Транзита не будет - Дмитрий Федотов

* * *

Едва прибыв в Бишкек, Байрам развернул бешеную деятельность. Он буквально поставил на уши всех уличных барыг и мелкую шпану, крепко сидевшую на анаше. Задание для всех было одно: разыскать в кратчайшие сроки некоего Фархада Сарбуланда.

— Ищите молодого высокого пуштуна. Он недавно приехал в город, плохо говорит по-киргизски, живет скорее всего где-то на окраине, в трущобах. Кто первый отыщет, получит сто долларов и целый аршин[33]анаши.

Для убедительности Байрам демонстрировал бумажку с портретом Бенджамина Франклина, а потом, без всякой связи, здоровенный «Магнум-357». Уличная шушера прониклась его воззванием и принялась рыскать и вынюхивать. Вскоре информация о «высоком пуштуне» потекла к Байраму рекой. Его видели то там, то тут, но посланнику Керим-хана ни разу не удалось застать ненавистного душмана[34]на месте.

— Найдите мне его пристанище! — бесновался Байрам. — Двести долларов дам!..

Так прошла неделя. Безрезультатно. Байрам приуныл, в красках воображая себе гнев хозяина. И тут удача наконец улыбнулась ему.

— Он здесь! Он идет!.. — радостно орал тощий мальчишка, ворвавшись в чайхану, где отряд Керим-хана вкушал утренний чай в полном составе.

— Кто идет? Куда?! — грозно нахмурился Байрам.

— Да пуштун тот, — разулыбался паренек. — Сюда идет. К вам… — И протянул грязную ладошку за вознаграждением.

Посланцы Керим-хана переглянулись и вскочили. Байрам не глядя сунул мальчишке пару скомканных бумажек.

— Все, убирайся!

Тот посмотрел на деньги, и улыбка на лице сменилась хищным оскалом.

— Э, тры[35], а где доллары?!

— Обойдешься сомами. Брысь отсюда!

— А трава?..

Вместо ответа один из людей Байрама сгреб мальчишку за шиворот и поволок в сторону кухни. Остальные же лихорадочно проверяли оружие, поглядывая на командира. Однако осведомитель оказался куда проворнее, чем можно было подумать. На полпути к кухне мальчишка, до этого кулем висевший в руке лашкара, вдруг подскочил и, резко выпрямившись, ударил того головой в подбородок. В тишине помещения все услышали отчетливый лязг зубов. От неожиданности мужчина выпустил свою жертву и тут же получил второй удар — в пах. Взвыв дурноматом, лашкар рухнул на пол, а мальчишка, злобно расхохотавшись, нырнул в раскрытую дверь кухни.

— Убью гаденыша! — выдохнул пострадавший боец, пытаясь вскочить и одновременно достать из-за пазухи оружие.

— Отставить! Не до него сейчас, — осадил Байрам. — Махтур, проверь, где там Фархад?

Молодой лашкар метнулся к выходу и тут же, будто наткнувшись на стену, отлетел назад. А в дверном проеме на миг мелькнула полуразмытая тень. Хлопнул выстрел, и сейчас же охнул, заваливаясь, еще один боец слева от командира. Байрам присел, разворачиваясь на сто восемьдесят градусов и уже понимая, что ничего не успевает сделать. На краткий миг ему удалось засечь темный силуэт на фоне окна, и Байрам выстрелил. В следующий миг неведомая сила вырвала из его руки оружие и швырнула через всю чайхану на шкаф с посудой. Посланник Керим-хана врезался головой в тяжелую деревянную дверцу нижней части шкафа и потерял сознание.

Очнулся он от того, что кто-то бил его по щекам — несильно, но хлестко. В голове грохотал товарный состав, правый глаз не хотел открываться. С трудом разлепив левый глаз, Байрам разглядел склонившегося над ним человека и внутренне сжался.

Фархад, увидев, что он очнулся, раздельно сказал:

— Вернись к своему хозяину и скажи, чтобы пожалел людей. Вашим лашкарам со мной не справиться. И с тобой, Байрам, мы видимся в последний раз. Появишься у меня на пути снова, отправишься вслед за своими бойцами. Ты все понял?

Посланник Керим-хана медленно кивнул. Фархад кивнул в ответ и… исчез. Беззвучно и мгновенно. Байрам приподнялся на локте, обвел взглядом разгромленную чайхану, трупы лашкаров и впервые в жизни подумал, что, возможно, служит не тому хозяину…

* * *

Фархаду пришлось потратить не один день, чтобы правильно определить местонахождение основной перевалочной базы нового наркотрафика Керим-хана. Был момент, когда бывший эмир едва не впал в отчаяние, но невидимая рука судьба вновь указала правильное направление поисков, и вскоре с подножки плацкартного вагона поезда Астана — Москва на разбитый асфальт перрона города Кустаная спрыгнул высокий молодой человек, одетый неброско и скромно. Его можно было бы принять за коммивояжера, если бы не жесткое загорелое лицо и не пронзительный взгляд глубоких темных глаз.

— Скажите, уважаемый, — обратился приезжий к пожилому казаху на скамейке перрона, — где в вашем городе можно снять недорогое жилье?

— А вы надолго в Кустанай? — заинтересовался тот, щуря и без того узкие глаза.

— По обстоятельствам, — ушел от ответа Фархад.

— Ну, тогда и я могу сдать вам комнату. Я тут недалеко живу, на улице Темирбаева.

— А что, это хорошее предложение. — Молодой человек улыбнулся. — Меня зовут Фархад. Фархад Сарбуланд.

— Наргиз Ишкенбаев, — тоже улыбнулся старик. — Судя по имени, юноша, вы афганец?

— Пуштун.

— Ладно, что это я? — смутился казах. — С расспросами… Идемте, помоетесь с дороги, отдохнете. — Он поднялся. — А потом я вас бешбармаком угощу!..

* * *

Буквально на следующий день Фархад отправился знакомиться с городом, дошел до Центрального парка и, устроившись на скамейке на самом солнцепеке, принялся наблюдать за прохожими. Было воскресенье, и парк не пустовал. Вдобавок не по-весеннему теплая погода стала дополнительным стимулом для многих кустанайцев, чтобы отставить на время дела и выйти просто прогуляться, подышать свежим воздухом, погреться на солнышке.

Фархад увлекся сценкой, что разыгрывали перед ним два худых, взъерошенных воробья, решивших ограбить голубя. Сизарь раздобыл где-то кусок пряника и теперь неторопливо поклевывал его, придерживая красноватой лапкой. И вот один из воробьев пристроился голубю сзади и принялся щипать того за хвост. Сизарь вертелся на месте, но от пряника никак не хотел отходить. Тогда другой воробей вдруг подпрыгнул и с лету тюкнул голубя то ли в голову, то ли в шею. Несчастная птица возмущенно зашкворчала и попыталась достать обидчика, бросившись за ним в погоню. Это оказалось стратегической ошибкой. Первый воробей немедленно подскочил к прянику, схватил его коготками и, напрягаясь изо всех сил, медленно, над самым асфальтом полетел прочь. Второй же, увидев, что операция удалась, быстро развернулся, набрал высоту и был таков!

— Каковы подлецы! — услышал Фархад за спиной. Медленно посмотрел через плечо. Рядом примостился неприметный парнишка, тоже какой-то серый и взлохмаченный, как воробей. — Почище людей ворюги…