоторые трудности во время суда над Антоном Ворачеком. Хотя в его доме и нашли купюры из числа помеченных, что означало его причастность к преступлению, однако сам он едва говорил по-английски. Большинство экспертов соглашались, что он не мог написать такое письмо, и все же специалист из ФБР утверждал обратное. Через два года после смерти Ворачека некая женщина заявила, что он находился у нее в день похищения и физически не мог в нем участвовать. На вопрос, почему она не обратилась в ФБР раньше, та ответила, что была слишком напугана.

Заявление этой женщины также вызвало бурное обсуждение.

Сегодня, спустя восемьдесят лет, вопросы все еще остались без ответов.

С помощью современных технологий мы могли бы более подробно изучить письмо Лукавого. Но есть одна проблема: письмо уничтожено, его больше нет. Оно хранилось в качестве улики в здании городского суда в Берлингтоне, а через неделю после последнего заседания в подвале суда случился пожар. Сгорело несколько дюжин коробок с уликами, в том числе и письмо Лукавого. Так что мы вряд ли когда-либо разгадаем его секреты.

«Ха-ха!» – сказал бы он.