В горах ближе к небу - Наталья Солнцева

Ни разу в жизни ей не приходилось видеть, чтобы летающие машины нападали на черепах, и все-таки она решила спрятаться в реке. Так будет спокойнее.

Однако раньше, чем она успела выбраться из тени, машина опустилась на песок возле самого дома. Теперь черепаха засомневалась: стоит ли ей ползти мимо нее к воде или лучше затаиться в тени деревьев. Она замерла в нерешительности.

Существа, которые вышли из машины, излучали столько приятного тепла, что черепаха забыла свои страхи и радостно поползла им навстречу.

— О, Фейси, как ты тут без меня? — воскликнул Элакриэн. — Соскучилась?

Он наклонился и ласково похлопал черепаху по панцирю.

— Ты видишь, как она выросла? — сказал Найс. — Настоящая королева песков!

Тэллу хотелось немного поиграть с черепахой, но он не мог задерживаться. Его ждали.

— Прости, Фейси, мне надо идти…

В его голосе прозвучало сожаление. Найс уловил новые для Элакриэна нотки печали.

— Куда ей торопиться? Она подождет, пока ты восстановишь силы, чтобы покататься на ее широкой спине.

Пилот улыбнулся, и тревога Найса рассеялась…

Элакриэн наконец полностью расслабился и отдался простому течению жизни. Он лежал в круглом бассейне, заполненном золотистой жидкостью, и каждая клеточка его тела впитывала живительную, насыщенную золотом влагу.

На краю бассейна стояла хрустальная чаша, наполненная густым соком айстахов — крупных розовых фруктов. Эти плоды унизывали вьющиеся ветви растений, похожих на лианы. Аист ахи росли везде, где можно было за что-то зацепиться. Они вились вдоль изгородей и стен, не требовали никакого ухода, постоянно цвели и приносили вкусные плоды.

Отправляясь в очередное звездное странствие, Элакриэн брал с собой веточку айстаха, и она напоминала ему о Хелионе.

С каждым вдохом родного воздуха тело пилота наполнялось силой. Он опустил веки и наслаждался забытым чувством покоя. Издалека до него доносились голоса и разные звуки — шум листьев, журчание воды, чьи-то быстрые, легкие шаги…

— Как он? — спросил женский голос.

— Кажется, спит. Он такой красивый! — восторженно прошептал другой.

— Тише, не буди его…

«Я не сплю», — подумал Элакриэн. Говорить ему не хотелось.

— Он не спит! — сообщил первый голос.

— Все равно. Пусть отдыхает, не будем беспокоить его…

Элакриэн понял, что спит, когда увидел Манфи. Одетая в облегающее светлое платье, она стояла на берегу реки, возле их дома.

— Манфи, — нерешительно окликнул он ее.

Она обернулась. Ее глаза светились непривычным сухим огнем.

— Манфи, дорогая моя, как я соскучился!

Он шел к Манфи, чтобы поскорее обнять ее. Она сделала шаг назад и… растворилась в золотистом речном тумане…

— Тэлл, проснись! Да просыпайся же!

Он понимал, что его будят, но не хотел возвращаться. Там, во сне, над речным берегом стелился туман, в котором исчезла Манфи, и он всем своим существом стремился к ней. Элакриэн еще видел ее сухой горящий взгляд, которым она пыталась что-то сказать ему… Он проснулся. Рядом с ним стоял Найс.

— За тобой прислали «черепаху». Скоро начнется Совет, — извиняющимся тоном сказал он. — Тебя ждут.

Пилот выглядел несколько удрученным. Физически он чувствовал себя великолепно, и только тоска по Манфи окрашивала жизнь в печальные тона.

— Я сам поведу «черепаху», — заявил Тэлл.

Найс засмеялся и занял место пассажира. Он был совсем не против. «Черепаха» плавно поднялась вверх…

Облака плыли по небу, то принимая форму рыб, то превращаясь в фантастических зверей.

— Что случилось с Драгией? — неожиданно спросил Элакриэн. — Я слышал, у них неприятности.

— Неприятности? Слабо сказано. Драгия погибла, — ответил Найс. — Стэлл Ор все объяснит на Совете.

Эта новость ошеломила Тэлла. Может ли гибель Драгии быть как-то связана с Манфи?…

Совет проходил в самом большом и удобном здании Хелиона. Несколько прозрачных этажей соединялись между собой высокими золотыми арками и «несущими» лестницами. Желающие могли воспользоваться лифтами, которые бесшумно скользили вверх и вниз. Лифты управлялись голосом, как, впрочем, и все обслуживающие конструкции здания. Каждый зал имел свое собственное «лицо», не похожее на другие. Ничто — ни внутренний декор, ни один предмет обстановки не повторялись.

Члены Совета собрались в Зале Двух Чаш, которая представляла собой вытянутое в длину помещение, ограниченное с обеих сторон золотыми чашами, стилизованными под цветы. Из сердцевинок этих «цветов» били струи воды, которые образовывали нечто вроде второго искусственного свода. Здесь даже в самое жаркое время стояла влажная прохлада.

Правитель Аффит Эмеруэн возглавлял Совет, занимая почетное место Мудрейшего, — золотое кресло с высокой, под самый потолок, резной спинкой.

Вошел Тэлл, и все повернулись в его сторону. Правитель ощутил дрожь в сердце, когда увидел прославленного пилота, всеобщего любимца. Элакриэн сделал приветственный жест, обвел взглядом членов Совета и сел в предназначенное для него кресло.

Аффит вынужден был признаться себе, что страдает. Полюбив Манфи, он попал в западню, которая медленно сжимала свои блаженные и мучительные тиски.

Доклад Стэлла Ора был краток, но произвел сильное впечатление. По сравнению с гибелью Драгии, трудное положение, в котором оказался Хелион, представлялось не таким уж трагичным. Во всяком случае, сохранившийся на «Эрборе» груз золота даст им время для исправления ситуации.

Наступила очередь пилота поделиться собранной информацией о планетах, где предполагалось закупать золото. Их оказалось всего две. Члены Совета слушали молча, подвергая анализу неутешительные данные.

— Не будем торопиться, — сказал Аффит. — Скромные запасы золота на названных планетах не смогут обеспечить необходимую нам стабильность.

Перед участниками Совета был развернут голографический макет сектора галактики, на который распространялся их интерес. Каждый обдумал сказанное правителем и высказал свое суждение. Аффит внимательно слушал, но предложение, которое никто так и не внес, уже созрело в его уме.

— Я все же возвращаюсь к Ацтланике, — заявил он. — Наш союз был идеальным до того момента, пока там не произошло что-то непонятное. Их планета щедро рождала золото, которое вдруг перестало появляться. Почему? Об этом стоит подумать. Надеясь на другие источники «солнечного металла», мы так и не выяснили истинную причину наступивших на Ацтланике перемен. Обнаружив золото на Драгии, мы успокоились. Это непозволительная роскошь.

— Что случилось на Ацтланике перед тем, как перестало рождаться золото, никому не ведомо, — добавил Стэлл Ор. — Есть причина, по которой оно там появлялось, и есть причина, почему оно иссякло. Ацтланы всегда с почтением относились к нам и были рады обмену. Возможно, нам удастся помочь им и себе.