Раненый зверь - Владимир Колычев

— Камень? — Мансур узнал его. — Какого хрена ты здесь?

— Так это мой завод. Я его когда-то основал…

Павел сохранял невозмутимость, но в голове искрило от напряжения. Он не знал, что делать. Если это бойцы Маркела, он не должен был гнать их отсюда. Нельзя было раскрывать свою силу перед ним, иначе не попадет в расставленные сети. Тогда Павлу придется самому охотиться за ним. А если Маркел все-таки погиб, то и дергаться не надо. Какое Павлу дело до интересов его бывших друзей? Он хоть и не злопамятный, но все помнит… Нет, не стоит рисковать собой ради предателей.

— Твои люди? — Мансур кивком показал на Пантелея.

— Цех новый нужно строить. Чего ты хочешь, Мансур?

— Говорят, жетоновские здесь были.

— Были.

— Все, нет их больше. Все как раньше было, так и остается.

— А где Маркел? — спросил Павел.

— При делах Маркел. В поряде с ним все. А ты что думал? — с колючей иронией глянул на него Мансур.

— Сказали, что больше нет…

— Фуфло это. Маркелу платить будете.

— Двадцать процентов? — спросил Гена.

Он вышел к Мансуру с таким видом, как будто подавал ему каравай на белом полотенце. Новая бандитская власть ему не нравилась, а старую он готов был встречать хлебом-солью. Павел едва сдержался, чтобы не сплюнуть ему под ноги. А ведь Гена тоже бывший афганец…

— Я не знаю, сколько там было, — мотнул головой Мансур.

— Ой! — Гена хотел сказать одно, а вырвалось другое.

Со стороны ворот появились вдруг какие-то люди в масках. Их было четверо, и все с оружием — двое с автоматами, у остальных пистолеты. И они не просто шли, а с ходу готовились открыть огонь на поражение.

— К бою! — заорал Павел.

Он бросился в сторону, пригибаясь к земле, и его люди правильно поняли команду. Они рассредоточивались, вынимая на ходу оружие, а Мансур и его бойцы остались стоять. До того, как неизвестные открыли огонь, они всего лишь успели повернуться к ним лицом. Сначала ударили автоматные очереди, затем подключились и пистолетные выстрелы.

Один бандит упал с простреленной головой, другой схватился за живот, но тут же поймал вторую пулю и рухнул замертво. Другие попадали, лихорадочно доставая оружие. Налетчики стремительно приближались, и у маркеловских «быков» не осталось бы шансов выжить, если бы не Павел. Его люди рассредоточились и открыли ответный огонь. А стреляли афганцы на поражение и очень точно. Да и сам Павел не дилетант в этом деле.

Двое упали сразу, остальные бросились назад, но далеко не ушли. Мансур поднялся с земли, кинулся к одному из своих бойцов, который лежал без движения. Но к нему метулся сам Павел. Он схватил его за грудки, с силой тряхнул. На помощь Мансуру могли прийти только два его бойца. У одного из них была прострелена рука, другому задело ногу, но это не должно было помешать им вступиться за своего вожака. Однако их пугали бойцы Павла, которые так лихо расправились с нападающими, поэтому они остались в стороне.

— Кто это был? — заорал Павел.

Из его бойцов никто не пострадал, но все равно разозлился он не на шутку.

— Жетоновские! Они ждали! Пусти!

Павел разжал руки. Мансур отряхнулся, со злостью глядя на него.

— Что им нужно?

— Война у нас. А вы, я смотрю, при стволах!

— Эти стволы тебе шкуру спасли!

— Спасибо я тебе говорить не стану, хотя помог ты здорово. Тебе это зачтется… Уходить надо, а то менты наедут… — Мансур нервно глянул в сторону ворот.

Судя по всему, не менты его пугали.

— Или жетоновские?

— Все может быть. Их как собак развелось. Молодые, злючие… Мы своих заберем, а ты с этими разберись, — Мансур кивнул в сторону ворот. — Тебе же не нужны проблемы с ментами?

Павел покачал головой. Не хотелось бы ему давать объяснения в убойном отделе ГУВД. И почему бы не воспользоваться знаменитой тактикой Маркела? Он всегда, по возможности, вывозил трупы за город.

— Надо бы глянуть, что там за забором, — сказал Мансур.

Павел сам направился к воротам. По пути осмотрел тела. Ни одного живого.

За воротами никого не было. Мансур загнал во двор свою машину, а Павел одолжил у Гены «четверку»-«пирожок».

Гена не пострадал, его спасла лихая заячья прыть. Он заскочил за угол офиса, там и спрятался от пуль. А потом бросился на помощь Мансуру. Он помогал укладывать в машину трупы маркеловских бойцов с таким энтузиазмом, как будто это могло снизить процент бандитского налога. Хорошо, что машину для Павла не зажал.

Мансур уехал в одну сторону, Павел со своими бойцами — в другую. И трупы они увезли с собой, как будто ничего не случилось. Но ведь была бойня. Жетоновские напали на маркеловских быков. Возможно, это был не единичный инцидент. Что, если в городе началась широкомасштабная бандитская война?

* * *

Кто бы мог подумать, что из маленькой искры возгорится такое пламя? С одной стороны, Маркел жалел, что тронул Лену, из-за чего и взорвалась бочка с порохом. Но с другой стороны, он понимал, что против него уже давно зрел заговор. Он-то думал, что Жетон готовит пополнение для него, а он подбивал орлят под себя. И Шафран метил на его место, и Туляку стало тесно в своих границах. И у Чистотела в голове бродили крамольные мысли. Одно наложилось на другое, и теперь в городе шла настоящая война. Двух бойцов подстрелили в гостинице «Белгород», одного убили в ресторане «Фестиваль», на западной барахолке была массовая драка. Вроде бы без стрельбы дрались, а в итоге три трупа, не считая искалеченных. И на спирто-водочном заводе стреляли. Здесь жетоновские потеряли четверых. Маркел слушал Мансура, но не мог поверить своим ушам.

— Точно Камень был?

— Да, Камень. Я спросил, что ему нужно, он сказал, что цех строит. А когда жетоновские стрелять стали, он тоже волыну достал. И у его пацанов были стволы-автоматы. Он сказал, что строители с ним. А никакие они не строители… Я так понял, афганцы с ним были. А стреляют они четко, я тебе скажу.

— Афганцы, — Маркел озадаченно посмотрел на Сингапура. — Вова, ты был прав. Камень покусать нас хочет. Зубы наточил. Афганцы у него, автоматы. И стреляют эти ребята отлично. Наши бараны двоих потеряли, а эти — ни одного. Я правильно понял, Мансур?

— Так мы спиной к жетоновским стояли, пока развернулись. Если бы не Камень, нас бы завалили…

— Значит, Камень вам помог?

— Да я бы сказал, он нас спас.

— Спас?! Какой-то лох тебя спас, а ты этому рад? — возмущено простонал Маркел.

— Почему лох? Камень правильный мужик. А разве нет?

— Камень должен мне как земля колхозу!

Мансур пожал плечами. Может, Камень и враг, но он все равно в долгу перед ним.